Чтение онлайн

104

На первой неделе поста владыка просил никого не приезжать. Уединялся в своей келий, даже с домашними до пятницы не говорил ни слова, не вкушал ничего, кроме Св. Тайн. Даже не запивал теплотой. Ночью ежедневно в 2 часа полунощница. Иногда на Страстной неделе начнет утреню в 5 час, потом часы с полным чтением евангелистов, литургия Преждеосвященных Даров, и так почти до 4-х часов дня без перерывов. Владыка только сияет от благодати и как будто не на земле живет.

Случалось иногда так, что когда владыка читает среди ночи правило перед литургией, вдруг покажется, что он отворил дверь, приглашая, чтобы пришли убрать келью, а это оказывается дверь отворилась от сквозняка. Заглянешь в келью и увидишь владыку лежащим ниц крестообразно на полу. Так и содрогнешься при виде повергнутого перед иконами владыки, раскинувшего крестообразно руки. Владыка не знал, что келейницам удавалось видеть его сокровенную молитву.

В 1928 г. радостный день Благовещения Пресвятой Богородицы совпал с Лазаревой субботой. Владыка назначил на этот праздник постриг своей послушницы Анны. Еще 31 января отслужил молебен св. Никите Новг. чудотв. и велел заботиться о брачной одежде,

105

дал сам денег на начала приобретения. Трепетала душа моя, — рассказывает Анна, — особенно при словах из службы Благовещения: "Буди ко приятию готова Божию". Во время полунощницы, после пения "Се, Жених" владыка совершил пострижение в рясофор. Ряска была сшита в Дивееве, шапка и наметка мат. схиигум. Фамари, четочки владыкиными руками сделанные, от мат. Фамари — образ Умиления: на золотой иконке надпись "В. К. Елиз. Фед." От владыки — благословение, образ преп. Симеона Верхо-турского чуд., сибирского святого, особо почитаемого зырянами. Он был из дворян, скончался от чрезмерного поста, имени его никто не знал, пока он не явился, в день открытия святых его мощей, и не сказал епископу в сновидении: "Имя мое — Симеон".

После пострига владыка оставил новопостриженную за завесой, как бы в алтаре до литургии, перед иконой Умиления. Помню, как ударили к утрени в 2 часа ночи в соборе. Как ликовала душа, осознавшая себя Христовой Невестой.

Утром причащалась за литургией и днем еще не снимала одеяния до всенощной, ночью читала Евангелие о Лазаревом воскрешении: "Уже смердит… Лазарь, гряди вон… Изыде умерый…" Господи, помилуй Анну за молитвы отца ее духовного еп. Серафима Дмитровского…

106

Был и еще постриг: 26 июня 1928 г. постригал владыка в рясофор и Таню, свою диакониссу. Судьбы Божий над ней были таковы: когда всех сестер арестовывали, Таня уцелела; владыка велел ей на время уехать, но она ослушалась, направилась в тюрьму, нашумела. Ее тоже арестовали, а после — сослали в отдаленные края, где она не устояла и стала матерью младенца. Долго жила с нехристианским мужем, но Господь привел ее к покаянию. После смерти мужа Татиана горячо искала спасения…

Третий постриг был в рясофор духовной владыкиной дочери — Е. П. Ан. Прежде учительница гимназии, молодая, светски воспитанная, вольнодумно настроенная, под молитвенным воздействием еп. Серафима сделалась ревностной христианкой. Владыка говорил о ней: "Она, как губка, впитывает все мои наставления". Будучи в Дмитрове учительницей истории в средней школе, она посещала все службы, записывала проповеди и открыто в соборе причащалась Св. Тайн из руки своего пастыря. В классе она начинала урок с молитвы и крестного знамения, небоязненно исповедовала веру в советской школе. Последние годы она жила в Хлебникове, где церкви не было; по утрам, в холод и непогоду приходилось ездить поездом в Москву в храм: так жаждала ее душа духовной пищи. Постриг ее владыка совер-

107

шил в 1928 г. в праздник Успения Пресв. Богородицы. Причислил к Серафимо-Зна-менскому скиту. Облачив в иноческое одеяние, благословил образом преп. Серафима Саровского чудотворца.

Крест изгнанничества не миновал и ее. В ссылке она жила в благочестивой семье священика (о. М. Ш.), воспитывала его детей. В домашней церкви совершались литургии и службы, и в последние свои дни исповедалась письменно своему отцу и владыке, причастилась Св. Тайн запасными дарами, тихо отошла в небесные обители в день св. словенских учителей, будучи сама христианской учительницей многих детей.

В последний раз в Ишиме она навестила владыку в день Св. Троицы в 1936 года. Владыка предрек ей тогда близкую кончину: открывал всем присутствующим Св. Писание. Ей выпало место: "Исход из жизни сей есть наилучшее и полезнейшее". Она сказала: "Владыка, вы мне указываете на исход из этой жизни. Видно, близка моя смерть, но да будет воля Всевышнего". Простившись с владыкой, она его больше в этой жизни не видала. Явилась ему на десятый день по своей смерти в сновидении. "С праздником святителя Алексия, старчик. Я ведь жива", — сказала она, как рассказывал владыка, — такая радостная и светлая.

108

Совершил владыка постриг и ее матери — Map. Ник. Ан., ту самую, кроткую и тихую, что земно поклонилась на перроне Ярославского вокзала отъезжавшему в ссылку владыке. Каждый день после кончины своей дочери Катюши Map. Ник. ходила к ней на могилу читать 150 раз "Богородице Дево, радуйся". Теперь лежат обе инокини, мать и дочь, под одним крестом на тихом кладбище в Малом Ярославце. "Я поминаю нераздельно как маму, так и Катюшу, хотя одна из них уже представилась, — говорил владыка, — никак не могу из разделить".

Был и один постриг в мантию Влахернской обители матери Леониды, в то время председательницы артели, как это водилось тогда в обителях. Положение ее было трудное: старшая в артели, отвечала перед властью, а в обители — матушка и игуменья. Две дороги: одна — смирения, другая — неограниченной власти. Владыка нарек ее своим светским именем св. Николая; и, вручая ее этому святому, сказал: "Св. Николай помощник всем утопающим в волнах морских, да будет и тебе помощником в житейской буре и треволнениях".

Благословил владыка м. Николаю после пострига образом "Иудино лобзание". Ревнуя о Православии, монахиня Николая посещала церковь редко, и сестры чувствовали к ней охлаждение. Владыка наставлял: "Изредка

109

ходи, чтобы не обратили внимания". Св. Тайны принимать советовал лучше у непоминающих.

В 1941 г. м. Николая заболела воспалением легких. Перед кончиной напали на нее страхования… Бесы стали одолевать: "Не пропустим тебя через мытарства, ты не ходила в храм". Смутилась душа м. Николаи. Она поспешила пригласить священника и приобщиться от него Св. Тайн, зная, что владыка в смертных случаях благословлял приобщаться и у поминающих, старого посвящения священнослужителей. "Батюшка, — сказала она, — приобщите меня к Православной Церкви". "Что вы, — ответил священник, — у нас нет такого чина для православных! Причаститесь — и все. Достаточно принять Таинство и нет разделения между нами".

М. Николая дважды причастилась и тихо, скончалась.

* *

Размеренно текла жизнь в Меленках около пяти лет. Все пять лет владыка не выходил за ворота, сосредоточившись на молитвенном подвиге. Но исподволь велись козни. Власти искали слабых, через кого можно собирать сведения, принуждали тому дочь хозяйки то суля всяческие блага — путевки на курорты, "тепленькую" работу в городе вместо сельской

110

школы, то угрожая тюрьмой за недоносительство. Снявший с себя сан о. Николай Дулов приехал в тревожном состоянии духа. По всему чувствовалось: близок арест.

В декабре нагрянули с обыском. Марию Лаврентьевну арестовали. Потребовали, чтобы владыка явился в НКВД. Владыка заболел. Вместо него пошла м. Анна. Только вошла, ее втолкнули в темный чулан. Только начала она про себя параклисис "Многими содержим напастьми", как ее позвали: "Идемте". Отворили дверь в коридор и сразу в глаза — ослепительное электричество. Допросили, а в полночь Map. Лавр, увезли в Иваново.

Через два месяца она вернулась. В разговорах намекала, что ждет та же участь владыку и Анну — тюрьма в Иванове.