Чтение онлайн

Денис, с лихорадочным блеском в глазах, уже нашел нужный бланк.

– Форма ЭМР-01. Заполняется в трех экземплярах, заверяется печатью ЖЭК и подписью ответственного за объект. Обязателен пункт 7: «Предполагаемая причина аномалии и меры, принятые для устранения».

Варя скептически посмотрела на бланк.

– «Предполагаемая причина: эмоциональное выгорание элементаля Загреба». «Меры: попытка прочистки астральным буром, вызвавшая гнев сущности». Думаете, такой ответ устроит? Нас же заставят пройти переаттестацию по магии.

Иван Петрович махнул рукой.

– Пиши как есть! В конце концов, это же ЖЭК. Главное, чтобы бумажка была.

Пока Денис старательно выводил буквы, пытаясь описать «лавоизлияние из водопроводных коммуникаций» без излишней паники, Варя с помощью своего прибора пыталась «перевести» мысли элементаля.

– Он говорит, что устал, – бормотала она, сосредоточенно прислушиваясь к шипению и клокотанию. – Он уже двести лет без отпуска! И ему надоело, что его кормят дешёвым астральным топливом из вторичных источников. Он требует премиальные энергетические кристаллы – марки «Магма-люкс». И двухнедельный отдых в нижних слоях земной коры, в горячих источниках!

Иван Петрович чуть не рассмеялся.

– Отпуск?! Элементалу?! Да они там в Управлении Астрально-Коммунальных Услуг с ума сойдут! Загреб – это же основной элемент системы! Без него Заволгоград замерзнет!

Как по заказу, из коридора послышался топот. В квартиру ворвалась бригада из двух магов в парадной форме Министерства Астральных Дел. Они несли с собой замысловатое оборудование: один – большой магический пылесос, а другой – ящик с артефактами, похожими на очень странные огнетушители.

– ЖЭК № 37, Заволгоград, – отчеканил старший маг, молодой человек с надменным лицом и целой россыпью медалей на груди. – Лейтенант Курочкин, отдел оперативного реагирования. Что у вас тут? Ах, лава. Ну-ну.

Он оглядел ванную, демонстративно поморщился.

– И что же вы, уважаемые, предприняли? Неужели пытались решить проблему без санкции?

Иван Петрович ткнул пальцем в Дениса.

– Вот, Денис форму заполняет. Мы по протоколу, товарищ лейтенант. Инициация Загреба. Ему, похоже, надоело.

Курочкин усмехнулся.

– Инициация? Да это просто элементарный сбой в программном ядре сущности. Забыли обновить прошивку, небось. Сейчас мы его отформатируем. Рядовой Сидоров, готовьте магический пылесос!

«Магический пылесос» оказался устройством, которое начало натужно гудеть, втягивая воздух из ванной. Из пасти пылесоса вырывались странные синие искры, а поток лавы из кранов… не изменился. Более того, Загреб, похоже, воспринял это как личное оскорбление. Гудение элементаля стало громче, стены дрожали сильнее, а из кранов, помимо лавы, начали вылетать маленькие, раскаленные камешки, похожие на вулканические бомбы. Один из них отскочил от головы лейтенанта Курочкина, сбив его фуражку.

– Какого черта?! – завопил Курочкин, потирая ушибленный лоб. – Рядовой, используй стабилизирующий артефакт!

Рядовой Сидоров вытащил из ящика нечто, напоминающее гигантскую ментоловую пастилку, и с заклинаниями попытался бросить её в поток лавы. Пастилка, долетев до цели, моментально испарилась с громким «пшиком», оставив после себя лишь легкий запах мятного чая. Лава продолжала течь.

Варя покачала головой.

– Элементаля нельзя «отформатировать», лейтенант. Он не программа. Он – сознательная сущность. А такие методы только злят. Он сейчас грозится поднять температуру до критических значений и расплавить вообще все трубы в округе.

Лейтенант Курочкин посмотрел на Варю с презрением.

– Девушка, я понимаю, что вы тут, в ЖЭКе, занимаетесь бытовой магией. Но это серьезный инцидент, требующий профессионального подхода, а не ваших… «психологических» изысков.

– Профессиональный подход? – усмехнулся Иван Петрович. – Это когда вы со своим пылесосом чуть не спровоцировали извержение вулкана в жилой квартире?

Сидорова, наблюдавшая за этим балаганом с невозмутимым видом, тихо сказала:

– А мне бы ванну помыть. Она у меня пожелтела.

Курочкин, осознав, что его методы не работают, заметно побледнел. Его самоуверенность исчезла.

– Нам нужно официальное предписание на применение тяжелого артефакта! Это займет не меньше суток! А до тех пор…

Из кранов послышался оглушительный рев, и поток лавы стал ещё мощнее. Камешки летели чаще.

– Суток у нас нет, – решительно заявила Варя. – Я только что получила телепатический импульс. Загреб угрожает не просто расплавить трубы, а перенаправить весь тепловой поток в канализацию. Заволгоград, конечно, не замерзнет, но плавать будет в кипящей субстанции.

Денис, бледный как полотно, нервно листающий свой справочник, вдруг вскрикнул.

– Вот! «Предписание № 72-АР, пункт 14Б, приложение 3: В случае крайней аномальной агрессии элементалей 3-го ранга и выше, вызванной стрессом от продолжительного использования низкокачественного астрального топлива, допускается применение…»

Все повернулись к Денису.

– Допускается применение чего, Денис?! – рявкнул Иван Петрович.

Денис прочел, слегка заикаясь:

– «Допускается применение высококачественных энергетических кристаллов “Пламенный Эфир” и последующая… эээ… церемония примирения, включающая… эмоциональное сопереживание и коллективное прослушивание… колыбельной.»

Наступила мертвая тишина. Лейтенант Курочкин недоверчиво заморгал.

– Колыбельной?! Вы это серьезно?!

Иван Петрович почесал затылок.

– Ну, это, конечно, не молотком по трубе, но… если по инструкции…

Варя, напротив, мгновенно просветлела.

– Это оно! Элементали – это сущности с развитым эмоциональным интеллектом. Они реагируют на уважение и внимание. Высококачественное топливо – это то, что Загребу нужно для восстановления сил, а колыбельная – для психологического комфорта!

– А где мы достанем эти… «Пламенные Эфиры»? – спросил Денис. – Они же жутко дорогие! И их продают только по спецразрешению Министерства Магических Ресурсов!

– У меня есть, – спокойно ответила Сидорова. – Ну, эти, как их… камни огненные. Внук привез из командировки, сказал, для декора. Говорил, дорого.