Чтение онлайн

— Нет времени, — обрывает он. — Мы и так уже опоздали.

Я сжимая губы.

Так, ладно. Выбора особого и правда нет.

— Тогда отвернитесь.

Он поднимает бровь.

— Я за рулем.

— И что?

— И мне, вообще-то, нужно видеть дорогу.

— Мы стоим!

Он бросает короткий взгляд вперед, потом на меня. Вздыхает и отворачивается к окну.

— Что я там не видел…

— В смысле?!.. — я аж задыхаюсь, одновременно пытаясь расстегнуть блузку.

— В прямом. Я вас видел голую.

— Что?! Когда это?!

Он лениво отвечает:

— У вас дома. Ночью. Уже забыли?

Я вспыхиваю.

— Я была в сорочке!

Он хмыкает и поворачивается.

— Ну да. Разница, конечно, огромная.

— Отвернитесь! — шиплю я.

Он смотрит на меня еще секунду.

Потом, с явной неохотой, отворачивается.

— У вас тридцать секунд.

— Вы серьезно? — я путаюсь в пуговицах.

— Уже двадцать восемь.

Вот же…

Я, наконец, расстегиваю блузку, пальцы вообще не слушаются.

— Быстрее, — спокойно добавляет он.

— Я стараюсь!

— Пока неубедительно.

Я бросаю на него взгляд. Он сидит, глядя в окно. Но я почему-то уверена, что он все равно… видит.

Черт.

Я стягиваю блузку, задевая локтем дверь, запутываюсь в рукавах и едва не застреваю.

?— Замечательно, — бормочу я. — Сейчас еще и застряну тут…

— Это было бы логично, — невозмутимо отзывается он.

— Спасибо за поддержку!

— Всегда пожалуйста.

Я, наконец, выбираюсь из рукавов, хватаю рубашку и начинаю натягивать.

И, конечно же, в процессе случайно заезжаю ему локтем по голове.

— Ай! — он резко поворачивается. — Вы меня убить решили?

— Я случайно! — вспыхиваю. — Отвернитесь!

— Это было предсказуемо, — комментирует он и снова отворачивается.

— Замолчите!

— Я и молчу.

…Ага, молчит он, как же!

Рубашка огромная. Просто катастрофически.

Ткань холодная, плотная, пахнет кондиционером и… им. От это становится еще хуже. Или лучше. Я не уверена.

Я быстро застегиваю пуговицы, стараясь не думать о том, как он сидит рядом

Сердце снова колотится, но не так как на дороге, как-то по-другому. Там было страшно, а тут…

Я даже не хочу это формулировать.

Я закусываю губу.

— Все? — спрашивает он.

— Почти!

Я торопливо закатываю рукава. Потом еще раз. Но они все равно длинные.

Заправляю рубашку в юбку. Потом вытаскиваю. Потом снова заправляю.

— Вы там с ней договориться пытаетесь? — лениво интересуется он.

— Я пытаюсь выглядеть нормально!

— Это новый опыт, понимаю.

— Вы невозможны.

— Я в курсе.

Я выдыхаю.

— Все.

Он поворачивается.

И медленно внимательно меня осматривает. Сверху вниз.

Его взгляд задерживается в районе моей груди чуть дольше, чем нужно, и я, краснея, судорожно одергиваю топорщащуюся ткань.

В его взгляде мелькает что-то странное.

Оценивающее и… довольное?

Нет. Показалось.

— Наконец-то, — говорит он.

Я закатываю глаза.

— Да неужели вам хоть что-то понравилось, — бурчу я.

— Не обольщайтесь, — спокойно отвечает он. — Это просто перестало быть катастрофой.

Вот же…

Я отворачиваюсь к окну.

— Спасибо большое.

— Не за что. Постарайтесь больше никого не спасать до конца дня.

— Постараюсь, — бурчу я. — Но не обещаю.

Он бросает на меня короткий взгляд, и на секунду уголок его губ едва заметно дергается.

— Пойдемте, Лебедева.

Глава 34

Мы заходим в ресторан.

Теплый свет, тихий гул голосов, запах кофе и свежей выпечки. Деловой завтрак, понятно.

Я автоматически замедляю шаг, замечая на себе взгляды.

Так… это мне кажется или они реально смотрят? Может, на Кравцова?

Нет. На меня.

Отлично. Это из-за рубашки, да? Или я просто внезапно стала иконой стиля, и мне забыли об этом сообщить?

— Идемте, — спокойно говорит Кравцов.

Так говорит, как будто все нормально, как будто я сейчас не в его одежде.

Ладно. Спокойно, Наташа.

Мы подходим к столу. За ним уже сидят трое.

Один — лет сорока, с живым лицом и улыбкой человека, который любит комментировать.

Второй — более сдержанный, аккуратный, явно наблюдатель.

И третий — пожилой, но крепкий, собранный, идеально одетый. От него идет спокойное давление.

Он поднимает взгляд на Кравцова.

Чуть улыбается.

— Кирилл.

— Доброе утро, — спокойно отвечает тот.

И вот вроде все вежливо, но между ними как будто струна натянута. Это почему-то сразу считывается.

— Прошу прощения за задержку, — добавляет Кравцов.

— Ты не опоздал, — отвечает мужчина. — Ты, как всегда, пришел в последний момент.

Его тон мягкий, но такой… с подколом.

— Наталья, — кивает на меня Кравцов. — Моя помощница.

Ого! Он помнит, как меня зовут. Надо же. Прогресс. Я думала, он только Лебедеву запомнил.

Все снова смотрят на меня. Да сколько можно…

— Доброе утро, — говорю я.

— Доброе утро, — отвечает пожилой мужчина, чуть внимательнее меня разглядывая.

Мы садимся. Передо мной ставят чашку с ароматным кофе. Рядом тарелка с круассанами.

Все красиво, конечно, но мне сейчас точно кусок в горло не полезет, даже под угрозой увольнения.

— Итак, — говорит один из мужчин, — давайте сразу к делу.

Ну конечно.

— Завтра тендер, — говорит пожилой. — И мы все понимаем, зачем сегодня здесь собрались.

— Чтобы сэкономить время, — невозмутимо отвечает Кравцов.

— Или деньги, — добавляет тот.

— Это одно и то же, — пожимает плечом Кравцов.