Чтение онлайн

— Тамара непредсказуема в гораздо большей степени, чем обычная женщина. Вдруг она захочет рассчитаться со мной не у памятника на Набережной, а отъехав для верности куда подальше? — предположила я.

— Нужна машина, готовая последовать за ее «БМВ», но машина обычная, неприметная, которую нельзя принять за слежку. Мой «форд» да еще с московскими номерами сразу засветится, — задумчиво произнес милый генерал.

— Эврика! Анатолий Михайлович, в деле по поиску Вашей дочери участвовал и мой неизменный помощник, кузен Владислав Волков. Летом он приобрел подержанную «Оку»…

— Годится! — обрадовался генерал. — Ни одна уважающая себя спецслужба на такую не сядет. Поэтому «Ока» на хвосте подозрений не вызовет. Кстати, Надя, твой кузен, помнится, будущий юрист и вообще отличный парень. Дай-ка мне его телефон. Тебе самой не стоит сейчас связываться с ним. Я сам обо всем договорюсь.

— Еще, Анатолий Михайлович! Меня беспокоит информационный вакуум вокруг фигуры этой самой Тамары. В досье на Кирилла Майдановского о ней ни звука, а мне очень интересна фигура клиентши. Покажите мне хоть одну женщину, готовую выложить за голову своего мужа сто тысяч баксов? Я не налоговый инспектор, но откуда деньги?

— Ты хочешь, чтобы я попросил московских друзей поинтересоваться ею? — уточнил генерал.

— Я колеблюсь. Если ваши друзья обнаружат свой интерес, мадам может легко связать его с моим появлением. Тогда она отождествит меня со спецслужбой, которая будет ее трясти…

— И постарается возвратить свои сто кусков ценой уже твоей жизни, — закончил мою мысль профессиональный разведчик. — Но мы должны быть на голову выше твоей соперницы. Попрошу московских коллег сработать, скажем, под обычный наезд вполне легальных органов — налоговой инспекции или полиции. Если Тамара беспрепятственно орудует такими суммами, следовательно, она так или иначе связана с миром бизнеса. А где бизнес, там налоговики. Кого-кого, а тебя с налоговиками не спутаешь.

Я с аппетитом поела домашние пельмени, слепленные руками добрейшей Нины Сергеевны, буквально расцветшей за последние полгода. Женщина, почти три десятка лет хранившая тайну удочерения, боявшаяся каждого стука в дверь — как бы не пришли настоящие родители и не забрали ее дочурку, рано оставшаяся без мужа, ушедшего к молодой сопернице, в пору бабьего лета наконец-то нашла свое счастье. Да и какое счастье — ее мужем стал родной отец дочери! Теперь никто и никогда не отберет у нее ни тихого женского счастья любить и быть любимой, ни единственную дочку и двух внуков, ни мужа, героя и генерала.

Домой я возвратилась уже ближе к полуночи, отдохнувшая душой и готовая к новой борьбе…

На следующий день я встретилась в центре города с Анатолием Михайловичем, преподнесшим мне презент — мельхиоровую бижутерию. Набор понравился мне даже не с технической стороны, а как обыкновенное украшение. Серьги и кольцо пришлись мне по душе. А это вселяло уверенность в успехе предстоящего дела.

Без пяти минут семнадцать я поставила свою «десятку» неподалеку от памятника всесильного в советские времена первого секретаря обкома Ивана Шалаева. Заперла «жигуленок», спустилась к Волге. На замерзшей реке, словно нахохлившиеся воробьи, сидели любители зимнего подледного лова. Посмотрев на панораму реки, я решительно направилась по лестнице к верхнему ярусу Набережной, где должна была стоять тамарина «БМВ». В этот зимний вечер прохожих было мало. Лишь двое рабочих в форменных куртках и брюках городского жилищно-коммунального хозяйства лопатами расчищали снег возле памятника коммунистическому вождю. Приглядевшись, я узнала в них… генерала Кузнецова и своего кузена Славу Волкова. Да, очень интересно!

А вот и знакомый «БМВ». Правая задняя дверца открылась при моем приближении. Поправив шубу, я села в машину. В углу с кейсом на коленях устроилась Тамара. Поздоровавшись, я вопросительно посмотрела на хозяйку.

— Считать будешь? — усмехнулась Тамара, поглаживая рукой кожу кейса.

— Чай я русская баба, по пословице живу — деньги счет любят! — в тон ей ответила я.

— Может, еще и машинку для проверки подлинности купюр принесла? — продолжала «долбать» меня москвичка.

— Дай хоть посмотреть, нет ли «куклы», — убеждала я заказчицу: мне во что бы то ни стало надо было заставить ее раскрыть кейс и показать доллары, чтобы запечатлеть их на видео.

— Небось, первый раз в жизни такую сумму наличными видишь? — спросила Тамара, расстегивая кейс.

— Видеть приходилось и крупнее. Но те предназначались не мне, — честно призналась я.

— Купюры по пятьдесят баксов. В пачке по пять тысяч. Всего десять пачек. Арифметика простая, — Тамара пододвинула чемоданчик в мою сторону.

Взяв на выбор одну пачку, я вытащила из нее несколько купюр. Кажется, настоящие.

— Расписку писать? — подковырнула я хозяйку.

— Не передергивай, подруга! — погрозила мне пальцем Тамара. — Лучше послушай меня внимательно. На твое имя забронирован номер-люкс в «Центральной». Утром поселишься в нем. Потом отправишься в ваш местный драмтеатр. Насколько я выяснила, Кирилл официально в вашем городе на постановке какого-то спектакля. Приглашенным режиссером. Ты — корреспондент газеты «Купидон-инфо». Вот служебное удостоверение, паспорт на твое имя с московской пропиской, деньги на представительские расходы. Здесь — досье на руководителей редакции, коллег по работе, краткая справка об истории создания и основной тематике издания, твои визитки, — Тамара протянула мне папку с документами.

— Изучишь до завтра. Срок командировки у тебя неделя. За семь дней тебе придется соблазнить Майдановского, узнать координаты его пассии. Потом убрать хотя бы Кирилла…

— Где мочить-то будем? В сортире? — повторила я ставший знаменитым слоган российского премьер-министра.

— В сортире пусть кавказцев мочат. Ты уберешь Майдановского в постели, — спокойно произнесла Тамара.

— Где? — с неподдельной дрожью в голосе заметила я.

— Да, да, ты не ослышалась. В постели, во время или после любовной игры. Таково мое условие, — жестко подтвердила клиентша. — Яд передам дополнительно. Я долго думала, куда замаскировать видеокамеру и микрофон, ведь по идее на твоем теле ничего из одежды не останется… Догадалась. Возьми набор бижутерии, — Тамара протянула мне упакованные безделушки, исполненные под золото серьги, кулон и кольцо. Хорошо, что я не выдала своего удивления! — В серьгах и кулоне видеокамеры, в кольце — микрофон. Наденешь завтра вечером, когда начнешь соблазнять Майдановского. Я хочу все видеть и все слышать! Поняла?

— Да, ваше высочество! — я галантно склонила голову. — В туалет мне с ними тоже ходить?

— Не ерничай, принцесса! — беззлобно усмехнулась хозяйка. — Надевать их станешь только с Кириллом. Снимешь — они перестанут работать. Техника импортная, для агентов ЦРУ, действуют только на теле, отключаются автоматически при снятии.

— Уважающая себя столичная журналистка не станет всю неделю щеголять в одной и той же бижутерии. И твой актер не колхозник, сразу заподозрит неладное, — возмутилась я.

— Логично. Послезавтра утром я позвоню тебе в номер, назначу встречу, принесу еще чего-нибудь на смену. Ладно. Задание ясно? Еще вопросы есть? — заторопилась Тамара.

— Как мне связаться с вами в непредвиденной ситуации? — нагло улыбнулась я.

— Вот номер моего сотового, — москвичка протянула обыкновенный листок, вырванный из ученической тетради. — Запомнишь, бумагу сожги. Тебя подвезти куда-нибудь?

— Не надо, за углом моя тачка стоит, — отказалась я.

— Тогда счастливо! — Тамара впервые за два дня знакомства протянула мне руку. Обменявшись рукопожатием, мы расстались.

Выйдя из «БМВ», я огляделась. «Рабочих» возле памятника уже не было — они, вероятно, слушали наш разговор в машине. Попетляв на всякий случай вокруг памятника, я подошла к своей «десятке», открыла дверцу, устало опустилась на водительское место. Интересная получается картина. Спецтехника, которой снабдили меня Тамара и Кузнецов, — из одного источника! Выходит, у москвички есть доступ даже к тайнам внешней разведки! Очень колоритная фигура Тамара Майдановская!

Москвичка перестраховалась. Она взяла меня под свой колпак. Надев золотистую бижутерию, я уже не смогу сказать Кириллу ни слова правды. Так что же делать? Как сказать артисту о ситуации, в которую он попал?