Чтение онлайн

– Симпатичная малышка! – восхитился Слон и сунул фотографию Коале. Тот улыбнулся и передал ее Пауку.

– Ну, так как, господа?

– Право не знаем. Наверное, не встретили, – за всех поторопился ответить Коала.

– Но ведь женщин так много на свете.

– Только не в нужном месте.

– Есть города невест, планеты невест… – Болдин замолк, увидев печальные глаза на тоскливых лицах.

– У меня на Земле осталась девушка, – признался Кролик. – Но давно, очень давно это было.

Болдин обратил внимание на фермера, из глаз которого текли слезы.

– Тебя как звать?

– Кролик.

– А мирское имя?

– Точно не помню, кажется, Паша, – произнес Кролик, чем вызвал оживление среди сочувствующих товарищей.

– Не держи в себе грусть, Паша, надо выговориться, – подбодрил его Болдин.

– Я вспоминаю о Кате много лет, – Кролик продолжал рыдать, несмотря на то, что его, утешая, прижал к груди Слон. – Долгие годы подавляю в себе саму мысль о ней, но независимо от моего желания она упрямо всплывает в глубине памяти своими длинными волосами и прекрасно оформившейся грудью… спелых дынь воскового цвета… Теперь она, скорее всего, принадлежит другому.

Болдин подтвердил его самые наихудшие опасения.

– Конечно. Вы, что, господа, думаете, где мужчина, там и женщина? Глубоко заблуждаетесь. Совсем наоборот. Там, где женщина, там и мужчина возле ее юбки увивается.

Уже стоя на трапе, Болдин воскликнул:

– До чего обидно, ребята, что меня с вами не будет на празднике Урожая! Сами понимаете – жена Марья, давно не брюхатая. Хватит ей прохлаждаться. Что это такое за обожание, зараза, дурман и губительная смесь – женщина, не вам, стосковавшимся по прекрасному полу, говорить. Как приземлюсь, сразу начнутся супружеские объятия, поцелуи и прочее с постельными атрибутами.

Он уставился на пустые поля.

– Да, борьба за урожай была нешуточная! – эту фразу он направил своим партнерам, а мужикам сказал: – Трудно быть коммерсантом – я целых полтора года не видел свою лапушку. Как прилечу – отведу душу. Как она там без меня не беременная управляется?

Колонисты переглянулись, в горле у каждого возник комок, в глазах каждого читалась зависть.

– Что-то вас тоска заела зеленая, мужики. Может, еще немного покатаетесь в антигравитационных креслах? – Болдин попробовал вывести их из унылого состояния.

– Н-нет, спасибо.

– А то полетели со мной, мужики, – предложил он. – По-моему, самое лучшее развлечение – это девочки! Там женщины – настоящие фурии, изнывают без мужского общества – поразъехались те все кто куда осваивать большой космос. Быстро выведут вас из строя. Отлежитесь, оклемаетесь, а потом в путь дорогу обратно сюда…

Колонисты снова переглянулись.

– Секс-тур? Мы бы не прочь, да у нас травостой, пора браться за сенокос.

Корова, тоскливо глядящий на иллюминатор, в окне которого на него смотрела немигающими глазами кукла, набрался храбрости обратиться с откровенной просьбой.

– Женщины – это хорошо. Вы бы нам что-нибудь относительно этого полу привезли.

– Настоящих живых женщин не обещаю – какая захочет в дальнюю ссылку, да в дикие условия, а прочие эрзац-заменители вы сами не захотите, – предостерег Болдин.

– Ну, вы всё равно подумайте и присмотрите нам каких-нибудь красавиц из ваших личных предпочтений и пристрастий – посолиднее… Ну, сами понимаете… – интеллигентно поддержал идею Коала, который, видимо, был больше всех сексуально свихнутый.

– Понимаю! О вкусах не спорят! – подмигнул Болдин.

– Мы мужики в расцвете сил и возможностей, – присоединился к товарищам Слон, – и фурии нам не страшны! На них у нас есть мужское противоядие!

– Женщина – это норма! – сказал Болдин. – Ненормальность – не любить женщину. Нет больше муки, чем воздержание. Намек понят, предложение заметано. Всё будет – и первая женщина, она же лучший друг, и дети, которые пойдут один за другим косяком как на конвейере. Иначе, зачем огород городить?

– Как долго ждать?

– Как только случится оказия в вашу сторону – заказ обязательно выполним.

– Передайте привет вашей жене Марьюшке, – услышал он напоследок.

Корабль отбыл, и мужики тут же заподозрили неладное.

– Болдин сладко говорил, зубы заговаривал. Как это весь урожай за бесценок оказался в лапах торгашей? – загалдели они. – Выброшенные на ветер деньги!

Джипы пустились вдогонку и за околицей превратились в геликоптеры. Эскадрилья поднималась все выше и выше, пока не стала проваливаться в воздушные ямы вне атмосферы.

Колонисты приземлились и только качали головами, удивляясь своей оплошности.

– Гуляющий ветер по аттракционам, обнажившаяся шрамами до черноты почва на полях – вот всё, что осталось гнетущим напоминанием после посещения торгашей.

Всё же реалии мирной жизни возобладали, джипы встали кружком. Фермеры разбились на пары и стали отрабатывать атаку и защиту в боях без правил, при этом от визга и уханий при нанесении ударов закладывало уши.

Раздался сигнал на перерыв, и секвойя приняла разгоряченных колонистов под своей кроной.

Носорог взял на себя функции председательствующего.

– Пользуясь перерывом, решим один вопрос. Мы собрались по поводу поступивших жалоб о неправильной застройке наших особняков. Слово для отчета нашему уважаемому фермеру Пауку, а по совместительству архитектору.

Паук привычно начал выступление без всякой бумажки:

– Немного предыстории. Нью-Москв элитарный городишко первого поколения из шести прекрасных дворцов, каждый хозяин которых стремится превзойти соседей в архитектуре, возносящейся вверх, желая при этом обойти и в экстравагантности, и в масштабности проектов. Всякий вправе уничтожить свой дом удобным для него способом, если при этом не подвергается угрозе дом других лиц. Очевидно, это правило по технике безопасности сыграло свою окончательную роль, и дома стали расти в ширину и вверх, затем только в ширину, пока не надвинулись и не стали теснить и затенять друг друга. Фантазия на этом у каждого фермера померкла. Считаю, закономерный положительный итог городского строительства достигнут – что еще нужно?

Кролик выкрикнул:

– Давай лучше о перспективах!

– Решение только одно – пора буровить вглубь и вгрызаться в землю дальше и вширь!

Коала прикинул в голове.

– Еще год-два, и опять будет та же морока с тесненным пространством. Как быть?

Паук передразнил:

– Год-два надо прожить.

Слон не удержался от восклицания.

– А у нас не так уж плохо!

Корову тоже всё устраивало, и он высказался:

– Добавлю от себя лично. Действительно, Нью-Москв не кажется жалким и облезлым из множества построек: бань, гаражей, мастерских, пакгаузов, элеваторов и скотобаз. Всё хоть и произвольной застройки, но каждый хозяин вложил свою фантазию и душу. Что с того, что запах потных мужицких тел перемешивается с ароматами, оставленными животными и огромными цветами пападендронами и мамадендронами. Что с того, что грохот поп-музыки из всех шести роскошных резиденций, сливается в невообразимую какофонию? Главное, что умиротворенность и согласие не покидают наш райский уголок.