Чтение онлайн

Жалость к самой себе едва не вызвала слезы, но я по-прежнему отгоняла от себя плохие мысли.

— Вот молодец. Сейчас нанесем заживляющую мазь. Эта совсем недавняя разработка, ей около трех месяцев, однако она уже много кого избавила от ран. Например, однажды к нам попал Автогениик. Знакомое слово? Я поясню. Автогения — это способность человека выделять яд на свою кожу. Парадокс заключался в том, что данная защита только создавала проблемы носителю: оставляла ожоги, провоцировала высыпания и нейродермит. Каждые два часа эта мазь спасала ему жизнь, вызывая довольно быструю регенерацию.

Выбросив из головы «умные» слова, я задумалась, пытаясь представить как выглядел этот несчастный.

— Где он теперь? — спросила я, вздрогнув от холодного прикосновения мази.

— Выписался четыре месяца назад, научился наконец контролировать свою силу. Где он именно точно не скажу, но, если его главная цель выполнена, то, скорее всего, в центре по контролю безопасности от иностранных атомных разработок, в сфере усовершенствования итак новых изобретений. Да вы не переживайте, все будет отлично. Скоро вы выпишетесь через месяц эдак один — другой и продолжите заниматься любимым делом.

— С чего вы взяли, что оно любимое?

— А разве нет? Наверное, так чудесно спасать миллионы жизней каждый день! Вы по какой стихии специализируетесь, если не секрет?

— По водной.

— Вода! Наверное, очень любите море.

— Никогда там не была. Из-за меня гибнут многие люди. Как вы можете говорить, что это мое любимое дело?!

— Неужели вам так хочется избавиться от дара?

Хороший, но неожиданный вопрос. После всего, что произошло со мной, я исключала все возможности. Разве так решаются проблемы? Не просто же так именно я попала в эту колею.

— С какой целью спрашиваете? В любом случае, это невозможно.

— Возможно, милая. Нужно только подписать бумаги.

— Вы серьезно? — с проснувшимся скептизмом уточнила я. — Каким образом?

— Удалением лишнего гена. Все довольно просто.

— Вы не знаете, о чем говорите. Способности не передаются по наследству, поэтому нельзя просто взять и извлечь генетический материал.

— Да вы хороши в биологии! Поди в школе были одни положительные оценки?

Я сочла вопрос как минимум глупым и оставила его без ответа. Подобную информацию изучают с класса пятого-шестого. Неужели я выгляжу на 10 лет?

— Вы сообщили моим родным, что я здесь? — не унималась я.

— Конечно. Они в курсе.

— Да?! И когда приедут за мной?

— Милая моя, сюда за вами никто не приедет. Я же уже говорила, это место находится в строжайшем секрете. Как только вы придете в себя после случившегося — мы вас отвезём домой.

Екатерина еще попыталась что-то разузнать, но разговор не клеился. Меня совсем не устроил такой поворот событий. Но девушка игнорировала все вопросы и, когда закончила делать из меня мумию, ушла. В этот момент мне принесли горячий обед, состоящий из бульона и кусочка хлеба. Немного утолив голод, я стала смотреть телевизор, ожидая Олега, чтобы хотя бы попросить у него книгу и, собственно, докопаться уже до него.

Он пришел спустя два часа. Самых долгих в моей жизни, наверное. И то, не сказав ни слова, прошел мимо, приложил ладонь к стене и снова исчез из моего поля зрения.

Устав заниматься ерундой и почувствовав усталость глаз, я встала с постели и, сделав пару шагов, постучала в его апартаменты. Наверное, это выглядело глупо. Как минимум то, что я стучала в абсолютно прозрачную дверь.

Олег завалил свой стол новыми папками и даже не повернулся в мою сторону. Видимо, был слишком занят. Но разве это объяснишь человеку, который не может сидеть на одном месте или долго смотреть скучные телеканалы, то есть мне? Сколько вообще потребуется дней, чтобы находиться здесь?

— Я, конечно, прошу прощения, но не вы ли, Олег Дмитриевич, говорили мне, что я могу выбрать себе занятие по душе? — негромко прозвучал мой голос. — В противном случае через неделю вам придется переводить меня в «Желтый дом». Нельзя же запирать людей в четырех стенах. Разве это не научно доказанный факт?

Парень на секунду прекратил свою работу, но снова взялся за чтение, бросив:

— Неужели двое суток могут создать такие проблемы?

Мне не понравился его злой голос.

— Я сегодня прошла тест, который ты мне оставил. Вернуть?

— Конечно.

— Ты откроешь мне дверь?

— Не сейчас.

Я хмыкнула, положила ладонь около двери и тут же отдернула руку, увидев под ней красный свет.

Я не хотела без спроса открывать дверь, это случайность. Однако то, что на ней код из отпечатков пальцев натолкнуло меня на размышления.

Увидев мое хитрое лицо, Олег схватил первую попавшую под руки книгу и прислонив руку с другой стороны, отдал её мне и снова взялся за свои дела.

— Увидимся завтра.

Не обратив внимания на явный намек больше здесь не появляться, я на автомате поблагодарила его и развернулась спиной.

Видимо, о романе мне не стоило и думать. Книга была скорее всего психологической, да и много ли их с таким названием: «Улыбнись, пока не поздно. Легкий путь к позитивным изменениям». Но делать было нечего, на часах только половина третьего. Что ж, Александр и Юлия Свияш, не разочаруйте меня еще больше.

Ничего не менялось три дня. Я по-прежнему проходила лечение, принимала таблетки и — нововведение — терпела болючие уколы. Олег старался быть более сосредоточенным на мне, хотя та злость исчезла, забывчивость и озадаченность чем-то никуда не делась.

Кроме одних и тех же лиц, я никого не видела. Всегда улыбчивая, но очень странная Екатерина, неразговорчивая Мари. Эта изоляция начинала меня напрягать.

Книга, несмотря на свое название, еще больше навевала депрессию, хотя и помогала справиться с тоской. Здесь слово «жизнь» мелькало по десятки раз за главу в две страницы. А «должны» и того больше. Я никогда не жаловалась на свою жизнь. Теперь мне стало казаться, что она идет в каком-то неправильном направлении. После практических упражнений, идущих сразу после каждого блока, я всё больше и больше не хотела продолжать чтение.

Кремовые шершавые стены, если довольно долго за ними следить, меняли цвет и неровности складывались в картинки. В детстве я часто справлялась подобным образом с бессонницей. В моей комнате тогда были наклеены бурые обои со светлыми узорами, которые при надобности и наличию фантазии, превращались в смеющихся детей, скатывающихся с горки, в крупные жемчужные ракушки, в которых пряталась русалка и других персон. Однажды я разглядывала знакомые силуэты в пятнах и краплениях стен палаты. Разделенные облака белого цвета сложились в очертание четвероногого животного. Мне хватило трех секунд, чтобы понять, что воображение показало Смайла.