Чтение онлайн

— Поздно, — чуть приподнял бровь Антуан. — У меня уже есть работодатель, который щедро платит за мои идеи.

Официант подошёл к столу с последним блюдом сегодняшнего ужина — десертом. Чем не чудесное завершение чудесного дня? На сегодня приключения закончились. Но Поль знал, что мадам Боше и Сигизмунд сейчас заняты планированием новых интриг и заговоров. Наверняка попытаются подкупить кого-то из слуг в Вальмонте, чтобы они следили за “новобрачными”. Что ж, значит, нужно сделать всё, чтобы ни у кого из слуг не закралось подозрение, что брак ненастоящий. Как? Воображение начало подкидывать варианты.

Поль ощутил, что улыбается. То ли тому, что десерт оказался восхитительным, то ли своим мыслям.

Утро выдалось тихим. Слишком тихим для четверых человек, одной курицы и ворона, отправившихся в путь. Поль был рад, что удалось выехать чуть свет. Если повезёт, уже сегодня поздно вечером они будут в Вальмонте и не придётся искать, где бы провести ещё одну ночь. Он знал, что чем ближе к поместью, тем сложнее найти приличный отель.

Колёса кареты размеренно постукивали по щебню, и лишь голос Виолы, вновь читавшей вслух, нарушал ритм:

— …"и тогда лорд Грейвли, не колеблясь, бросил в камин её портрет и произнёс: «Пусть пылает, как моё несчастное сердце!»"

Сидевшая напротив Поля Натали едва заметно улыбнулась. В её улыбке было больше скепсиса, чем в самом Поле. В отличие от своей романтичной тётушки она не принимала близко к сердцу книжные истории и, судя по всему, совершенно не верила в возможность искренних чувств между мужчиной и женщиной. И хоть именно по этой причине Поль и остановил свой выбор на ней, но всё же ему было крайне любопытно, что было причиной её столь ярко выраженного скепсиса.

Он ощутил некоторое сожаление, что они путешествуют в такой большой компании, а не вдвоём. Будь они наедине, Поль вызвал бы Натали на откровенный разговор. Сколько всего можно было бы узнать за время поездки. Но, к сожалению, всё, на что он мог пока рассчитывать, — это получасовая беседа во время привала. Антуан обещал, что отвлечёт Виолу, чтобы у Поля была возможность перекинуться парой слов с Натали с глазу на глаз. Надо же им согласовать, каким образом они будут создавать видимость семейной жизни перед слугами.

— …”портрет сгорел, но чувства не остыли. Они жгли лорду Грейвли грудь”...

Виола продолжала чтение. У неё был как минимум один благодарный слушатель — Антуан. Поль же не мог сосредоточиться на сюжете. Мысли сами собой уводили его прочь от бумажных страстей — в более прохладную, но куда более волнующую реальность. Вальмонт.

Сегодня они будут там.

Поместье, которое он некогда считал чуть ли не наказанием — теперь манило его. Странная перемена. Но логичная, если знать, что Поль искал. Точнее, надеялся найти.

Формула “Aura Veritas”.

Её название звучало как аромат само по себе — лёгкое, обволакивающее, едва уловимое, но не отпускающее.

Её создал его предок, Августин ван-Эльст, чудаковатый гений, о котором в семье вспоминали нечасто и с лёгкой ухмылкой. Алхимик, парфюмер, затворник. Долгое время Поль полагал, что это всего лишь легенда. В их семье все так считали. В любом случае формула была утеряна. Но однажды Поль нашёл намёки в старом архиве: обрывки писем, черновики, испачканные в каплях чего-то, что даже спустя столетия источало запах — странный, сложный, почти живой.

С тех пор Поль потерял покой. Он по крупицам собирал информацию, пытался найти следы, где именно Августин работал над своей формулой. И нашёл. Как следовало из старых записей, именно в Вальмонте у парфюмера-алхимика была тайная лаборатория. Точное её месторасположение Поль не знал. Может быть, где-то в подземелье самого поместья, а может быть, это было отдельное подземное сооружение.

Поль поставил себе целью — во что бы то ни стало найти её. Он понимал, что ведёт себя как одержимый. Возможно, он и был одержимым. Не из-за надежды на славу — её у него было достаточно. Не из-за денег — с этим тоже, к счастью, всё в порядке. А из-за чувства, что вот там, в пыльном углу Вальмонта, за заваленной мебелью дверью или под выщербленной плитой, скрывается что-то, что способно… изменить многое.

А может, всё.

Формула “Aura Veritas” — не просто аромат. Она обладала такими свойствами, в которые верилось с трудом. О парфюмах Поля тоже говорили много приятного. В газетах о его последней коллекции писали так: “Это символ чего-то неуловимого — чувства, которое ускользает, стоит только попытаться его поймать. Как тонкий след на запястье после прикосновения. Как взгляд, который остался в памяти, но ты не можешь вспомнить цвет глаз”. Всё это звучало красиво, тешило профессиональную гордость Поля, но разве сравнить его парфюмы с тем, что смог сотворить Августин?

Поль перевёл взгляд с бескрайних полей на Виолу, которая с чувством в голосе зачитывала очередной монолог о коварной измене и неразделённой любви.

А ведь Августин ван-Эльст, если верить легенде, тоже был влюблён. Отчаянно. Безответно. Без единой надежды, что когда-нибудь его глубокая страсть найдёт выход. И тогда ему в голову пришла безумная идея — он попытался дистиллировать своё чувство. Перегнать его через стекло и серебро. Получить эссенцию. Его формула — о том, как превратить нематериальное в материальное. У него получилось невозможное — преобразовать чувство в аромат. Именно поэтому парфюм вышел таким невероятно особенным. Если верить легенде, а Поль почти верил, аромат обладал свойством влиять на судьбу, изменять её.

Может, именно поэтому Августин исчез. Что с ним случилось после изобретения формулы “Aura Veritas”, не знает никто. Но если Поль найдёт его тайную лабораторию, то, наверняка, сможет узнать историю легендарного предка и восстановить его гениальную утерянную формулу.

Поль откинулся на спинку сиденья и снова посмотрел вдаль — туда, где дорога терялась за линией горизонта.

Вальмонт ждал…

Если вам когда-нибудь доводилось подолгу путешествовать в карете, то вы, конечно же, знакомы с тем трудноописуемым чувством восторга, которое охватывает, когда кучер решает, что пора дать отдых лошадям и остановиться на привал. Во всяком случае, Натали восприняла возможность размять ноги с превеликим удовольствием.

Место для привала нашли идеальное — опушка леса недалеко от ручья. Здесь пахло сосновой хвоей, горячими камнями и чем-то удивительно спокойным. Всё вокруг располагало для отдыха — мягкая трава, кружевная тень от деревьев и тишина, которую нарушало лишь журчание воды. Даже Виола на редкость молчала. Правда, ненадолго.