Чтение онлайн

Я не ответил.

Я уже бежал, не разбирая дороги.

Сердце колотилось, как молот в кузнице, дыхание вырывалось хриплыми рывками. Ноги несли меня через холл, по мраморному полу, который скользил под подошвами, словно масло.

Мир вокруг меня превратился в размытое пятно: крики, шум, грохот. Всё это исчезло, заглушённое грохотом в моей голове, который звучал так, будто это раскаты грома в бурю.

«Только не она. Только не теперь».

Эта мысль билась в моей голове, как бешеный зверь в клетке. Я перепрыгивал через ступени, не чувствуя ни боли, ни усталости. Лестница казалась бесконечной, и каждый шаг приближал меня к чему-то, чего я боялся больше всего на свете.

Возле тяжёлой деревянной двери столпились слуги. Их лица были бледными, глаза — испуганными. Я не остановился, чтобы спросить, что происходит, — я просто растолкал их в стороны. Они расступились, и я увидел ее закрытую дверь.

Наконец я достиг её двери.

На двери были следы лома. Кто-то пытался ее открыть снаружи.

Она была заперта изнутри, и это только усилило моё отчаяние. Я ударил в неё плечом, но дверь не поддалась. Я ударил снова, с такой силой, что костяшки пальцев заныли от боли.

«Магическая!» — пронеслось в голове.

Дверь дрогнула, но осталась на месте. Третий удар — и она вылетела, словно бумажный лист, а я отбросил ее в конец коридора с глухим треском.

Какая-то горничная ахнула и подпрыгнула от неожиданности.

Я ворвался внутрь, не давая себе времени отдышаться.

Комната была погружена в полумрак, но лунный свет, пробивавшийся сквозь разбитое окно, позволял мне видеть достаточно, чтобы понять: здесь произошло что-то ужасное. Всё вокруг было разрушено.

Огромное дерево, мокрое, тяжёлое и ещё живое, с корнями, торчащими в воздух, лежало посреди пролома в стене. Оно ворвалось сквозь крышу, пробило потолок и рухнуло, придавив всё: кровать, кресло, портрет в раме, шкаф, стол — всё, что было связано с Элис.

Ветки, как когти, впивались в стены, скрипели, царапали дерево и нависали над дверным проёмом, словно пытаясь не пустить меня внутрь.

Пройти по комнате было почти невозможно.

Только по узкому, обвалившемуся проходу, между ветвями, между кусками разбитой черепицы, между лужами дождя, что лил прямо с неба. Под ногами хрустели обломки каменных статуэток, рамок картин.

Я шёл вперёд, не обращая внимания на боль и усталость. Моё сердце колотилось, как барабан, а в голове звучал только один вопрос: «Где она? Где Элис?»

— Элис! — закричал я, мой голос сорвался, как натянутая струна. — Элис! Ответь!

Тишина.

Только дождь, неумолимый, как приговор, продолжал литься с небес, и ветер, завывающий, как дикий зверь, и скрип дерева, словно последнее дыхание умирающего мира.

Слуги вбежали за мной, их лица были полны ужаса и изумления. Они ахнули, замерли, не в силах поверить в происходящее. Кто-то вскрикнул, кто-то бросился к стене, будто пытаясь спрятаться от этого кошмара.

— О боги, — прошептал один из мужчин, его голос дрожал, как осенний лист на ветру. — Она под этим… Под всем этим! Бедная госпожа! Она наверняка уже мертва…

Я почувствовал, как внутри меня закипает гнев, словно раскалённая лава. Мои руки сжались в кулаки, а дыхание стало тяжёлым и прерывистым.

— Не говори глупостей! — рявкнул я так громко, что эхо разнеслось по комнате. — Ищите! Помогайте! Отодвиньте эти проклятые ветки!

В комнату ворвался доктор Меривезер, его лицо было бледнее стен, а саквояж в руках дрожал.

Он бросил его на пол и бросился на колени, словно ища утешение в земле. Его руки судорожно рылись в зельях, порошках и пузырьках, в надежде найти то, что среди них есть что-то, сможет спасти её, если она ещё жива.

— Она должна быть где-то здесь! — крикнул я, не в силах сдержать тревогу. — Под кроватью! За шкафом! В укрытии!

— Может, упала в подвал! — выкрикнул Харгривз, его голос звучал отчаянно. — Через пролом!

Он стоял возле пролома в полу, отодвигая любопытную служанку, которая решила заглянуть вниз.

— Нет, — прошептал я. — Она бы закричала. Она бы ответила. Она бы…

Я понимаю, что говорю ерунду! Она просто могла не успеть даже вскрикнуть. Но мне хотелось верить, что это — признак того, что она жива.

Я бросился вперёд.

Мои руки начали выламывать ветки, одну за другой. Я не чувствовал, как кора рвёт мою кожу, как дождь хлещет по лицу, как ветер завывает в ушах. Всё, что я слышал, — это голос моей совести, который кричал: «Найди её! Найди её!»

Я выталкивал тяжёлое, массивное дерево из-под груды обломков, сдвигая его с места дюйм за дюймом. Дерево, как будто сопротивляясь, не хотело поддаваться моим усилиям, цепляясь за всё подряд.

И тогда я озверел окончательно. Я рывком дёрнул его, вытаскивая наружу и бросая на аккуратно подстриженные кусты. В этот момент молния сверкнула так ярко, словно на секунду наступил день. Вода стекала по моим волосам, я сплёвывал её, вытирал с лица.

Под деревом я увидел лужу грязной воды, листья, ветки, доски, осколки стекла, обломки мебели, разбитую черепицу, разбросанные повсюду, как после урагана. Но среди этого хаоса я не увидел её.

— Элис! — снова закричал я.

— Где ты?!

Тишина была ответом.

Лишь капли дождя, падающие с потолка, нарушали зловещую тишину, создавая зловещий ритм.

Я разгребал завалы, стараясь не обращать внимания на боль в руках и учащённое сердцебиение.

Сердце колотилось так, что казалось, оно готово было выпрыгнуть из груди.

Руки дрожали, но я продолжал, как будто от этого зависела моя жизнь. Мои глаза метались по обломкам, выискивая её платье, её волосы, её руку — что угодно, что могло бы указать на её присутствие.