Чтение онлайн

Вынести. Пережить. Я смогу сделать это.

– Хорошо, — проговорил я, приободрившись. — Я готов.

– Тогда давайте начнем. — Поднимая посох, он слегка стукнул по каменному полу один раз. Вспышка и все исчезло.

– Хороший выстрел, братишка. Возможно, в следующий раз мы сможем найти что-то, что окажет больше сопротивления. Я чуть не уснул в седле.

Я проигнорировал Рябину и приблизился к лежащему оленю, все еще трепещущему в траве. Белая стрела торчала из-за его передних ног, пронзив ему сердце, а изо рта и ноздрей животного сочилась кровавая пена. Он выпучил на меня свои глаза и попытался подняться, но упал, слабо подергиваясь, не совсем понимая, что уже мертв. Я вытащил охотничий нож и одним быстрым движением перерезал ему горло, прекратив его страдания навсегда.

Вложив лезвие в ножны, я пристально наблюдал за подергивающимся созданием. Оно казалось намного меньше в своей смерти, чем было при жизни.

– Слишком легко, — пробормотал я, скривив губы в презрении. — Эти смертные животные не представляют никакой проблемы. Нет ничего веселого в том, чтобы охотиться на что-то, что так легко умирает.

Рябина захихикал. Я вытащил свою стрелу и пошел обратно к лошади, оставляя жалкое существо истекать кровью в грязи.

– Ты просто не охотился на правильную дичь, — сказал он, когда я вскочил в седло. — Ты продолжаешь преследовать этих животных в надежде, что они могут продержаться больше, чем день. Если ты хочешь настоящий вывоз, тебе необходимо сменить тактику.

– Например, как? Забалтывать их до смерти? Я оставляю это тебе.

– О, ха-ха, — Рябина закатил глаза. — Моему маленькому брату всего несколько десятилетий и он думает, что знает все. Послушай того, кто жил несколько столетий. Если ты хочешь настоящий вызов, ты должен прекратить гоняться за этими животными и заняться преследованием дичи, которая может действительно думать.

– Ты говоришь о людях, — пробормотал я, когда мы проезжали через лес, возвращаясь к тропе, которая привела нас сюда. — Я охотился на них прежде. Здесь даже меньше проблем, чем отстреливать мертвых коз.

– О, братишка, — ответил мне Рябина. — У тебя такой узкий взгляд. Есть другие способы «охотиться» на людей кроме как загнать их и всадить стрелу им в голову. Из них дичь, которая намного интереснее живой, чем мертвой. Ты должен попробовать это как-нибудь.

– Имеешь в виду, как ты охотишься на них? — фыркнул я. — Это меньше всего похожее на охоту и больше — на игру с добычей, как кошка с мышкой.

– Не будь таким занудой, Ясень, — ухмыльнулся мне Рябина, с немым вызовом. — Преследование сердца смертной, заставив ее влюбиться в себя, медленно подводя ее к моменту, когда она пообещает тебе все что угодно, требует намного большего мастерства, чем просто пронзить стрелой чью-то грудь. Человеческое сердце — самая трудная добыча из всех. — Его ухмылка стала шире, превращаясь в злобную. — По правде, я не уверен, что ты сможешь сделать это.

– А кто сказал, что я захочу? — Я проигнорировал его приманку. — Я видел «влюбленных» смертных и раньше. Они слепы и глупы, а их сердца так хрупки. И что мне с ним делать, если бы я его заполучил?

– Все, что захочешь, братишка. Все, что захочешь. — Рябина одарил меня самодовольной, надменной усмешкой, которая заставила меня ощетиниться. — Но я понимаю, если ты испугался. Если ты думаешь, что не сможешь сделать этого. Я просто подумал, что ты захочешь более интересную охоту. Но если это слишком сложно для тебя…

– Хорошо, — вздохнул я. — А иначе ты не оставишь меня в покое. Укажи мне смертную, и я заставлю ее влюбиться в меня.

Рябина засмеялся.

– Мой маленький братец взрослеет. — Глумился он, когда мы развернули наших скакунов к краю леса.

Как только мы приблизились к нашей добыче, нам не потребовалось много времени, чтобы найти вероятную цель. Когда мы подъехали к деревянному забору, который отделял поляну людей от остальной части леса, то внезапно наших ушей достигло слабое, фальшивое пение. Мы потянули поводья, останавливая скакунов.

– Там, — указал Рябина. Я проследил за его пальцем, и мои брови приподнялись в удивлении.

За забором и деревьями, струился поток по скалистому полю, где полукругом у большой ямы с огнем стояли соломенные хижины. Одно из многих небольших людских поселений в округе. Оно искушало судьбу, находясь на самом краю леса. Люди редко отваживались приближаться к деревьям и никогда не покидали дома после наступления темноты по серьезным причинам. Гоблины все еще считали эту территорию своей, и я знал не одну фуку, бродящую по этим лесам ночью. Я много не знал об этих людях, за исключением того, что они были малочисленным друидическим племенем, пытающимся жить в мире и согласии с землей и лесом за их деревенскими стенами. Это было опасно и глупо. Такими были склоны быть все люди. Но, по крайней мере, эти проявили надлежащее уважение.

Поэтому было удивительным увидеть одну из них на берегу речки, напевающую, во время сбора полевых цветов, которые росли близко к лесу. Она была молода по человеческим меркам, одета в простую сорочку, босоногая и с открытым лицом. Ее темные волосы мерцали в свете солнца.

Рябина улыбнулся зубастым оскалом волка и повернулся ко мне.

– Хорошо, братишка. Вот твоя цель.

– Девочка?

– Нет, дурак. Разве ты не слушал меня? — Мой брат закатил глаза. — Ее сердце. Ее тело, ум и душа. Заставь ее полюбить тебя. Удостоверься, что она отдастся тебе полностью, что она не сможет думать ни о чем кроме тебя. Если ты сможешь сделать это, то ты будешь охотником среди охотников. — Он презрительно усмехнулся и посмотрел на свой нос. — Если ты достаточно хорош для этого. Вот так.

Я оглянулся на девочку, все еще напевающую и собирающую незабудки, и почувствовал, как улыбка растянулась на моем лице. Я никогда раньше не преследовал сердца смертных. Это может быть … интересно.

– Есть ли время, за которое я должен сделать это? — спросил я.

Рябина обдумал этот вопрос.

– Ну, самые лучшие планы не достигаются за день, — размышлял он, наблюдая за девочкой. — Но для тебя не должно составить труда завоевать расположение смертной, особенно такой молодой как эта. Скажем, следующее полнолуние. Заставь ее последовать за тобой к каменному кругу и пообещать вечную любовь. Я буду там, ждать вас обоих.

– Я буду там, — спокойно сказал я, упиваясь достойным вызовом, — с человеком. Я покажу тебе, как это будет сделано.

Рябина одарил меня фальшивым приветствием, развернул коня и исчез в лесу. Спешиваясь, я тихо приблизился к человеку, используя чары, чтобы замаскировать свое присутствие. Я стоял на самом краю леса, девушка находилась от меня на расстоянии полета камня. Я не показывался ей сначала. Подобно всем преследованиям, я начал наблюдать за своей добычей, изучая ее достоинства и недостатки, узнавать ее привычки и поведение. Если бы я просто появился из-за деревьев, то мог бы напугать ее, и она могла бы не вернуться сюда снова. Поэтому вначале была необходима осторожность.

Она была стройной и изящной, в некоторой степени напоминая оленя, что сделало охоту все более интригующей и знакомой. Ее темные глаза были довольно большими для человека, придавая ей постоянно напуганное выражение. Но она двигалась от куста к кусту, не замечая ничего вокруг. Медведь мог вылезти из-за деревьев, громыхая, а она бы даже и не заметила.

Резко устремившись вниз, она погрузила руку в поток и вытащила гладкий бирюзовый камешек, который вертела с очевидным восхищением. Я сразу же улыбнулся, смотря, как она опускает камень в карман. Теперь зная приманку, на которую я смогу поймать свою добычу. И так, тебе нравятся блестящие штучки, не так ли, моя маленькая смертная? Присев я поднял простой серый камешек и сжал его в кулаке, привлекая немного чар из воздуха. Когда я распахнул ладонь, вместо когда-то унылого камня теперь блестел сапфир. Я швырнул зачарованный предмет в ручей.