Чтение онлайн

– Вы позволите мне оставить Вас, - Эйден учтиво коснулся руки Розалинды, сидящей с ним рядом за накрытым столом. Блеск в глазах короля и тревожное выражение лица доказали присутствующим, сколь трепетно относится он к своей спутнице.
– Боюсь, обсуждение дел займет немало часов.

Розалинда не хотела ни на секунду расставаться с ним, но прекрасно понимала его чувства. Слишком многое стоит на кону, чтобы позволить глупым тревогам взять верх.

– Ступайте, - улыбнулась она, - и обсуждайте столько, сколько понадобится. От Вашего решения зависят судьбы трех королевств. Мысленно я всегда с вами...

Мета, королева Эйшеллии, с восхищением наблюдала за этой парой. За последние дни она выслушала столько сплетен о распутном короле Шилдании и выскочке-хартийке, погубившей мужа ради короля соседнего государства. Но теперь своими глазами видела, что Розалинда и Эйден истинная пара, связанная чувством гораздо более сильным, нежели похоть. Не иначе, как сама светлая богиня соединила два сердца.

– Не волнуйтесь, Ваше Величество, я позабочусь о нашей гостье, - Мета слегка склонила голову, высказывая почтение, а после добавила: - Буду беречь ваше сокровище и не позволю придворным украсть ее у вас.

Ни Эйден, ни Розалинда не ожидали подобных речей от королевы Эйшеллии. Как и ее подданные, она казалось холодной внешне и не стремилась к многословию. Но, похоже, внутренняя страстность этой женщины могла соперничать лишь с ее красотой. Высокая, изящно сложенная Мета походила на статую изо льда: светлые волосы и нежно-голубые глаза; тонкая, чуть ли не прозрачная кожа. Хрупкая и в тоже время крепкая.

– В таком случае, мне не о чем беспокоиться, - Эйден галантно поклонился обеим дамам и удалился, прихватив с собой Ралфа.

Розалинда слегка занервничала, оставшись единственной чужестранкой за столом. Но серьезные дела в мире мужчин принято обсуждать без участия жен и помощниц. Будь они даже королевами.

– Я верю, что настанет время, и женщинам позволят участвовать в переговорах наравне с их мужьями, - объявила Мета не страшась, что ее услышат.
– Смешно сказать, Адалард с удовольствием делится новостями и спрашивает совета наедине, но при своих министрах и посторонних и словом не обмолвится.

Розадинда все больше проникалась симпатией к королеве Эйшеллии - прямолинейной и открытой. А потому позволила себе замечание:

– Не могу с вами не согласиться. Но вода, как известно, обтачивает камни, и женщины, подобно ей, могут направлять своих мужей и сглаживать острые углы их характеров.

– Вы несказанно умны!
– восхитилась Мета.
– Вот теперь я верю, что вы сумели обхитрить отряд наших магов и остановить бронированный поезд чуть ли не в одиночку.

Розалинда залилась румянцем. Так странно и неожиданно слышать такое из уст побежденной королевы. Впрочем, и Адалард, и его супруга вели себя вовсе не как проигравшие. Мудрые правители, они смогли вовремя остановиться и пойти на уступки. И вправе гордиться своим решением.

– Это любовь сделала меня сильной и наделила неисчерпаемой энергией, - уверенно заявила Розалинда.
– После пяти лет неудачного замужества во мне пробудились новые дары Богини, те, о которых я прежде и не подозревала.

Мета смотрела на эту молодую леди и не могла поверить, что в столь хрупком теле содержится такой мощный дух.

– Вы истинное дитя Пресветлой, - восхитилась королева Эйшеллии, - не удивительно, что Шилдания стала сильнее, заполучив такого союзника. Но ваш муж... ваш бывший муж - я слышала, он имел отношение к некромагам. Так ли это?

Розалинде меньше всего хотелось омрачать прекрасно начавшийся день разговорами об Асторе, но отказать Мете в любезности она не решилась. К тому же эйшеллка наверняка знала о некромагии не понаслышке и могла объяснить многое.

Выслушав печальную повесть гостьи, Мета поделилась и своей историей. Рассказала о Керте, своем первенце, отринувшим свет.

– Не нахожу слов, чтобы выразить Вам мое сочувствие, - сникла Розалинда.
– Я не была привязана к Астору всем сердцем, и все же ужаснулась, узнав, к чему привела его тяга к некромагии. Не представляю, что бы стало со мной, если на его месте оказался мой первенец. Для матери нет ничего трагичнее, чем потерять дитя. Да еще и при таких обстоятельствах.

Прекрасные глаза Меты наполнились слезами, как хрустальные бокалы игристым вином. Голос стал более глухим, полным неприкрытой скорби.

– Мы с Адалардом до последнего надеялись, что Керта можно спасти, - проговорила она на одном выдохе.
– Искали его, пытались отвоевать горы Гланселя, чтобы шилданцы не обнаружили морион первыми. В итоге потеряли и сына, и королевскую честь. Столько людей погибло из-за нашей несговорчивости и самонадеянности.

Розалинда сжала ладонь Меты в своей и, не отрывая взгляда от ее печального лица, тепло возразила:

– Все это в прошлом, теперь появился шанс исправить прежние ошибки и навсегда оградить народы трех королевств от пагубного воздействия некромагии.

– Победить Беала не так легко, - покачала головой Мета.
– Своих слуг он не отпускает даже после их смерти.

От того, с каким ужасом произнесла королева Эйшеллии незнакомое имя демона, Розалинда почувствовала, как холодок пробежал по ее спине.

– Кто такой Беал?
– осторожно спросила она.
– Он имеет какое-то отношение к найденному в горах мориону?

Пока короли обсуждали взаимовыгодный союз, их королевы толковали о демоне, ставшем главной причиной войны и страшной чумы, унесших жизни многих магов.

– Теперь для меня самое важное - оградить своих младших детей от зова темного демона, - поделилась сокровенным Мета.
– Как сильные маги и наследники престола Эйшеллии они больше всех остальных подвержены риску. Что если и в них проснется кровь предков-некромагов. Я не переживу этого...

– Верить в лучшее нужно всегда, - попыталась вразумить ее Розалинда, - в этом я убедилась на собственном опыте. Ваши сыновья не обязаны повторить печальную участь брата. У Вас и Адаларда впереди много лет, чтобы научить их благородству и привить им тягу к свету.

– Вы так добры, - смягчилась Мета, незаметно смахивая слезинки с лица.
– Хотите, я покажу вам своих малышей?

– Сочту за честь, - возрадовалась Розалинда.

Говаривали, будто королева Эйшеллии так печется о своих сыновьях, что не подпускает к ним никого. А нянек и гувернанток выбирает с такой тщательностью, так строго за ними следит... Один косой взгляд, неуместное слово - и их отстраняют от мальчиков-принцев.

Дирк и Витольд были так похожи внешне, но отличались характерами, как солнце от луны. Оба высокие, как все эшелльцы, крепкие и сильные, как молодые дубки. От отца им достались темные волосы и пронзительные, напоминавшие небо в разгар шторма, глаза. Светлая кожа и тонкие губы - это уже наследство от матери.