Чтение онлайн

– Да никак ты ревнуешь, братец!
– сказал я.

– Ревную, - честно признался Брендон.
– Я же говорил, что у меня серьезные намерения. Поэтому мне небезразлично все, что между вами происходит. А между вами что-то нечисто - это и ослу понятно. Вы любовники?

Я вздохнул, забрал у Брендона сигарету, в три затяжки докурил ее и выбросил окурок за борт.

– Нет, - ответил я.
– Мы не любовники и никогда не станем любовниками.
– Боясь, что мои слова прозвучали не слишком убедительно, я поспешил добавить: - Ты ошибаешься, считая меня своим соперником, Брендон. Не я твой соперник.

– А кто же?

– Морган Фергюсон. Относительно Даны у него тоже серьезные намерения. Он собирается развестись с женой, чтобы жениться на ней.

– Ага, - сказал Брендон, нахмурившись.

– Вот то-то же. И я считаю своим долгом предупредить вас обоих - во избежание возможных недоразумений.

Пока мой брат переваривал полученную информацию, я сунул руку за отворот камзола и извлек оттуда небольшое круглое зеркальце. Брендон собирался встать и отойти в сторону, но я жестом велел ему оставаться на месте.

Рябь... Туман... Контакт.

Я увидел лицо Даны в обрамлении золотисто-рыжих волос, которые беспорядочно разметались по подушке. Она смотрела на меня, сонно улыбаясь, и часто моргала своими большими зелеными глазами. Лично для меня нет зрелища прекраснее, чем вид нежащейся в постели девушки, и мне стоило больших усилий не залюбоваться ею в присутствии Брендона.

– Доброе утро, Дана, - сказал я.
– Извини, если разбудил тебя.

– Привет, Артур, - ответила она.
– Не беспокойся, я уже давно проснулась. Вот только никак не могу заставить себя встать.

– Почему? Ты заболела?

– Слава богу, нет. Просто мне скучно. После твоего возвращения мы с Дейрдрой ни разу не ссорились по-настоящему.

– Так это же великолепно!

Дана вздохнула.

– Может быть. Но, признаться, я так привыкла к нашим утренним ссорам, что теперь скучаю без них.

(Каково, а?! Нет, женщины - это что-то с чем-то!)

– Между прочим, - сказал я.
– Ты помнишь моего брата Брендона?

– Такой невысокий, очень симпатичный, с голубыми глазами и светлыми волосами?

– Он самый.

– Дейрдра сказала, что он прибыл вместе с тобой.

– Да. И сейчас он тоже скучает. Ты не хочешь поскучать вместе с ним?

Дана удивленно подняла брови.

– Как это?

– Очень просто, - ответил я и сунул в руки растерянному Брендону зеркальце.
– Думаю, нет нужды представлять вас друг другу?

Не давая им времени опомниться, я встал со скамьи и быстрым шагом направился к кормовой части корабля, где находились наши каюты. На полпути до меня донесся сбивчивый голос Брендона:

– Здравствуйте, Дана... Вы не против, если я буду называть вас просто по имени?

Что ответила Дана, я уже не расслышал; но вряд ли она стала возражать.

В просторной каюте, которую занимали наши девочки, я застал только Бренду. Одетая в розовую пижаму, сестра сидела на широкой койке, поджав под себя ноги, и возилась со своим миниатюрным компьютером.

– Привет, Артур, - сказала она, не переставая нажимать на клавиши. Как спалось?

– Спасибо, хорошо, - ответил я.
– Только немного озяб ночью...
– Тут я растерянно умолк, обнаружив, что в каюте жарко, как в печке. Источником тепла был невесть откуда взявшийся электрический камин, подключенный к небольшому генератору, который черпал энергию из Формирующих.
– Черт побери! Как это мы с Брендоном не додумались?..

Бренда отложила в сторону компьютер, вытянула ноги и рассмеялась.

– Мужчины! При всей вашей изобретательности, вы ужасно непрактичный народ. И ленивый к тому же. Чего вам стоило раздобыть нагреватель и детали для генератора? Мы с Пенни провернули это за полчаса; а вы из-за своей лени мерзли всю ночь. Поделом вам.

Почувствовав, что начинаю потеть под ворохом теплой одежды, я снял с себя плащ, камзол, берет с помпоном и расстегнул две верхние пуговицы рубашки.

– Это моя вина. Брендон слишком поглощен мыслями о Дане, чтобы обращать внимание на такие пустяки, как холод.

– Вот как, - сказала Бренда.
– Ты уже раскусил его?

– Давно.

– И небось, находишь это забавным?

– Вовсе нет. Дана замечательная девушка и достойна любви Брендона. Я подошел к рабочему столу Пенелопы и просмотрел сделанные ею эскизы герба нашего будущего Дома. В основном это были дракончики в разнообразных позах, но среди них я узрел кое-что новенькое.
– Ага! Неплохая задумка. Красный дракон с белым единорогом; по-моему, то, что нам нужно.

– Это моя идея, - сообщила Бренда.
– Мне пришло в голову, что раз ты женишься на Дейрдре, то было бы логично объединить ваши фамильные гербы в один. Таким образом и драконы будут сыты, и единороги целы.

– Не думаю, что твоя идея понравилась Пенни, - заметил я.

Бренда утвердительно кивнула.

– Сначала она была возмущена, но затем все-таки признала разумность моих доводов. Хотя энтузиазмом не воспылала. Бедняжка никак не может смириться с тем, что у тебя будет жена.

Я вздохнул, сел на мягкий стул и принялся рассматривать эскиз. Поле герба было разделено надвое двойной косой чертой; в левой верхней части был изображен вставший на дыбы дракон, а в правой нижней - изящный, с длинной гривой единорог, гордо вскинувший голову и бьющий копытом о землю. Оба мифологических животных выглядели как живые; дракон излучал силу и мужественность, единорог был само воплощение грации и женственности. То, что Бренда воспринимала как механическое совмещение двух картинок, для Пенелопы было наполнено сексуальной символикой. Неудивительно, что идея Бренды вызвала у нее протест - ведь она сразу увидела в образе дракона и единорога меня и Дейрдру...

– Да, кстати, - сказал я.
– Где Пенни?

– На камбузе, - ответила сестра.
– За завтраком она заявила, что корабельный кок скверно готовит, и решил сегодня побаловать нас роскошным обедом.

Я усмехнулся.

– То-то я и гляжу, что на палубе непривычно пусто. Наверное, весь экипаж сейчас наблюдает за тем, как принцесса из рода Пендрагонов занимается стряпней.

– Да уж, точно, - согласилась Бренда.
– Для них это будет незабываемое зрелище.
– Она встала с койки, вступила босыми ногами в тапочки, накинула поверх пижамы кружевной халат и подошла ко мне.
– Артур, ты не подумай, что я навязываюсь, но мне хотелось бы знать, когда ты собираешься представить нас Источнику.

– В любое удобное для вас время, - ответил я.
– Теперь слово за вами, и я жду, когда вы сами проявите инициативу. Но похоже, что не все из вас готовы к этому.

– Твоя правда, - кивнула сестра.
– Брендон сейчас явно не в форме. Он как раз переживает ту стадию влюбленности, когда человеку безразлично все на свете, кроме объекта его нежной страсти.

– А Пенелопа?

Бренда немного помедлила с ответом.

– Надеюсь, ты меня правильно поймешь, Артур. Твоя дочь хорошая девочка, умная, проницательная, отзывчивая и так далее, но она еще молоденькая, почти что ребенок. Пенни привыкла к спокойной размеренной жизни, она создала свой уютный мирок, где нет места проблемам вселенского масштаба и глобальным потрясениям. Ей чужды властные амбиции, ее честолюбие вполне довольствуется рамками изобразительного искусства, и она не уверена, нужно ли ей вообще такое огромное могущество, которое предлагаешь ей ты. Ее пугает перспектива взвалить на себя ответственность за судьбы мира.