Живая сила. Дневник ликвидатора
Шрифт:
Список, как говорится, можно продолжить… И, честно говоря, очень хочется проехаться по городам и весям, по адресам из моего рабочего чернобыльского блокнота… Не хватает, как всегда, времени. Да и повода какого-то значительного, что ли.
Сам я после Чернобыля переквалифицировался в специалиста по «наукам и политике в области окружающей среды» – официальное название факультета в еще одном (Центрально-Европейском, в Будапеште) университете, который мне пришлось закончить, чтобы разобраться с нашими непростыми чернобыльскими впечатлениями. Написал книгу о состоянии здоровья ветеранов Чернобыля [69] (на казенную медицину ни тогда, ни сейчас надежды никакой) и еще работы о Чернобыле и современных катастрофах, где обратил внимание на очень существенные «мелочи», которые обычно ускользают от внимания исследователей, мало знающих такие события лично. Вместе с коллегами из разных стран мира теперь изучаем, используем опыт Чернобыля, чтобы лучше понимать катастрофы и многие другие современные проблемы, чтоб быстрей, эффективней и безопасней последствия их ликвидировать, а то и вообще не допускать…
А на вопросы о своем здоровье вместо уклончиво-шутливого раньше «Спасибо, эксперимент еще продолжается», я теперь уверенно, честно – и медицински грамотно – отвечаю:
– Здоровье? В пределах возрастной нормы.
Вопрос дозы: Университет*
(Вместо коды)
Памяти Марка Самойловича Новаковского, доцента кафедры неорганической химии Харьковского университета
Год 1975-й. До взрыва на Чернобыльской АЭС – 11 лет. О чем никто знать не может.
1 сентября. «День знаний» – первый день учебного года.
Моя самая первая лекция в университете. По моей будущей специальности – химии.
Между окном и черной доской (по сравнению со школьной она непривычно узкая и длинная) за трибуной-кафедрой стоит низенький лектор – пожилой, одутловатый, в видавшем виды пиджаке:
– Что такое для вас химия?
В залитой солнцем аудитории почти все – вчерашние школьники. Тишина. Призадумались… Сразу несколько ребят:
– Взрывы! «Смех в зале».
Девушка, шутя же, возражает:
– Нет, яды!
«В зале» – хохот. Первый хохот вчерашней абитуры, а сегодня уже полноправных студентов: мы прошли, мы поступили, мы тут учимся, мы тут можем смеяться и даже шутить!
Лектор – размеренным голосом:
– Взрыв – это химическая реакция, идущая с очень большой скоростью… Вы узнаете, какие факторы влияют на скорость реакций, и научитесь ею управлять…
За окном сентябрьское многоцветье доживающей свой век листвы. Доцент смотрит за окно, потом – в аудиторию. Мы – его последний курс, и – здравствуй, пенсия… Продолжает:
– …А вопрос о ядах в химии – это вопрос дозы. Съешьте пачку обычной соли – и вы отравитесь. А ядом мышьяком в малых дозах пользуются как лекарством. Другой известный яд – стрихнин – применялся когда-то как допинг (в очень малых дозах, конечно). В научной литературе описан иной случай: женщина выпила свежий морковный сок – два стакана – и отравилась этим полезнейшим напитком. Насмерть… Ее не очень здоровая печень не выдержала такой витаминной нагрузки… Так что все решает доза. И хорошего, и плохого. Точнее, доза определяет, когда хорошее переходит в плохое – и наоборот, «плохое» становится полезным…
Он оглядывает аудиторию:
– Вопрос ДОЗЫ.
…За окном, очищая места для будущих, после зимы, салатных почечек, слетают разноцветные, отжившие свой век листья и, тихо шурша, присоединяются к своим отлетевшим раньше собратьям, входя в новый круг вечнодвижущейся природы…
Вместо приложения
Знаний, как и денег, нужно иметь много – иначе все равно не хватит.
Сила живого.
Радиация – дозы, эффекты, восприятие*
(Таблица с примечанием, комментарием и дополнением)
Действие радиации, как и действие высокой температуры, механического удара, зависит от проникающей в организм энергии – ее дозы.
Радиации никто у нас не боится, считается, что от нее умереть мы не успеем.
Доза облучения, рентген Эффект
700 и более Смертность – 100%
600 Смертность – 90% за 14 суток
350 Смертность – 50% за 30 суток
150 Смертность – 5%; «лучевое похмелье»* – 50%
100 Тошнота, рвота, вялость во всем теле, значительное снижение количества лимфоцитов
50 Временное снижение количества лимфоцитов
25 и менее Не обнаруживается клинических симптомов
* Отравление организма продуктами взаимодействия излучения с организмом. Похоже на алкогольное похмелье.
Таблица из книги Ю.В. Сивинцева «Насколько опасно облучение: Радиация и человек» (2-е изд., перераб. и доп. Москва: ИздАТ, 1991. С. 47-48) приведена в сокращенном виде, с отредактированными заглавиями. В исходной таблице доза облучения выражена в бэрах и распространена на все виды облучения. Для простоты и наглядности я ограничился только гамма-излучением, для которого 1 бэр (биологический эквивалент рентгена) приблизительно [70] равноценен 1 рентгену того «окончательного» количества излучения, которое сквозь наружные защиты (свинцовые пластины, броню, стены дома;…) прошло и попало в (=воздействовало на) тело, организм человека.
[70] Точно 1 бэр равноценен 1,14 рентгена полученной гамма-дозы (та же книга, с. 22 и 24)
Исходная таблица включает также такие дозы и их эффекты:
– «300-500Р локального облучения гонад (яичек) – бесплодие на всю жизнь». Это небесспорно. Сейчас принято считать, что при дозе 350 Р у мужчин возникает временная стерильность (отсутствие сперматозоидов в сперме). Любопытно, что, в отличие от широко распространенного мнения, чем младше возраст на момент облучения – тем больше шансов на восстановление продуцирования организмом сперматозоидов (при одной и той же дозе, разумеется). А полностью и навсегда сперматозоиды исчезают только при дозе 550 Р – при тяжелой форме лучевой болезни;
– «300-500 Р локального облучения кожи – выпадение волос и краснота кожи»;
– «200 Р – снижение количества лимфоцитов на долгое время [первые 2-3 недели после облучения]». Оно отличается от указанного в таблице выше, вызываемого дозой в 50 Р «временного [на несколько дней – неделю] снижения количества лимфоцитов».
Подробнее обо всем этом рекомендую смотреть:
– Основы медицинской радиобиологии. Под ред. И.Б.Ушакова. СПб.: Фолиант, 2004.
– Жербин Е.А., Чухловин А.Б. Радиационная гематология. М.: Медицина, 1989.