Чтение онлайн

Мы с Даффи сидели как-то в кафе и говорили об искусстве быть бессистемным дилетантом. Эта женщина достигла успеха во многих областях, но она предпочитает называть себя не женщиной эпохи нового Возрождения, а женщиной эпохи Вольтера, в честь одного из ученых прошлого, о котором говорили, что он знал все. «И эпохи Макиавелли», – добавляет она, имея в виду флорентийского государственного деятеля и политического философа, известного сегодня, главным образом, благодаря книге «Принц».

Кстати, Макиавелли создавал не только политические теории, он был еще и поэтом, музыкантом, драматургом. Термин «макиавеллизм» в наши дни обычно несет негативный смысл, но, осуждая, мы пренебрегаем большей частью его наследия.

Даффи выросла в Принстоне (штат Нью Джерси). В ее семье было шестеро детей. «Моими друзьями были дети преподавателей университета, – говорит она. – Вместо того чтобы играть в софтбол или в прятки, мы разучивали пьесы Джорджа Бернарда Шоу или говорили о клубе любителей латыни. Я выросла в интеллектуальной среде». Она изучала антропологию и бизнес. Кроме того, что в прошлом она работала руководителем в компании IBM, Даффи еще и пожизненный член Менса, старейшего и самого известного в мире общества интеллектуалов.

Мы долго говорили о том, как люди нового Возрождения прокладывают свой путь в жизни, как их неуемные увлечения сплетаются в огромную невидимую сеть. Вот ее рассказ:

Убежденным универсалам особенно трудно выбрать профессию. Выбору профессии всегда сопутствует столько волнений и беспокойства (и так и должно быть!), что я подумала: «Мне следует немного порассуждать на эту тему, представив ее на фоне системного мышления». Выбирать жизненный путь, возможно, более мучительно для тех из нас, кто мыслит широко и неглубоко. Так много возможностей, и так мало времени! Хочется верить, что отражением вашей целостной личности является бесконечно разветвляющийся алгоритм выбора. Как вы проводите большую часть рабочего времени – так вы проводите большую часть жизни, а что еще может иметь столь же ощутимые последствия? След, оставленный в профессии, скорее всего, станет одной из важнейших граней вашего жизненного наследия.

Торо предупреждал, что следует остерегаться любого начинания, для которого требуется новая одежда (или новое образование, могу добавить я). Средний человек меняет в течение жизни от пяти до десяти профессий, но для этого не обязательно требуется пять или десять новых образований. Слушайте свой внутренний голос и используйте то, что Френсис Крик, один из первооткрывателей ДНК, называл проверкой на болтливость: то, о чем вы все время болтаете, действительно вас интересует. Может ли это стать вашей профессией?

Многие клиенты, с которыми я работаю, ощущают отсутствие связи между тем, кто они на самом деле, и тем, что они делают, чтобы заработать на жизнь. Они надеются изменить свою профессиональную жизнь так, чтобы она больше соответствовала их личной жизни, где все складывается удачно и гармонично. Они часто говорят мне, что хотят, чтобы их работа заключалась в том, чтобы помогать другим на пути к их цели, и что они хотят посвятить свое время самым возвышенным проявлениям жизни. И конечно, в то же время они чувствуют беспокойство и разочарование, потому что в этом стремительно меняющемся мире им не представилось случая испытать все это.

Часто это выливается в длительную дискуссию о том, насколько реально оставить карьеру специалиста и каким-то образом подобрать наполненную смыслом работу для скроенного наспех универсала. Строить карьеру специалиста – означает подбирать специальность очень и очень осторожно, а не полагаться на волю случая, как это делают многие. Главное – найти свой истинный путь, свою путеводную звезду. Очень просто стать кем-то, кем вы не хотите быть. Для этого достаточно просто пассивно плыть по течению.

Насколько эффектно вы преподносите себя? Вы можете спросить, какое отношение имеет самопродвижение к тому, с чего должна начаться ваша перекрестная тренировка? К честному вопросу. Я продолжаю утверждать, что мы, мастера на все руки, обязаны держать руку на пульсе капиталистического маркетинга в гораздо большей степени, чем наши собратья из лагеря специалистов, потому что с самого начала счет не в нашу пользу.

Наш мир оказывает предпочтение специалистам, – часто для этого есть основания. И в результате мы оказываемся в невыгодной позиции. Мы вынуждены убедительно объяснять, какую иногда трудную для понимания ценность мы приносим в ту или иную профессиональную область, какую уникальную точку зрения мы можем предложить. Мы должны с гордостью во всеуслышание заявлять, кто мы такие, вместо того чтобы извиняться за это. У нас есть преимущества, которыми наши собратья хотели бы обладать, но часто мы сами ими не пользуемся. Мы должны заявлять о себе и предлагать наши разносторонние навыки людям, готовым помочь нам и оценить нас. Короче говоря, нам нужно «продавать» наше умение мыслить широко. В противном случае, мир и дальше будет стараться не замечать «профессиональных любителей», считая нас рассеянными чудаками, которые слишком много на себя берут и недостаточно сведущи, чтобы им можно было доверить управление в какой-либо отрасли бизнеса. Конечно, мы чертовски интересные люди, и нас будут приглашать на вечеринки, где требуется вести блестящую беседу, обсуждать текущие события, отпускать остроумные замечания и играть в игры из разряда «Trivialized Pursuit». Но пока мы не направим свои усилия на то, чтобы продвигать себя, мы рискуем тем, что нами будут восхищаться, но не будут принимать на работу.

Бизнес-консультанту Томасу Пирсону «было позволено» выбрать в качестве основного предмета математику и физику, несмотря на то, что он играл в футбольной команде – редкое сочетание в эпоху, когда от футболистов ожидали только спортивных дипломов. Опыт, полученный на футбольном поле, сослужил Пирсону хорошую службу: когда на своей первой работе он, молодой ученый, столкнулся с инженерами-специалистами, он знал, что значит соревноваться, быть командным игроком, и понимал важность широкой, системно-ориентированной перспективы. Например, Пирсон говорил мне, что в современных исследованиях онкологических заболеваний или СПИДа не так важно изобретать новые формулы, как «отыскивать новые неизвестные вещества в травяной подстилке дождевых лесов и исследовать их свойства», и подчеркивал: «Универсал просматривает всю информацию, обнаруживает потенциальные опасности и возможности и передает ее в распоряжение специалиста. Предоставленные сами себе, специалисты так сосредотачиваются на своей специальности, что им никогда не понять, как внешне не связанные явления могут содержать ключ к решению проблемы».

Кто-то однажды так сказал о разнице между универсалами и специалистами: «Когда специалист обнаруживает, что отклонился от сути, он немедленно бросает то, чем занимается. Универсал, обнаружив, что отклонился от сути, говорит: „Ого, это интересно!“ и ищет взаимосвязи, чтобы вернуться к предмету исследования». Пирсон иначе определяет это отличие: «Специалистам важно „сделать правильно“, а для нас, универсалов, важно убедиться, что мы делаем „правильное дело“».

В некоторых рекламных агентствах, архитектурных и дизайнерских фирмах предусмотрена статья расходов на посещение творческими штатными сотрудниками спектаклей, кинопоказов и так далее. Дополнительные расходы могут также включать подписку на журналы, которые на первый взгляд не имеют никакого отношения к рекламе, архитектуре или дизайну.

Творческие способности – это устойчивая валюта в бизнесе творчества. Таким специалистам необходимы свежие идеи, постоянно поддерживающие энтузиазм. В этой сфере необходимо постоянно «подливать масла в огонь», на котором кипят и доходят до кондиции еще не оформившиеся мысли, давать пищу для воображения, чтобы источник творчества не иссяк. Идея, позаимствованная из мира архитектуры, может привести к созданию нового дизайна одежды. Впечатления от чтения журнала «National Geographic», в конце концов, выливаются в успешную рекламную кампанию. Удачная хохма из «Спамалота» [72] , как это ни странно, находит применение в бизнесе. Эти неожиданные связи быстрее замечает тот, кто мыслит системно и умеет учитывать информацию, приходящую из огромного количества разнообразных и в особенности неинтуитивных источников.