Чтение онлайн

– Что?
– вскочила мачеха.
– Мою любимую салфетку? Которая досталась мне в память о моей покойной матушке?

Вот тут-то я наложила кирпичей в панталоны.

– Не переживайте, госпожа. Если господин даст мне немного клея, она будет как новенькая, - произнесла я, видя, как полыхают яростью глаза мачехи.

Она выхватила у меня из рук салфетку.

Я опустила голову. И ведь мне действительно стало страшно. Не переусердствовала ли я с примером? Вид у мачехи был такой, что впору заказывать билеты на первый дилижанс и мотать отсюда.

– Простите, сейчас я все исправлю!
– прошептала я.

Мачеха гневно бросила мне салфетку.

– Вычту из твоей зарплаты!
– произнесла она.

Я взяла флакон, обмакнула палец в клей и стала осторожно приклеивать нитки друг к другу. Взялось намертво. Я подождала и …

– Покажите, - послышался голос покупателя.

– Что?
– удивилась я.

– Салфетку!
– потребовал он.

Я принесла ему и увидела, с какой дотошностью он рассматривает ее.

– А ваш этот… как его… клей… Он сможет починить то, что уже неоднократно чинилось магией?
– спросил он, вручая целую салфетку мне. Я снова постелила ее под чайник.

– Не знаю. Надо попробовать, - произнесла я, видя, как господин лезет в нагрудный карман. Он бережно достал портрет.

– Это - портрет моей дочери. Я всегда вожу его с собой. Мы с ним попадали в разные передряги.., - заметил он, показывая мне миниатюру с курносой девочкой.- Маги уже отказываются его чинить. Говорят, слишком много раз мы это делали. Говорят, что остаточная магия остается, а новые заклинания плохо берут. И из-за этого они не могут ничего сделать…

Мне бережно показали сломанную рамку.

– Вы можете это сделать сами, если господин вам разрешит, - произнесла я. Волнение охватило меня, заставив немного поежиться.

Через минуту, под моим чутким руководством он промазывал клеем на салфетке место разлома.

– Прижмите!
– произнесла я.
– Чтобы лучше схватилось.

Я была увлечена процессом, не меньше, чем он. Торговец прижал и держал, пока я не сказала: “Хватит!”.

Он рассматривал целый портрет. А я радовалась, что клей прозрачный и место починки почти не видно.

– Крепко!
– удивился торговец, отдаляя на руке портрет, а потом приближая, чтобы рассмотреть.
– А держаться будет?

– Моя младшая сестрица, - тут же расширила я свою несуществующую семью, - Пролила клей. Так мы этот стул не могли отодрать от пола.

– И долго?
– спросил торговец, что-то подсчитывая в уме.

– Может даже навсегда. Если опять треснет, то есть клей… - заметила я, возвращаясь к чаю, который успел немного остыть.

– Беру все, - произнес торговец, проверяя на прочность рамку.
– Думаю, сто золотых хватит.

– За все?
– спросил Лоранс. Мачеха довольно вздохнула.

– За один флакон!
– произнес торговец, вертя в руках. Мачеха чуть не поперхнулась.

– Только если его открыть, он засыхает, - предупредила я.
– Его постоянно нужно держать закрытым.

– Ничего, я разолью его по маленьким флаконам и буду продавать!
– усмехнулся торговец.

Он выпил чай в два глотка, отсчитал деньги, а потом удалился.

Когда дверь закрылась, а карета уехала, мачеха повернулась ко мне.

– Браво!
– усмехнулась она.

– Надеюсь, - прошептала я.
– Это не любимая салфетка вашей матушки?

– Нет, что ты!
– усмехнулась мачеха. Она спрятала мешочек с деньгами.

Лоранс что-то пробурчал и встал из-за стола. Вид у него был вовсе не счастливый. Он тут же направился к двери, а я не могла понять, в чем дело?

– Я смотрю, ты учишься, - заметила мачеха.
– Я всегда говорила, что жизненные невзгоды делают женщину умнее и сильнее. И брак в том числе. С ленточкой ты очень хорошо придумала. Однако, генерал весь день расспрашивал меня, из какой ты деревни.

Радость немного померкла.

– Но я сказала, что мне плевать, из какой деревни служанка. Главное, чтобы хорошо работала, - произнесла мачеха.
– Этот интерес к тебе меня уже начинает нервировать.

Я согласилась и направилась в сторону чердака, как вдруг услышала позади себя шаги. Обернувшись, я увидела генерала. Сориентировавшись, я юркнула в темноте на чердак, закрыла дверь и притаилась.

Понервничав немного, я стала укладываться спать. И почему это Лоранс так расстроился? Неужели он не рад? Это очень хорошая цена за зелье! Мучимая этой загадкой я уснула.

Утром я решила проведать свои растения и полить их. Трогая бантик, словно оберег, я направилась в сад. Сейчас я перевесила его на шею. И в зеркале напоминала кошку.

Моя маленькая фазенда включала в себя двадцать грядок. Я обошла их, глядя на первые ростки. Потрогала землю. Сухая. Пришлось идти за ведром.

Только я развернулась, как увидела тень, которая ложится поверх моей.

– Доброе утро, - произнесла я, щурясь на солнце.

– Доброе, - произнес генерал.

Невозмутимо, словно его и не было вовсе, а меня за углом ждут звиздюли от хозяйки, я направилась набирать воду. Идя обратно с ведром, я увидела, как генерал бросился ко мне и попытался отобрать ведро.

– Вы… вы что делаете?
– удивилась я.

– Не хочу, чтобы такая хрупкая девушка поднимала тяжести, - послышался голос.

Это было ранее утро, а я была удивлена, что он не спит. Обычно гости спят почти до самого обеда.

– Отдайте, - произнесла я.

– Не отдам!
– усмехнулся дракон.

– Я кому сказала, - произнесла я, пытаясь отобрать ведро.
– Идите в дом.

– Это еще почему?
– спросил дракон, уводя ведро от моей руки. Я была возмущена.

– Потому что вы слишком рано встали, - произнесла я, зная, что мачеха обычно спит до десяти.

– Я всегда встаю рано, - послышался голос.
– Давай я тебе помогу.

Помочь? Я недоверчиво посмотрела на мужа, видя, с какой легкостью он несет ведро. “Поливочная система Дракон”, - пронеслось в голове, а я вздохнула.

– Куда лить?
– спросил он, а я присмотрелась к нему. Это был другой человек. Не тот, которого я встретила.

– Давайте я сама, - проворчала я, а он рассмеялся и плеснул.

– Ну кто так льет!
– возмутилась я.
– Вы же заливаете! Это что за озеро получилось!