Чтение онлайн

Ева была очарована своей белоснежной комнатой. Александр работал весь день, с утра до позднего вечера, крася белым потолок, стены и подоконник, а пол – в цвет яичной скорлупы. Ева попросила оставить ее кровать у окна. Оттуда она видела дорогу до самых холмов, топорщащихся елями и оголенными кронами лиственных деревьев.

Когда Брайан наконец вернулся с работы, запах свежей краски витал по всему дому. Брайан обошел особняк, повсюду распахивая окна. Он открыл дверь помещения, которое теперь пытался привыкнуть называть «комнатой Евы», и на мгновение ослеп от сияющей белизны.

– Не входи! – воскликнула Ева. – Пол еще не высох!

Правая нога Брайана зависла над липким от краски паркетом, но он умудрился восстановить равновесие.

– Прости, – извинилась Ева.

– За что? – спросил муж.

– Я не хотела кричать на тебя.

– Думаешь, пара выкрикнутых слов может причинить мне боль, когда ты уже разрушила и мою жизнь, и наш брак? – задыхающимся голосом возмутился Брайан.

Ему представился осиротевший Бэмби, и он чуть было не сорвался.

– Могу ответить тебе одним негромким словом, – отозвалась Ева и начала было произносить «Ти..», но осеклась. Ведь не поспоришь, что в теперешней тупиковой ситуации они оказались частично и по ее вине.

Она близко знала Брайана почти тридцать лет. Он стал частью ее ДНК.

Наконец муж сказал:

– Я жуть как хочу в туалет.

Он тоскливо посмотрел на дверь в санузел, но от вожделенной уборной его отделял поблескивающий слой свежей краски, словно убийственно-ледяная вода между двумя айсбергами. Ева дернула за шнур, выключив свет, а Брайан поспешил в общую ванную на этаже.

Ева повернулась к окну.

Почти полная луна освещала скелет клена, сбросившего листья на излете осени.

* * *

Брайан сидел внизу в гостиной. Что случилось с милым уютным домом, который так ему нравился? Он огляделся. Растения в горшках завяли, как и цветы, торчавшие в вазе из вонючей застоявшейся воды. Лампочки, когда-то золотистым светом озарявшие комнату, поперегорали. Вкручивать новые вовсе необязательно – в такой обстановке, пожалуй, лучше обойтись без света. В камине не горел огонь, а разноцветные вышитые подушки, устроившись на которых он раньше смотрел вечерний выпуск новостей, пылились по обе стороны семейного очага.

Брайан перевел взгляд на семейное фото в рамке на каминной полке. Снимок из Диснейуорлда. Они заехали в Орландо после двух недель в Хьюстоне, и Брайан купил билеты в волшебную страну на целый день. Его немало разочаровал вялый отклик Евы и близнецов на сие известие, сопровождаемое имитацией триумфального марша.

В парке развлечений к ним подошел огромный Микки Маус и писклявым голоском спросил, хотят ли они сфотографироваться на память об этом дне. Брайан с готовностью вручил зверушке двадцать долларов.

Они встали перед камерой и Брайан сказал Еве и детям:

– Улыбайтесь пошире!

Близнецы обнажили зубы как испуганные шимпанзе, а Ева смотрела прямо перед собой, гадая, как Микки Маус справится с фотоаппаратом, не снимая карикатурно больших четырехпалых перчаток.

Когда снимок был сделан, к ним притащился Гуфи, волоча ноги по горячему асфальту. Цедя слова сквозь щель между передними зубами, он обратился к Микки:

– Чувак, я на хрен увольняюсь.

– Эй, парень! Что, черт возьми, случилось? – удивился Микки.

– Эта гребаная сучка Золушка только что опять врезала мне по яйцам.

– Что вы такое говорите? – вмешался Брайан. – У меня тут дети!

– Дети? – пренебрежительно ухмыльнулся Гуфи. – Да ты, на хрен, издеваешься! Это же натуральные старперы, англичашка. Да у них зубы как колотые камни!

– Кто бы говорил, на свои хреновы зубы посмотри! – воскликнул Брайан. – И они мигом окажутся на этом гребаном асфальте, если ты не прекратишь оскорблять моих детей!

Микки вклинился между Брайаном и Гуфи и сказал:

– Тихо, тихо! Успокойтесь, это же Диснейуорлд!

Брайан встал и вгляделся в лицо Евы на снимке. И почему он раньше не замечал, какой несчастной она здесь выглядит? Он вытащил из кармана носовой платок, протер стекло и рамку и поставил фотографию туда, где она стояла уже шесть лет.

С уходом Евы в затворничество дом умер.

Брианна сидела на узкой койке и пялилась в стену напротив. Бесподобный Александр уехал полчаса назад. Он оставил ей книжный шкаф и мамины украшения, но, сам того не желая, забрал с собой прежде не востребованное сердце Брианны. Ее переполняла искрящаяся радость.

Она произнесла вслух:

– Я люблю его. Люблю.

Сейчас она жалела, что не позаботилась обзавестись друзьями. Ей хотелось позвонить кому-нибудь и поделиться чудесной новостью. Брайану-младшему это будет неинтересно, Поппи любую беседу повернет на свою персону, а мама просто разозлится. Брианна могла поведать о своем секрете только ему самому.

Она взяла заветную визитку и потянулась за мобильным телефоном. Александр ответил немедленно и против правил – он ехал со скоростью сто двадцать километров в час по средней полосе трассы М1, направляясь на юг.

– Разнорабочий с белым фургоном.

– Александр?

– Брианна?

– Да, я забыла поблагодарить вас за то, что подняли мамины вещи наверх в мою комнату. Очень мило с вашей стороны. Вы были очень добры.

– Это не доброта, Брианна. Это работа. Мне за нее платят.

– Где вы?

– Только что свернул на скоростную магистраль. Зажат между двумя грузовиками. Если тот, что впереди, затормозит, превращусь в фарш.

– Александр, вы должны немедленно отключить телефон! – воскликнула Брианна.

Перед ней как наяву возник образ его изувеченного тела на автостраде в окружении алчно подвывающих машин скорой помощи. Она представила парящий над катастрофой стервятник-вертолет, выжидающий, чтобы выхватить пострадавшего и отнести в реанимацию.

– Будьте осторожней, ладно? – взмолилась она. – Ваша жизнь бесценна.

Александр послушался мудрого совета и отключился. Он и не предполагал, что девушка столь чувствительна, – она выказала на редкость мало эмоций, принимая от него материнские драгоценности.