Чтение онлайн

Я описала ему всё, что видела и слышала. Каждую секунду с того момента, когда Марианджела вернулась домой и просила Элеттру её спасти до того, как Рената и Элеттра отбили меня у Таддео при помощи громоздкой фарфоровой статуэтки и старинного меча, что раньше висел в их гостиной над камином.

Я извинялась. Снова и снова.

Чем больше я говорила, тем дальше отодвигался Фауст. Не в прямом смысле. Я чувствовала, как он отстранялся, и его немое разочарование повисло в воздухе густой пеленой, от которой щипало глаза.

– Фауст? – мой голос звучал жалким всхлипом. – Ты спишь?

Руджери молча поднялся с постели. Подошел к окну и уперся ладонями в подоконник. На горизонте уже загорался рассвет.

Новый день с новыми проблемами наступал беспощадно быстро.

Я всё ещё лежала на постели, одетая в вечернее платье, хранившее воспоминания о проходящей ночи, когда Фауст, наконец, произнес:

– Наверное, ты была права и мне действительно лучше отпустить тебя.

Прошло пару недель, наполненных тишиной.

Фауст не говорил со мной. Вообще.

Он старательно избегал моей компании, отвечал общими фразами и сутками зависал в своём кабинете на втором этаже.

Несмотря на то, что большую часть времени мы всегда находились дома, я его совсем не видела.

Марко сказал, что босс разбирается с проблемами.

Я не знала, стоило ли мне собирать свои вещи. Фауст ничего больше не говорил о разводе.

В бессонных ночах и бесцельных днях я и не заметила, как подошло время девичника Маддлен.

На мою просьбу поехать Фауст лишь кивнул, даже не подняв головы от бумаг.

Девичник проходил на огромной вилле, которую арендовала семья Каттанео.

Лощеный район на окраине Милана отлично подходил для помпезных мероприятий «для своих».

Марко сидел за рулем, то и дело, сверяясь с навигатором. Элеттра тем временем написывала в общий чат, что опаздывает. Рената же сетовала на то, что выделенная нам троим комната выглядит как студия для съемки порно.

Я смотрела на сменявшие друг друга пейзажи, снова и снова возвращаясь мыслями к той ночи. Когда всё могло пойти по-другому.

Наконец оказавшись на вилле, я выслушала долгую речь Марко:

– Миссис Руджери, меня за это по голове не погладят, но босс сказал, чтобы я ошивался поблизости. Если вдруг что-то пойдёт не так, то вы должны позвонить мне.

Я коротко кивнула и, поправив ремень сумочки на плече, отправилась к главному входу, где виднелись небольшие группы женщин.

Мой девичник был совсем другим. Это было понятно по разношерстной публике: модели, стриптизерши с хорошими продюсерами, актрисы.

Гаэтано Каттанео не поленился собрать под крышей виллы всевозможных женщин.

Оставалось лишь гадать. С кем ему уже удалось поделить постель, а кто ещё стоял в очереди.

– Раф? – послышался испуганный голос Элеттры позади меня. – Мы что. Приехали на выборы? Откуда столько народу? – возмущалась она, цокая по гранитной дорожке. Мы обнялись и я почувствовала запах её духов.

Смесь спокойствия, благородства и цветов.

– Ты уже видела Маддлен?

– Я думала, тебе повезло больше. – покачала головой Элеттра.

Следующий час мы провели в роли сыщиков: искали любые следы Маддлен на территории вокруг виллы, в садах, у бассейна и в доме, но это не принесло никаких результатов.

Плюхнувшись на лавку в саду, я попыталась расслабиться, но, среди обилия чужаков. Это было слишком сложно.

– Как Марианджела? – спросила я, надеясь, что мои слова не обидят Элеттру. Та скривилась, сцепив пальцы в замок.

– Звонит. Просит ей помочь. – Элеттра прикрыла глаза. Падавший сквозь кроны деревьев свет делал её ангельски красивой. – Я не могу так. У всего есть причина и следствие. Марианджела хотела изменить свою судьбу и расплачивается за это сейчас.

– Звучит цинично. – подметила я, ощутив неловкость. Элеттра улыбнулась, не открывая глаз.

– Это имеет смысл.

Я знала, что Элеттра имела в виду Бога.

Она была единственной в семье Ринальди, кто носил крестик на шее не в качестве изысканного украшения с россыпью бриллиантов.

Элеттра следовала четким принципам. Никакой серой зоны. Никакого прощения тому. Кто нарушал её устав.

И всё же, она кинулась спасать Марианджелу, которую точно считала пропащей грешницей.

Мой телефон зазвонил. На экране высветилось имя Ренаты.

– Да? – взяла трубку я.

– Обернитесь, клуши. – рассмеялась на том конце линии Рената.

И я Элеттра синхронно бросили взгляд через плечо. Рената махала нам рукой из окна второго этажа.

Мы отправились на поиски загадочной спальни, которую не обнаружили при первом обходе дома. При помощи Ренаты нам удалось встретиться.

Когда мы вошли в просторную спальню с двумя кроватями по углам и двумя диванами по центру. То обнаружили Маддлен.

Она сидела на диване, закинув босые ноги на стеклянный журнальный столик. В её руках красовалась бутылка шампанского.

– Привет, дорогая! – я обняла Маддлен, что улыбалась нам, смотря совершенно пустыми глазами. Потом подошла очередь для объятий с Элеттрой.

Я кивнула Ренате, указав ей на Маддлен, но та покачала головой.

Мы расселись на диванах. Тайный официант, которого подкупила Рената. Приносил нам закуски и шампанское и никому не говорил, где пряталась виновница торжества.

– Они всё равно не знают, как я выгляжу. – отмахнулась Маддлен, поедая эклеры, облитые шоколадом. – А завтра все будут настолько пьяными, что никто и не вспомнит о том, что сегодня нам так и не удалось пообщаться.

Игристое задавало настроение. Рената не переставала шутить, Элеттра – подбадривать.

Одна я чувствовала себя неудобно, будто мои и их проблемы лежали в совершенно разных плоскостях.

Я ни в коем случае не приуменьшала их переживаний!

Просто, наверное, меня могла понять только Маддлена, да и то это сложно было назвать «пониманием».