Железные Люди в Стальных Кораблях
Шрифт:
– Я тоже в этом не уверен, – смущенно признался Клавдий. – Возможно, это както связано с лошадиной дозой тахионов, которую я получил в момент взрыва. Это пройдет, но не сразу… Так или иначе, уцелевшие греки поспешили обвинить в катастрофе меня, и мне пришлось с ними столь же поспешно распрощаться, – римлянин похлопал ладонью по автомату. – Я уложил двоих, остальные (их осталось человек двенадцать) не стали меня преследовать и скрылись гдето в этих джунглях. Вот, вроде бы и все. Десять лет… – вздохнул римский астронавт. – Даже не верится. Что ж, нельзя сказать, что я не провел время с пользой. Выучил несколько языков. Один из них мне даже пригодился. И если Греция осталась позади, пришло время начать новую жизнь! Так что тут у вас происходит?
– Bellum omnium contra omnes, – пробурчал Хеллборн, – война всех против всех. Мы сражаемся на пляжах, морях и океанах, с растущей уверенностью и растущей силой в воздухе, мы будем драться в портах, на суше, мы будем драться в полях и на улицах, мы будем биться на холмах…
Матильда и Патриция слушали его, распахнув глаза и разинув рты.
– Достаточно, достаточно, я понял, – закивал Клавдий. – Но вы хотя бы сражаетесь за правое дело?
– А как же иначе! – оскорбился Джеймс..
– А ваши враги?
– Они думают также, но на самом деле против нас выступает абсолютное черное зло! – заявил Хеллборн с убежденностью, какой по сей день не испытывал.
– А этот остров, как его…
– Остров Свободы, – подсказала Маттильда.
– Остров Черепов, – уточнил Хеллборн.
– Кому он принадлежит?
– Его оспаривают примерно пятнадцатть держав с двух планет, – сообщил Хеллборн.
– Могло быть хуже, – пробормотал Клавдий Аттилий. – Но здесь хотя бы нет тарбозавров и трехглазых! Что же касается «зеркальных ворот», то я начинаю подозревать, что это работа Строителей.
– Каких еще «Строителей»?!
– Существ, которые построили «Машину Времени» на Бифросте. Мы частенько вспоминали их в греческом плену, заодно и прозвищем наградили.
– «Строители»? – переспросил Хеллборн. – Неужели масоны?
– Франкмасоны? – уточнила Патриция.
– Иудеомасоны?! – испугалась Матильда.
– Все может быть, – согласился римский астронавт. – Так или иначе, если не возражаете, я хотел бы приисоединиться к вам. Если вы действительно сражаетесь за правое дело…
– Даже не сомневайтесь!!!
– …я останусь с вами до конца войны или собственной жизни.
– Вы приняли правильное решение, военный трибун, – заявил Хеллборн с торжественным и напыщенным видом. Потом бросил взгляд на восток. – Рассветает. Нам пора.
* * * * *
После недолгих споров выяснилось, что самым опытным альпинистом в маленьком отряде является Матильда. Она и поднялась по скале первой, используя подаренное индюшатниками снаряжение. Потом помогла забраться остальным.
Хеллборн осветил фонариком недра искусственной бетонной пещеры.
– Так и есть, – прошептал он. – Вот рама с осколками стекла – здесь было окно, разбитое пулеметным огнем советских шпионов. Вот пульт с цитатами из Книги Перемен. Вот осколки на полу – зеркало, которое по ошибке расстрелял Новосельцев. А вот и второе зеркало…
Он набрал в грудь побольше воздуха и решительно шагнул вперед. Его спутники не отставали.
– Получилось? – громким шепотом спросила Патриция.
– Не знаю, – признался Джеймс, осматриваясь по сторонам. Но это не помогло, его снова (В КОТОРЫЙ РАЗ!) застали врасплох.
– СТОЯТЬ – РУКИ ВВЕРХ – БРОСАЙ ОРУЖИЕ! – заорал мегафон гдето над их головами. – Сопротивление бесполез… Джеймс?!
Хеллборн даже не успел испугаться/возмутиться/расстроиться. Из его многострадальных легких вырвался очередной вздох облегчения.
– Джеймс, ты вернулся?! – ну конечно, это был Реджинальд Беллоди собственной персоной.
Старый товарищ выглядел просто ужасно – заросший, бородатый, облаченный в какието лохмотья. И что гораздо страшнее, его окружали вооруженные до зубов смуглые человечки, в которых Хеллборн узнал аборигенов Острова Черепов.
– Кто эти люди с тобой? – поинтересовался Беллоди.
– Друзья, – поспешно сообщил Хеллборн. – А с тобой?
– Союзники, – с легким презрением поведал Беллоди.
* * * * *
Беллоди оставил за главного одного из аборигенов и лично взялся проводить старого товарища в основной лагерь. За те несколько часов, что были потрачены на дорогу, Реджи успел рассказать почти все.
Первая часть его рассказа в общих чертах совпадала с рассказом Новосельцева. В тот день, три месяца назад, маленький отряд халистанских наемников, советских шпионов и фальшивых белголландцев спустился в речную долину, чтобы отыскать Хеллборна. Но вместо этого напоролся на индюшатников и рассеялся по джунглям. Беллоди и южноафриканец Керрдок держались вместе и уцелели. Чуть позже они натолкнулись на отряд драконских диверсантов и коечто узнали о тревогах и буднях альтернативной планеты Спекуляции. Керрдок едва не вступил в ряды компартии («Южная Африка этого мира не менее прекрасна!» – сказал он), но вовремя опомнился. И всего через полторы недели Беллоди и Керрдок вернулись к водопаду и перебрались на Старую Землю. С тех пор они и торчат в этих джунглях, ведут мелкую партизанскую войну против халистанцев и обрастают врагами и союзниками.
– Так здорово, что ты вернулся! Ну, теперь мы им покажем! – восклицал Беллоди.
– Обязательно покажем, – охотно соглашался Хеллборн. – Что это за странный шум?
– Боевые барабаны туземцев, – объяснил Беллоди. – Тамтамы. Все как и положено.
– Аминь, мой альбионский брат!
«Я ВЕРНУЛСЯ! Я в родном мире, на родной планете! Теперь все будет хорошо, все будет просто замечательно! Это не 51, это 99 процентов успеха!!!»
В лагень они прибыли внезапно. Еще секунду назад маленький отряд шел по узкой тропинке, петлявшей между вековыми тропическими стволами, и вот уже перед их взорами раскинулся целый котлован, украшенный хижинами, палатками, кострами и черепами на кольях.
– Вы уверены, что сражаетесь за правое дело? – поинтересовался Клавдий Аттилий, с любопытством во взгляде рассматривая зловещие трофеи туземцев. Хеллборн не ответил, только сглотнул. Здесь были не только отполированные черепа давно убитых врагов, но и головы разной степени свежести. Некоторые в халистанских тюрбанах, иные – просто белые европейцы без головных уборов. Чуть дальше путешественники увидели целую серию азиатских (китайских?) голов.
Туземцы (тысячи заполонили поселок) занимались своими обычными делами – потрясали оружием, танцевали вокруг костров и распевали песни разной степени воинственности или унылости. Некоторые обращали внимание на новых гостей, но удовлетворенные односложными ответами Беллоди, возвращались к своим занятиям.