Жена-беглянка. Ребенок для попаданки
Шрифт:
У меня сердце кровью обливалось.
Воображение рисовало мне синяки на детских пухлых заплаканных щечках сестер.
Мать наверняка надавала им пощечин. На это она была скора.
Или надавала розгой по ладоням. Это она тоже любила.
А Макс наверняка ее науськал, и хихикал, потирая ручки, глядя на эту экзекуцию.
— Мне нужно срочно найти дом! — выкрикнула я. — Хороший дом, со множеством комнат, с прислугой, куда мы смогли бы переехать с детьми!
Коротышка почесал пятерней в лохматой голове.
— Коли желаете, я могу поездить, поспрашивать, — неуверенно произнес он. — Но ведь для покупки хорошего дома п вашим запросам нужны огромные деньги…
— Будут деньги! — уверенно ответила я. — Через неделю точно соберем нужную сумму!
Коротышка поклонился.
— Тогда я весь к вашим услугам.
Лисий Хвост терся рядом и прислушивался к нашему диалогу.
Но я сделала вид, что не вижу его повышенного внимания к задуманным мною делам.
— Что ж, — проговорил бородатый коротышка, — тогда я прямо сейчас и отправлюсь, и узнаю, продаются ли хорошие дома, и где. Неделя у меня есть. Все рассмотрю, обо всем расспрошу, и передам вам.
Я лишь кивнула. И бородач отправился исполнять мое поручение.
Признаться, покоя мне не было.
Душа горела от одной мысли, что мерзавец Макс сейчас издевается над сестрами. Я было сунулась к месту добычи камней.
Я готова была зять лопату и корзину, идти сама добывать рубины, чтоб хоть на пять, на десять камешков, но добавить к достижению моей цели.
Но меня оттуда прогнали.
Стир, с закатанными до локтей рукавами, с штанами, подобранными до колен, рыл глину и песок наравне с работниками.
Увидев меня, он разогнул натруженную спину, и с неодобрением глянул на меня.
— Хочешь простудиться и умереть в горячке? — спросил он сердито. — Мне тоже невыносимо думать о том, что девочки в заложниках у этого мерзавца. И я тоже делаю, что могу. Но в этой ситуации нам всем надо потерпеть. Им — побои и обиды, тебе — беспокойство, мне — труд. Никому из нас не легко. Но надо перетерпеть.
А тут и Марта подоспела, ухватила меня за руку.
— С ума сошла?! — шипела она. — Хочешь от тяжести прямо тут дитя скинуть? Так тряслась над ним, и что же? Передумала? Ну, даже если и передумала, то неужто сама хочешь кровью тут истечь? Я этого не допущу! Идем-ка в дом, голубушка. Лучше приготовим обед рабочим, да заварим укрепляющий чай. Скоро им нужно будет согреться. Ну, идем!
И мне пришлось подчиниться…
***
Гном, разумеется, не поехал ничего разузнавать.
Как и у Лисьего Хвоста, у него были четкие указания, как себя вести и что делать.
И прежде всего он отправился отчитаться к Ивару.
Ивара он отыскивал долго. На своей тележке объехал все злачные места, притоны.
Но отыскал своего хозяина, как ни странно, дома.
В его небольшом особняке, который Ивар превратил в холостяцкую берлогу и иногда посещал.
Ивар принял своего слугу тотчас же, словно важного гостя.
Он был трезв, собран, насторожен, словно волк.
— Что-то на ручье случилось? — быстро спросил он у «гнома». — Отчего Лисий Хвост не приехал?
— Госпожа его держит при себе, — поклонившись, ответил «гном». — На ручье все спокойно, начали добычу камней.
— И хорошо добывают? — прищурился Ивар.
«Гном» неопределённо покрутил рукой.
— Если бы госпожа была чуть сдержаннее, ей хватило б на безбедную жизнь.
— И в чем же она проявляет несдержанность?
— Хочет купить дом.
— Наконец-то, — произнес Ивар. — Какое разумное желание! Давно пора съехать с лачуги на ручье и уехать подальше отсюда.
— Но она хочет перебраться в город, — возразил «гном». — И дом она хочет купить большой. Со множеством комнат. Господский.
— Час то часу не легче! — ругнулся Ивар. — Это ей зачем?
— Хочет забрать сестер у матери. Та бьет их. Да и мерзавец, ваша светлость, ее братец, тоже отрывается на малышах. Вот госпожа и хочет всю добычу пустить на покупку дома, с прсугой, с хорошей кухней и прачечной.
Ивар поморщился.
— Глупая девчонка! — выругался он. — Наивная, бестолковая девчонка! Замок захотела! Как будто его содержать легко! Она до зимы только будет собирать средства на дрова, мебель, посуду, белье!
— Что же мне передать госпоже? — терпеливо спросил «гном». — Сказать, что нет в городе ничего подходящего?
— Ничего подходящего действительно нет, — проворчал Ивар раздраженно. — Но, вероятно, что-то можно придумать…
— Что же?
Ивар помолчал.
— Ты давно был в Цветочном доме? — спросил он.
Цветочный дом — так назывался старинный величественный особняк, доставшийся Ивару от родителей в качестве отступных, когда его просили отказаться от права старшинства.
Дом носил романтичное название. Но на деле он был каменным суровым и надежным строением.
— Дом содержится в порядке, — кратко ответил «гном».
— А с прислугой что?
— Люди старые, проверенные. Не из болтливых. Экономка, пара служанок, и привратник.
— Этого достаточно… по крайней мере, на первое время. Потом наймет еще кого, если понадобится.
— Но госпожа не примет его от вас. Ни в дар, ни за деньги. Да и денег таких, чтоб его купить, у нее нет. И будет очень нескоро.
— Ты мне рассказываешь о ее строптивости? — фыркнул Ивар. — Я знаю.
— Так как же тогда?
Ивар снова прищурился.
— Есть одна идея… Прокатимся-ка, навестим родные пенаты, — проворчал он.
***
В Цветочном доме хозяина встретила старая, хорошо вышколенная экономка.
— Господин герцог хочет поселиться здесь? — уточнила она, едва поспевая за широко шагающим Иваром, заглядывающим во все двери. — Это было бы хорошо. Дому нужен хозяин.
— Будет вам хозяин, — кратко бросил Ивар. — Даже больше, чем вам хочется. Скоро сюда переедет одна молодая дама — так вот я не хотел бы, чтобы она знала, что дом принадлежал мне.
— Принадлежал? — уточнила пожилая женщина.
— Молодая дама выкупит его, — кратко бросил Ивар. — Но нужно избавиться от всех напоминаний о нашей семье. Снять во всех господских комнатах наши гербы — она слишком хорошо их знает.
— На это потребуется время, — пожилая дама поджала губы.
— Сроку даю неделю, — ответил Ивар. — Холл неплохо было бы привести в порядок. Расстелить на полу большой ковер. Все же тут будут жить дети.