Чтение онлайн

– Насколько я знаю, у них не было деловых отношений, - ответила Екатерина Самойловна.
– Анатолий в преферанс не играет, предпочитает шахматы, так что в доме Бориса бывал не часто.

– А жена?

– Полина и того реже.

– Откуда вам известно о том, что она была любовницей Заграйского?

– От него самого. Полина никогда бы мне об этом не сказала - она дама скрытная, самолюбивая. Да и кому хочется делиться тем, как тебя унизили?!

– А Заграйский так сильно ее обидел?

– Подробностей не знаю, но бахвалился он весьма красноречиво, из этого можно было сделать вывод, что для него не составляет труда соблазнить любую женщину.

– Госпожа Вальцова, видать, крепкий орешек?

– Она любит Анатолия и верна ему.

– Ее интрижка с Заграйским случилась до брака?

– Точно не знаю. У меня сложилось впечатление, что Борис не отстал от нее и после замужества. Может быть, Полина и уступила, потому Борис и хвастал, что способен завоевать любую крепость.

– Надо полагать, господин Вальцов об этом не подозревает?

– Разумеется.

“Вот и мотив, - порадовался Молчанов.
– Причем, у обоих супругов Вальцовых”.

– Вы знакомы с другими бывшими любовницами Заграйского?

– Виолетта Зорич тоже всем хвасталась, что два десятка лет назад крутила с ним амуры.

– Может быть, это плод ее фантазии?
– спровоцировал Екатерину Самойловну следователь.

– Не думаю. Виола рассказывала все в подробностях. С ее слов, Борис был от нее без ума.

– Отчего же не женился?

– Полагаю, Виолетта и раньше была стервозной, вдобавок, явной охотницей за обеспеченным мужем. Борис быстро ее раскусил. К тому же, Виола, хоть и врет, будто раньше была красоткой, даже в молодости отличалась полнотой. Она показывала мне свои фотографии - настоящая пышка, а Борису всегда нравились стройные женщины.

“А откуда вам это известно, любезная Екатерина Самойловна?” - мысленно спросил Геннадий Павлович, уже не сомневаясь, что собеседница имела гораздо более близкие отношения с Заграйским, чем хочет это показать. Соответственно, и мотив у нее есть.

– Алка, ну чё ты опять встреваешь?!
– попытался отговорить начальницу верный оруженосец.

– Толян, Люлю говорит, что ее сын в беде. Как же я могу отказать ей в помощи?!

– Дак пускай сама сынка выручает. Те-то чё?

– Она моя сокурсница и подруга.

– У тя этих подруг до едрени фени! И всем чё-то надо!

– Ну, мне же не трудно.

– Ни фига се! Только две недели как из больницы вышла, и те не трудно! Еле ходишь, наклоняться не можешь, лечиться те надо, вон Жека говорил, шов у тя разошелся, кажин день перевязки надо делать. У этой Люлю совесть есть?

– Когда ребенок попал в трудную ситуацию, мать думает только о нем.

– Да пошла она на хрен!
– рассердился Толик.
– Много твоя Люлю помогала, када ты в больнице валялася?! Сколь раз пришла? Два? А ты теперь бегай за ее сынка, так?

– Ну, не ворчи, мой верный оруженосец, - примирительно сказала Алла.
– Я ведь так и так влезла в дело с утоплением господина Заграйского. Меня, Нору, Регину и Ирину допрашивали и еще будут вызывать. Пусть мои сыщицы-”самаритянки” проведут расследование и найдут истинного виновника, если таковой существует. А если выяснится, что Борис утоп сам из-за сердечного приступа, мы все вздохнем с облегчением.

– А как госпожа Зорич относилась к Заграйскому?
– продолжал допрос Молчанов.

– Постоянно крутилась в его доме и делала вид, будто они приятельствуют.

– А на самом деле?

– Ее муж Юрий - большой любитель преферанса и часто играл с Борисом. А Виола приглядывала за супругом.

– Что - он частенько практиковал адюльтер?

– Виолетта очень подозрительная. Хоть она и весьма высокого мнения о себе, но как и все раскормленные особы, подспудно осознает, что давно уже не привлекательна для мужа. У Юрия уже пару лет есть любовница, об этом все знают. Полагаю, это известно и Виоле, вот она и следит за мужем.

– Как же супругу удавалось ускользнуть от ее бдительного ока?

– Будто это так уж трудно, - рассмеялась Екатерина Самойловна.
– Юрий имел возможность сказать, что занят по работе, а сам по пути завернуть к своей Любаше - она живет неподалеку.

– Расскажите о втором дне свадьбы.

– Да нечего рассказывать, - пожала плечами свидетельница.
– Мы с мужем зашли утром, немного посидели, потом Василий остался, а я ушла домой. В тот день дочка приехала, мне хотелось побыть с ней.

– Она живет не с вами?

– Нет, у Оли своя квартира.

– Ваша дочь знакома с Заграйским?

– Знакома, - неохотно ответила Екатерина Самойловна, и было ясно, что от обсуждения этой темы она предпочла бы уклониться.

– Ольга заходила поздравить молодых?

– Нет.

– Отчего же? Сосед женился...
– Молчанов выжидательно смотрел на собеседницу, подметив, что ее лицо стало хмурым, она отводит взгляд и сразу стала немногословной.

– У них были не настолько близкие отношения с Борисом.

– Ольга замужем?

– Нет.

– Сколько ей лет?

– Двадцать.

– Да, большая разница в возрасте...
– бросил еще одну провокационную фразу Геннадий Павлович.

Ермолаева никак не отреагировала, продолжая разглядывать свою сумочку, лежащую у нее на коленях.

– Ваш супруг сказал на первом допросе, что на следующий день вы уехали с дочерью по делам.

– Да, Оля затеяла ремонт, мы хотели кое-что купить для ее квартиры.

– В воскресенье?

Свидетельница растерялась, а Молчанов понял - они ездили не за покупками. Почему-то им обеим нужно было срочно покинуть дом до прибытия следственной бригады.

– Ну... Некоторые магазины работают и по воскресеньям, - неуверенно произнесла Екатерина Самойловна.

– А в каких вы побывали?

– Я уже не помню. Мы отправились на Олиной машине, дочка сама выбирала, куда заехать.

– Что-нибудь приобрели?
– невинным тоном поинтересовался Геннадий Павлович.

– Нет, нам ничего не понравилось.
– Голос свидетельницы уже окреп, она выглядела поуверенней.

– А что именно намеревались купить?

Екатерина Самойловна опять смутилась и отвела взгляд, пытаясь на ходу сообразить, как ответить.