Чтение онлайн

Последняя петля. Последние 15–20 километров от боли у меня по лицу часто лились слезы, но я не собирался идти шагом всю дорогу. Впрочем, естественно, я часть трассы прошел пешком, это даже не обсуждается. Я переходил на шаг перед пунктами, когда получал воду, крендельки и лед для колена в огромных количествах.

С 16-го по 35-й километр все выглядело достаточно мрачно. Я не мог поверить, что бегу уже пять часов. Я действительно не понимал, как мне это удалось. Настрой и героизм тут ни при чем. Я не упал в обморок, я помню пункты питания и некоторые отрезки пути, но до сих пор не представляю, как я преодолел это расстояние. Все как в тумане. Как будто меня подняли на 16-м километре и перекинули на 35-й.

Когда я увидел отметку, возвещавшую о начале 35-го километра, я уже не сомневался, что смогу финишировать. Трасса у меня дома – это петля длиной восемь километров вокруг Лонг-Бич. Я могу пройти ее во сне, после обильного обеда, пары бутылок пива – иными словами, при любом раскладе и в любом состоянии. Так что, когда я увидел, что до финиша осталось так мало, я так обрадовался, что, мне кажется, одно это чувство вело меня до конца марафона.

Последние 195 метров. На спуске я с удивлением увидел, как мой сын Коннор выпрыгнул на трассу и побежал рядом со мной. Я все говорил ему: «Коннор, ты не можешь бежать рядом со мной и задавать темп, меня же дисквалифицируют». Я оттолкнул его и велел уйти с трассы, боясь, что из-за него у меня начнутся проблемы и мой забег не засчитают. Но, несмотря на мои требования, Коннор остался рядом.

Я счастлив, что мой сын не послушался меня, и видеозапись момента, где мы вместе пересекаем финишную линию, очень много для меня значит.

Финиш. Пересекая финишную линию, я услышал, как объявляют то, что я так часто представлял и повторял себе на самых сложных тренировках в последние пятнадцать месяцев:

«Джон Кэллос… ТЫ – “ЖЕЛЕЗНЫЙ ЧЕЛОВЕК”!»

Это невероятно! Совершенно потрясающе!

Я упал на руки двух добровольцев, обернувших вокруг моих плеч одеяло. Они дали мне медаль и футболку финалиста Ironman.

Сразу же подошли мои жена и сын, тренер и мой друг Келвин. У меня немного кружилась голова, и я практически рухнул на землю – не из-за боли в мышцах или усталости, а от переполнявших меня эмоций. Это непередаваемое ощущение – знать, что я достиг самой трудной цели, которую когда-либо ставил перед собой.

Я никак не мог поверить, что мне это удалось. Я столько раз смотрел соревнования на DVD и считал этих мужчин и женщин сверхлюдьми. Казалось, это невозможно, но я только что финишировал в этих соревнованиях.

Наконец я достиг цели и финишировал в полномIronman 140.6. Пересечь финишную линию мне помогли поддержка жены, моего делового партнера Кевина Келси, моего сына Коннора, доброго друга Келвина Шилдса и, разумеется, тренера Дэвида Уордена.

Я старался относиться к этому соревнованию как к длинной тренировке. Я потратил слишком много времени и сил, чтобы рисковать и пытаться уложиться в максимально короткие сроки. Я планировал держать себя в рамках и спокойно преодолеть все 140,6 миль (226 километров).

Это был очень долгий день. Если бы я не придерживался плана, дело кончилось бы катастрофой. После двух коротких Ironman у меня было достаточно опыта, и я уже знал, что именно соблюдение плана – залог успеха. И я рад, что мне это удалось, потому что даже наличие плана не уберегло от проблем во время заплыва, велопробега и марафона. Но без плана все было бы намного-намного хуже.

Несмотря на это, я отлично провел время (поскольку опять же целью было участие, а не победа). Я преодолел дистанцию на две минуты быстрее, чем намечал, за 13 часов 58 минут вместо 14 часов.

Я закончил соревнования в числе последних 40 процентов из своей возрастной группы в заплыве. На велосипеде я был в составе последних 10 процентов, а в марафоне – последних 40. В общей сложности передо мной финишировало семьдесят пять процентов участников. Позади себя я оставил 600 участников, но впереди меня оказались 1585 других «железных людей». Но не это главное. Главное в том, что я смог это сделать.

В 2008 году я финишировал в трех соревнования по триатлону под эгидой Ironman. Два из них были короткими. Но участие в них не делает вас «железным человеком».

Чтобы понять это, нельзя просто прочесть об этом в книге. Это надо пережить. Нужно пройти через дисциплину, жертвы, борьбу и огромное количество тренировочных часов, которых требует это достижение.

Я понимал, почему мое участие в Хоно/Кона 70.3 и Vineman/Сонома 70.3 считалось великим достижением, но никак не делало меня «железным человеком». Чтобы понять разницу, нужно финишировать в соревновании на полную дистанцию.

Месяцы тренировок закончились за 13 часов 58 минут. Может показаться, что это очень долго, но мне показалось, что я на обычной трехчасовой тренировке. На третьем километре забега я думал: «Еще сорок километров? Ничего себе!»Но прежде чем я успел понять, как это произошло, я прошел тридцать четвертый километр, и мне осталось всего восемь.

Именно в ту минуту я понял, что сегодня стану «железным человеком».

Я извлек немало полезных уроков, касающихся тренировок, питания, контроля веса, здорового образа жизни и триатлона, а также узнал много нового о бизнесе, жизни, отношениях, распределении времени, равно как и о себе и о том, на что я действительно способен.

Я столько раз говорил себе, что моя мечта требует колоссальной траты времени. Я рассказывал другим людям о том, как тренировки влияли не только на меня, но и на членов моей семьи, друзей, бизнес и даже хобби. Тренировки для Ironman практически поглотили мою жизнь: я часто вставал в полпятого утра, тренировался дважды в день, бегал в полдесятого вечера с фонариком и лампочкой на голове, бегал по шоссе Пасифик-Кост до Сил-Бич и вдоль русла реки в долине Сан-Габриэль в полночь… И я надеюсь больше не повторять эту ошибку на пути к другим свершениям.

Тренировки занимали 10–15 часов в неделю, и я к тому же тратил по 8-20 часов на подготовку, ремонт, загрузку и обновление данных, а также анализ, приготовление питания и особых добавок, растяжки, массаж, визиты к врачу, записи в дневнике, изучение материалов в Интернете, следование моде, поездки в магазин велосипедов, общение со специалистами, чтение специальных книг и всяких ежемесячных журналов… Список можно продолжать до бесконечности. Я действительно жил, как «железный человек».

Чтобы прийти к конечному результату, потребовался год внимания и дисциплины.

Когда я начал тренироваться, у меня был очень низкий болевой порог, и подготовка к Ironman доставляла мне неимоверные страдания. Очень часто все болело так сильно, что я просто пропускал тренировки. Под конец мне пришлось смириться с болью, и я понял, что, если хочу добиться своего, придется набраться храбрости и работать, невзирая на боль. И тогда, приняв это решение, я обнаружил одну важную закономерность: по прошествии пяти-десяти минут боль начинает стихать, пораженная область немеет, и я имею возможность завершить тренировку. Поэтому теперь, если меня накрывает волна боли, как правило, я жду десять минут. Если боль усиливается, я возвращаюсь домой, но в большинстве случаев она проходит, и я тренируюсь дальше. Это мое правило десяти минут.