Чтение онлайн

Мадам Боше замерла. Лицо её исказилось смесью отвращения и аристократического оскорбления.

Весь ужас происходящего смягчал только тот факт, что Поль и Натали уже ушли и так не узнали, что за ними следили.

— Мадам, не бойтесь, я вас спасу, — бесстрашно заявил Сигизмунд, но как спасать от того, что уже жужжало в воздухе, он слабо представлял.

На помощь тут же бросился владелец лавки. Он получил самый ледяной и уничижительный взгляд, на какой только способна мадам Боше:

— Если вы торгуете такой… отвратительной живностью, почему не потрудились предусмотреть ёмкость понадёжнее?

О, как она была восхитительна в своей презрительности! Сигизмунд заботливо стряхнул нечто крылатое и зелёное с её плеча.

— Прекрасно, просто прекрасно, — продолжала она изливать на торговца сарказм. — Осталось только, чтобы вы раздавали пиявок в подарок к каждой покупке.

Тот нисколько не смутился и принялся ловко, как дирижёр, размахивать руками перед её лицом, отгоняя насекомых.

— Ах, сущая мелочь, мадам! Стоит ли обращать внимание на это ничтожное недоразумение, когда сама удача плывёт к вам! Уникальный товар — омолаживающая фуражка почти ушёл в руки предыдущих покупателей, но я специально придержал её для вас.

Взгляд мадам Боше слегка оттаял. А торговец вдохновенно продолжал.

— Теперь эта фуражка достанется вам. И я готов сделать невероятную скидку. Только для вас! Отдам практически даром, всего за девяносто девять эстронов. Где ещё можно купить молодость так дёшево?

— Девяносто девять? — переспросила мадам Боше. — Берём.

Она глянула на Сигизмунда, и он тут же достал кошелёк и отсчитал нужную сумму.

— И ещё нам нужны два бинокля, — запросил он.

— О, мне так жаль, месье, но последние два бинокля забрали предыдущие покупатели. Однако могу предложить вам добротные походные фляги или чудесный набор наживок для рыбной ловли.

— Нет-нет, благодарю, — быстро отказался он.

Сигизмунд и мадам Боше вышли из “Лавки охотника” без биноклей, ради которых они тащились сюда три часа, но зато с фуражкой с кружевным козырьком и омолаживающим эффектом, приобретённой “почти даром”.

Натали никогда бы не подумала, что будет стоять перед зеркалом в охотничьем комбинезоне цвета болотной тины и думать, что выглядит не так уж и ужасно. Всё же годы, проведённые с Виолой в мансарде, когда им приходилось экономить буквально на всём, научили её ловко обращаться с ножницами, ниткой и иголкой. Бывало, из двух изношенных платьев она делала одно вполне пригодное и даже милое. После такого опыта подогнать охотничий комбинезон под себя — не такая уж и сложная задача. Во всяком случае, не сложнее, чем пошить наволочки из свадебного платья. И почему, кстати, у неё никак не дойдут до этого руки?

— Вот так, — сказала Виола, аккуратно подколов булавкой ткань у плеча. — Теперь сидит, как влитой.

Конечно же, тётушка не могла пропустить такой волнующий момент, как сборы племянницы на “ночную авантюру” и хотела всё проконтролировать лично.

— Ты всё-таки уверена, что не хочешь пойти с нами? — спросила Натали, повернувшись к ней. — Интуиция мне подсказывает, что затея может принести результат.

— О, идея действительно прекрасная, — Виола загадочно улыбнулась. — Просто... вы справитесь и вдвоём.

Она произнесла это так непринуждённо, что стало ясно: в этих словах прячется что-то вроде "не хочу вам мешать".

— Виола, дорогая, я вижу тебя насквозь, — мягко рассмеялась Натали.

Романтичная душа тётушки не оставляла мечтаний о превращении фиктивного брака в настоящий.

— У нас с Полем не вечернее свидание, а деловая авантюра. И нет ни единого повода стараться оставить нас наедине.

— А я и не стараюсь, — невозмутимо заявила она. — Я, может быть, и присоединилась бы к вам, но уже договорилась о вечернем чаепитии с месье Марлоу.

— Вот как? — заинтересовалась Натали.

— Понимаешь… оказывается, он очень любит творчество Овидия Ноктюрэ, — начала взволнованно объяснять Виола, — но ещё не со всеми его произведениями знаком. Вот и пригласил меня на чай, чтобы я познакомила его с творчеством Ноктюрэ поближе. Не могла же я отказать, когда речь о моём любимом поэте?

— Конечно же, не могла, если речь о любимом поэте, — с самым серьёзным выражением лица кивнула Натали. Но уже в следующую секунду её губы непроизвольно растянулись в улыбке: — А не по поводу ли этого поэтического чаепития из кухни так вкусно пахнет вишнёвым пирогом?

Виола слегка порозовела, будто её поймали на месте преступления.

— Эээээ… да, я поставила печься пирог. Но у меня не было выбора. Как можно изучать творчество Ноктюрэ без вишнёвого пирога, если он своё лучшее стихотворение посвятил цветущей вишне?

Натали снова с самым серьёзным видом согласилась, хотя, конечно, догадывалась, что причина чуть проще: просто Антуан любит пироги.

Когда Натали и Поль вышли из дома, в сад уже опустился вечер — мягкий, душистый, обволакивающий. Она бодро шагала в охотничьем комбинезоне, а Поль с улыбкой поглядывал на неё. Натали всё ждала, когда же он скажет что-нибудь насмешливое по поводу её внешнего вида, и он не обманул её ожиданий.

— Будь я дичью, был бы сражён наповал от одного взгляда на такую охотницу.

И почему даже его насмешки так похожи на комплименты?

Поиски Морти не заняли много времени. Он сидел на воротах. Невозмутимо и строго. Теперь он часто проводил там время, будто взял на себя роль охранника. Долго ли он будет так восседать, было непонятно, поэтому Натали и Поль решили устроиться на ближайшей скамье и наблюдать.

Время текло. Морти — ни с места. Вот уже на небо выкатилась сырная головка полной луны. Начали загораться первые звёзды.

— Похоже, он заснул, — предположила Натали, когда прошло уже две вечности и началась третья.

— Или предаётся философским размышлениям, — выдвинул свою версию Поль, — на тему бренности бытия.

Задумаешься тут на философские темы, когда абсолютно ничего не происходит.

Фонари пока были выключены, вечернего света хватало, чтобы видеть очертания деревьев и кустов. От нечего делать Натали время от времени подносила бинокль к глазам и рассматривала заросли. Тем же занимался и Поль.