Чтение онлайн

— Справа, через три двери. Там открыто, — Аве рухнула на кровать и закрыла руками глаза.

— Спасибо, что согласилась… согласилась помочь… — сказал Мада, но Аве уже заснула с улыбкой на лице.

Он осторожно открыл дверь комнаты, стараясь не издавать громких звуков. В коридоре ничего не поменялось: стены были такими же серыми и неприглядными, а лампы на потолке издавали свои обычные звуки. Облокачиваясь о стену, Мада добрался до своей комнаты, которая, как и говорила Аве, была не заперта. Войдя внутрь, Мада сразу же лёг на стоящую в ближнем углу кровать и провалился в глубокий сон.

* * *

Диа и Анна с фонарями в руках осторожно пробирались через разрушенные недавним пожаром развалины одной из лабораторий, в которой проводились эксперименты над пленными. С момента пожара прошло около четырёх месяцев, но отсюда так ничего и не вывезли: уцелевшее оборудование, словно статуи, осталось стоять на своих привычных местах, разбитое стекло покрывало собой практически весь пол. В некоторых местах крыша одноэтажного здания, похожего на крупный ангар, обвалилась, погребя под своими балками сотни образцов крови. Ночное небо заглядывало в образовавшиеся дыры, словно подглядывая за незваными гостями, которые решили потревожить мёртвое пространство.

— Им было настолько плевать, что они даже не стали тут ничего уничтожать… — растерянно сказала девушка, листая один из журналов с результатами опытов.

— Думаешь, это что-то поменяло бы, — усмехнувшись, ответил Диа. — Мы живём в обществе, где все равны, но есть те, кто чуть-чуть ровнее.

— Снова вы о своём… Лучше скажите, что мы тут ищем?

— Эхо жестокости и научного прогресса!

Диа медленно ходил по помещению, постукивая по полу длинным металлическим прутом, который он оторвал от одной из стен.

— Тебе ничего не кажется тут странным?

— Не понимаю вас, — отозвалась Анна.

— Большое помещение… -протяжно сказал Диа, не отрываясь от своего занятия. — Крупное оборудование, десятки тысяч ампул для крови, обгоревшие документы с результатами экспериментов, но ни одного стола и инструмента для разделки. Вряд ли кто-то стал бы возвращаться сюда, чтобы забрать именно это.

— Может, тут работали уже с готовой кровью?

— Епископ не стал бы так рисковать. Одно дело — перевозка живого груза, его даже прятать не надо. Ни один блокпост не обратит внимания на грузовик с пленными, который сопровождают Ангелы, а вот с перевозкой крови могут возникнуть сложности. Для её транспортировки нужен специальный транспорт с криокамерой, а он находится под строгим контролем «Центра Переработки».

Осколки стекла хрустели под тяжёлыми шагами Диа, иногда где-то рядом раздавался крысиный писк, напоминая о том, кто теперь живёт в этом месте. Свет фонаря то и дело скакал с одного места на другое, словно пытаясь найти в ночной тьме ключ к разгадке тайны. Несколько раз обойдя всё помещение, Диа остановился в самом его центре и рассмеялся.

— Если хочешь что-то спрятать — сделай это на самом видном месте… — сказал он и, окутав свою ногу кровью, со всей силы ударил по стоящему в середине помещения массивному аппарату для фильтрации крови.

Мощный грохот сотряс всё вокруг, на улице послышались крики улетающих птиц. Множество стеклянных ампул посыпалось на пол, звук бьющегося стекла эхом раздался в помещении. Под аппаратом оказалось небольшое углубление в полу с торчащим оттуда металлическим крюком. Использовав кровь, Диа резко выдрал замаскированную под часть напольного покрытия дверь. В эту же секунду всё помещение заполнилось мерзким, обволакивающим трупным запахом. Не в силах сдержать приступ рвоты, Анна выбежала на улицу. Следом за ней вышел улыбающийся Диа, прижав к носу яркий красный платок.

— А вот и участники экспериментов. Точнее то, что от них осталось, -не прекращая улыбаться, сказал он.

— Как вам вообще в голову пришло, что там есть дверь?

— Элементарно, Анна! Хотел бы я сказать, что моя идея — стучать палкой по полу помогла мне, но это было бы ложью. Всё дело в маленьких друзьях, которые то и дело путались под ногами. Конечно, крысы — всеядные существа, но вряд ли они стали бы жрать стекло или бумагу, а вот любезно оставленный склад с припасами — совсем другое дело. Когда я обходил всё помещение, они чаще всего бежали в центр. Не совсем удачное решение для выживания, если, конечно, там нет чего-то ценного и безопасного. Заканчивай любоваться травкой, нас ждёт интересная находка.

— Простите, но я вряд ли смогу туда пойти, -с отвращением сказала Анна. — Меня выворачивает от одного этого запаха.

— Это же всего лишь запах разлагающихся и гниющих трупов. Не знал, что ты такая неженка. Представь, что идёшь в оранжерею с розами, которые обработали горчичным газом, — ехидно произнёс Диа.

Создав вокруг своей головы сферу из крови, он направился вглубь помещения. Дыра в полу источала зловонный запах, а лестница, ведущая вниз, была покрыта крысиным дерьмом. Сделав несколько шагов в густую и обволакивающую тьму, Диа заметил на стене маленький рычажок с нарисованной над ним лампочкой и следами крови рядом. Лёгким движением он опустил его вниз, раздался глухой треск, несколько раз лампы на потолке быстро мигнули, а через мгновение загорелись ярким белым светом, озарив просторное помещение.

Оно было гораздо больше, чем лаборатория, находящаяся наверху. Внизу оказалось несколько зон, разделённых между собой стеклянными дверьми, которые были покрыты чем-то липким. Диа оглядел центральную зону нижнего этажа: вдоль стен были установлены металлические столы с прочными ремнями для фиксации подопытных. Рядом с каждым таким столом находился рычаг, переводящий его в вертикальное положение. На полу были видны маленькие выемки, напоминавшие лабиринт. По ним лишняя кровь подопытных могла беспрепятственно стекаться в центр зала, где в пол была установлена воронка для отходов. Всё оборудование выглядело так, будто бы его в спешке бросили, не рассчитывая вернуться за ним. Осмотрев первое помещение, Диа направился к ближайшей двери, она была немного приоткрыта. Чем ближе он к ней приближался, тем сильнее чувствовался мерзкий запах. За дверью оказался длинный прямоугольный коридор, по обеим сторонам которого находились тюремные камеры, наглухо закрытые тяжёлой стальной решёткой. Рядом с каждой из них на стене висела папка с именами и номерами заключенных. После пожара их тела так и остались лежать в полной тьме.

— Нашли хоть что-то? –раздался глухой голос Анны, прикрывавшей своё лицо рукавом.

— Даже больше, — ответил Диа и рукой показал на тюремные камеры. — Судя по этим журналам, в каждой такой камере содержалось около пятидесяти пленников. Десять камер с одной стороны, десять с другой… двадцать надо умножить на пятьдесят… — Диа прислонился спиной к одной из решёток и, подняв голову вверх, сделал вид, что занят тяжёлыми расчётами.

— Тысяча человек! –задыхаясь от вони, пробурчала Анна.

— Именно! — воскликнул Диа. — Судя по их телам, они умерли далеко не сразу после пожара наверху.

Диа несколько раз прошёлся по всему коридору, заглядывая в каждую камеру и собирая папки с данными заключённых.

— Жестокость — картина, которую каждый пишет по-своему, — гордо сказал он. — Только представь: звучит сигнал о пожаре, все сотрудники бросают свои дела и со всех ног покидают нижний этаж, последний из них, спотыкаясь, бежит по лестнице, падает, разбивает свою руку, поднимается, снова бежит. Лампы над его головой мигают, а сирена ревёт всё громче. Оказавшись на самом верху, он уже понимает, что никто из них и никогда сюда не вернётся. Что же он делает? Разбитой рукой он прислоняется к стене рядом с выключателем, секунду думает, а потом погружает всех кричащих и умоляющих пленников в вечную тьму. Сквозь свои крики они слышат, как закрывается единственная дверь. Крики, тишина, вопли, тишина, мольбы, тишина… Смешно получилось… они вынуждены были жрать друг друга, чтобы продлить свои мучения, но всё равно стали кормом для крыс… Пойдём, нам надо изучить эти документы, в них явно много всего интересного, а ещё я хочу выпить кофе.