Чтение онлайн

Оказывается, Антуан не единственный, к кому наведывалось вдохновение.

— То есть… это — пирог из яйца вдохновившейся курицы? — усмехнулся он.

— Именно так. Шарлотка с яблоками на особом, благодарственном яйце.

Он почувствовал, как в нём что-то слегка дрогнуло. Вряд ли это сердце. Скорее, желудок, взволнованный ароматом корицы. И всё-таки...

— Не побоюсь этого слова — это мой самый ценный гонорар за всё время практики. Разделите его со мной?

— Благодарю, — Виола с улыбкой кивнула.

Поднос занял место на низком столике у окна. Там же оказался и чайничек. Антуан взглянул на него и вспомнил, что вожделенно хотел чая с того самого момента, как сел работать над романом.

Они устроились напротив друг друга. Он с чашкой, она — с видом женщины, у которой есть в рукаве не только пироги, но и козыри.

— Вы оказались правы, — сказала Виола. — Насчёт Лорда Мортимера. Это он таскает всё блестящее в мою сумку: гвоздики, стёклышки, булавки. Почему-то решил сделать там свой тайник. Сегодня я застала его за этим занятием. Своими глазами видела, как он прячет среди моих вещей потерянную кем-то пуговицу. Теперь нет сомнений, что и перстень — его лап дело. Осталось только понять, чей он. Вам удалось?

— Когда я внимательно изучил гравировку на внутренней стороне перстня, понял, что это фамильный герб ван-Эльстов.

— Ван-Эльстов? — Виола оживилась. — Это же всё объясняет! Выходит, перстень принадлежит месье Полю? Он его где-то обронил, а Морти нашёл?

— Вполне вероятно. Я, правда, ещё не успел его об этом спросить. Но если он подтвердит — загадка решена.

— А если не подтвердит? — озадачилась Виола.

— Тогда загадка таинственнее, чем мы думаем. Возможно, перстень принадлежал кому-то из прошлых владельцев Вальмонта. В таком случае стоит поговорить с Огюстеном. Он подскажет, кто мог быть хозяином перстня и каким образом перстень мог попасть в лапы Лорда Мортимера.

— А что если Морти добрался до какого-то сейфа или тайника, где лежат фамильные драгоценности, и перетаскивает их оттуда в мою сумку? — предположила Виола.

— А были и другие драгоценности? — заинтересовался Антуан.

— В том-то и дело, — взволнованно подтвердила Виола. — Я поэтому и пришла. Сегодня вечером нашла в сумке ещё одну вещицу — медальон.

Она протянула ему свою находку. На массивной цепочке, видимо, золотой, имелась подвеска, которая напоминала ключ. Ключ украшали драгоценные камни, и с первого взгляда было непонятно, является ли он просто необычным медальоном или одновременно всё же работающим ключом от какой-то двери.

Антуан подошёл к письменному столу, где в одном из ящичков лежало увеличительное стекло. С его помощью он изучил гравировку на тыльной стороне медальона. На этот раз не герб, а буквы.

— “А. в-Э.” — прочитал он надпись, чувствуя, как разгорается интерес.

Антуан задумался. Жизнь, а вернее Виола, снова подбрасывает ему сюжеты. Это был не просто медальон. Это была новая глава. Нет, новый поворотный момент! Антуан даже представил, как его герой-детектив берёт медальон с загадочной гравировкой и бросает взгляд своей новой помощнице...

…И тут он споткнулся на мысли.

Помощнице?

Да, его герою нужна помощница! В воображении Антуана — она была с волосами цвета молочного шоколада. Чуть полноватой. Начитанной. С огоньком. Умной. С пирогами… Виола?

Он посмотрел на неё.

— Я думаю, выгравированные буквы — это инициалы, — предположила она.

— Похоже на то, — кивнул Антуан, возвращаясь в реальность. — Возможно, медальон принадлежит кому-то из ван-Эльстов. Но что в таком случае означает буква "А"? Кто из ван-Эльстов носит или носил имя, начинающееся на эту букву?

С ходу вспомнить не удалось. Виола тоже пожала плечами.

— Что ж, похоже, нам не обойтись без помощи Поля и Огюстена, — сделал вывод Антуан. — Завтра с утра поговорю с ними. Думаю, к обеду у нас уже будет разгадка, — пообещал он Виоле.

— Я под большим впечатлением, как быстро вы находите разгадки, — произнесла она с тихим искренним восхищением.

— Это потому, что ваши загадки пахнут корицей и яблоками, — улыбнулся Антуан. — Не помню, когда в последний раз мне доставляла такое удовольствие шарлотка…

…и когда в последний раз ему доставлял такое удовольствие вечер.

Ароматный чай, пирог и интригующая женщина… В смысле Антуан имел в виду: женщина, которая подкинула интригующую загадку. Впрочем, нет, всё же именно так: интригующая женщина. Только тот, кто знает Виолу поверхностно, может полагать, что она просто милая барышня, любимый досуг которой — вышивка и разговоры о погоде. На самом деле она гораздо глубже.

Он сделал несколько неспешных глотков чая. Когда в последний раз Антуану так не хотелось, чтобы вечер заканчивался?

Лизельда не любила бывать в таверне сестры, но когда нужно для дела, она на такие мелочи, как недомытая посуда и заросшие паутиной окна, могла закрыть глаза. На завтраке в «Последней Ложке» её уже ждали Боше и Сигизмунд, эта парочка доморощенных интриганов, которые стали её временными союзниками.

Гризельда подала яичницу на посеребрённом блюде, явно не принадлежащем заведению. На этом привилегии, которые она сподобилась оказать столичным гостям, заканчивались. Кофе, разлитый по чашкам, пах чем угодно, только не кофе.

Впрочем, Боше, к её чести, искусно не замечала убогость обстановки, а сияющий, как канделябр в бальной зале, Сигизмунд замечал только её.

Лизельда как всегда держала спину прямо, улыбку — полуулыбкой, а свои настоящие мысли — за семью печатями. Она аккуратно отрезала кусочек яичницы и слегка наклонила голову в сторону Боше.

— Благодарю вас за вашего восхитительного кота, мадам, — произнесла она мягко. — Он справился с заданием безупречно. Отвлёк ворона в самый нужный момент — и ничто не помешало мне произвести на хозяев Вальмонта нужное впечатление.

Боше, потягивая бледно коричневую жидкость из чашки времён Феофила IV, чуть приподняла одну бровь:

— Надеюсь, старания моего Арчибальда не были напрасными?

— Разумеется, нет, — заверила Лизельда. — Я принята в штат.

Боше кивнула — слегка, с той сдержанной благосклонностью, с какой императрицы одаряют лучших пажей.

— Хм, — изрекла она, — вы, пожалуй, одна из немногих, кто с первого раза делает то, что нужно.

Похвала мадам Боше — событие редкое и по своему вкусу примерно как лимон в соевом супе. Лизельда внутренне усмехнулась. Благосклонность собеседницы ей была совершенно безразлична. Ей хотелось внимания совсем другого человека. И теперь, когда Лизельде удалось устроиться в оранжерею Вальмонта, она добьётся того, чего так жаждет.