Жилец
Шрифт:
Но это не та информация, которую я ищу.
В отчете также указан город, где она родилась. Это место в Нью–Джерси под названием Телмонт, о котором я никогда не слышал. Я ищу его в Википедии, где сказано, что это город в округе Сассекс с населением пятнадцать тысяч человек. До него также около двух часов езды от Манхэттена.
Я никогда там раньше не был. Уверен в этом. Но что–то в названии города кажется знакомым.
Небольшое дополнительное расследование показывает, что это достаточно маленький город, чтобы в нем была только одна старшая школа. Я открываю сайт Телмонтской средней школы, на котором указан номер телефона.
Я уставился на номер телефона на экране ноутбука. Я не совсем понимаю, что делаю сейчас. Только потому, что Уитни родилась в Телмонте, Нью–Джерси, не значит, что она ходила там в школу. У Бекки дома и Бекки, и Криста смотрели на меня так, будто я свихнулся – будто они меня боялись, – и теперь, сидя здесь и гугля школы в Нью–Джерси, часть меня задается вопросом, а не правы ли они отчасти.
Но внутреннее чутье подсказывает мне, что что–то происходит.
Я уронил телефон на журнальный столик, и теперь он начинает вибрировать. Я хватаю его со стола, и желудок переворачивается, когда я вижу, кто мне звонит. Черт, это Кенни. Я совсем забыл позвонить и сказать, что заболел сегодня. Я провожу пальцем по экрану, чтобы ответить.
– Портер, – рявкает он на меня. – Где ты? Ты же знаешь, что у нас встреча с Хэйвудом через двадцать минут.
На своей старой работе я бы проводил такую встречу. Теперь я копирую таблицы и разливаю кофе. И, конечно, веду протокол.
– Извините. Я сегодня действительно болен. Не могу даже встать с постели.
На другом конце провода – долгая пауза.
– Ты болен?
– Да. Меня только что свалило, когда я проснулся. Жар, озноб. Очень плохо.
– Знаешь, – говорит он, – Дэвидсон видел тебя сегодня утром на улице. Он сказал, что это было на западной стороне, по пути в метро.
Возможно ли это? Я был на западной стороне, у дома Бекки и Малкольма. Но Дэвидсон – мудак, и ему не составит труда что–то придумать, чтобы создать мне проблемы.
– Он сказал, что ты снимал футболку, – добавляет Кенни.
Ладно, это определенно был я.
– Ох, – это всё, что я могу выдавить.
– Значит, ты не болен.
– Я просто… – Последнее, чего я хочу, – это делиться какими–либо своими проблемами с боссом, который уже меня недолюбливает. – Утро было тяжелым. Мне нужен выходной по личным обстоятельствам.
– Мне не нравится, когда меня обманывают. – Его голос напряжен. – Ты мог бы попросить выходной по личным обстоятельствам. Ты мог бы, для начала, сообщить мне об этом в начале дня. Но вместо этого мне приходится звонить тебе, когда ты не утруждаешь себя явкой, а ты мне врешь. Но, судя по тому, что я о тебе слышал, думаю, мне не стоит удивляться.
– Я… извини, – запинаюсь я.
– Не хочешь приходить сегодня? Хорошо. Даже не беспокойся приходить завтра.
– Кенни…
– Мы вышлем твои вещи по почте. До свидания, Портер.
И затем он бросает трубку.
Он уволил меня. Не могу поверить. На самом деле, могу, потому что в последнее время я работал спустя рукава, даже когда появлялся. Я не могу удержаться даже на временной работе.
Он сообщит агентству, что меня уволили. И что тогда? Не знаю. Полагаю, они найдут мне другую унизительную работу. Мне определенно придется продать особняк.
Каким–то образом Уитни стоит за всем этим. Я просто не понимаю, почему и как.
Я снова сосредотачиваю внимание на экране ноутбука. Телмонтская средняя школа. Сейчас еще утро, так что они почти наверняка будут открыты, если я позвоню. Это то, что я могу сделать.
Я набираю десять цифр на телефоне. Он сразу же начинает звонить. Я сжимаю телефон, ладонь внезапно становится потной. Я не знаю точно, что делаю, но нужно с чего–то начать. Мне нужно больше информации об Уитни Кросс, и это место не хуже любого другого, чтобы начать.
После нескольких гудков на другом конце провода берет трубку приятно звучащая женщина.
– Телмонтская средняя школа, – щебечет она.
Я прочищаю горло. – Да, здравствуйте. Меня зовут… Джон Сандерс. Я рассматриваю кандидата на работу и пытаюсь разыскать копию ее школьного аттестата. Она сказала мне, что вы, возможно, сможете его мне выслать.
– Да, я определенно могла бы это сделать, – жизнерадостно говорит женщина, – хотя нам потребуется подписанное разрешение от ученицы.
Черт, у меня было предчувствие, что она может это сказать.
– Вообще–то, мы отправили его по факсу сегодня утром. Разве вы не получили?
К моему облегчению, она смеется.
– О, наверное. У нас сегодня утром целая стопка факсов, и я еще не просмотрела их все. Уверена, он там.
– Определенно там, – уверяю я ее.
На заднем плане я слышу, как она стучит по клавиатуре.
– Как зовут кандидата?
– Уитни Кросс.
Стук внезапно прекращается.
– Уитни Кросс?
– Да, все верно.
– Уитни Кросс подала заявку на работу?
– Да. Есть проблема?
На другом конце провода я слышу ее резкий вдох.
– Возможно, мне не стоит этого говорить, но…
– Что такое?
– Если Уитни устраивается к вам на работу, я настоятельно рекомендую выбрать другого кандидата.
Я сжимаю телефон сильнее.
– Почему?
Ее голос понижается на несколько тонов.
– Уитни Кросс… она чрезвычайно опасна. На вашем месте я бы держалась от нее подальше.
Глава 38
Уитни Кросс чрезвычайно опасна.
Эта информация была бы полезна до того, как я позволил ей переехать в мой дом.
– Опасна? – пискляво выдавливаю я.
– Извините, мистер…
Мне требуется секунда, чтобы вспомнить придуманное мной вымышленное имя.
– Сандерс.
– Мистер Сандерс, – поправляет она себя. – Я не хочу распространять слухи. И это было давно.
– У нее прекрасные рекомендации. – Это на самом деле правда. Я лично разговаривал с начальником Уитни в закусочной, а также с подругой, которая сказала, что была ее бывшей соседкой по квартире, и они оба нахваливали ее. Я никогда не встречал более милого и ответственного человека, сказал мне ее начальник.
– О, уверена, – говорит женщина. – Уитни всегда была очень хороша в том, чтобы заставлять людей говорить то, что она хотела услышать.
– Как вы вообще ее помните? Это было так давно.