Живущие на ветрах
Шрифт:
А если старший йанг проходил двором храма, ему вслед оглядывались. В немолодого скашь-йона были влюблены все поголовно жрицы, а юноши следовали его походке и умению держать себя. Не слишком высокий, как большинство из своего народа, поджарый темноглазый воин казался птицей, временно спустившейся с небес. Да так, в общем-то, и было.
Но сегодня все внимание йанга было посвящено юной Ашк, проходившей многочисленные этапы посвящений. Она была лучшей из жриц, и ей прочили великое будущее скашь-йин. Вот и теперь, спустя год после ее обряда Первой Смерти, она сидела на полу напротив йанга, и бесстрашно смотрела на него ясными, яркими вишневыми глазами.
Она сдерживала чувства, но то и дело плечи ее нетерпеливо подрагивали, а взгляд так и притягивался к темному изгибу тайгарта. Страшное оружие давалось ей навсегда - надеждой на вечную милость богини, ключом к возвращению, и простым обещанием грядущей любви...
Ведь для того, чтоб использовать тайгарт, нужно двое. А вот она пока была одна. Но это не важно.
Сквозь отверстия в стенах лезвия солнечных лучей проникали внутрь, создавая скрестья над узорчатым полом, над каменными скамьями и жертвенниками, над маскаронами, из клювов которых струились хрустальные потоки воды. Казалось, все помещение светится изнутри.
Ашк была бледной. Вчера ночью ее густая, алая кровь смешалась с ручьями храма, питая подземное Алое озеро. А в ее собственных жилах смешалась кровь старших жрецов, уже познавших волю богини, и отныне Ашк была сильнее, старше и больше, чем раньше. Она пережила этот обряд без сомнений и опасений, и жрицы гордились ее достижениями.
Ведь гордиться силой, чужой и своей, никто не мог запретить.
– Ты смогла, - голос йанга был полон сомнений. Так, чтоб она не теряла самообладания и не погружалась в пучины гордости глубже необходимого. Но уважение в голосе йанга тоже присутствовало, - Ты считаешь, что заслужила свой тайгарт?
– По праву крови, - склонила Ашк голову, и глаза ее сверкнули. Обоюдоострое лезвие ритуального клинка было прекрасным. Она едва сдерживалась о того, чтобы схватить оружие и радостно потащить в свой дом, и уже там любоваться, кормить его, давать ему имя и грезить о грядущей силе.
Но она не хотела показывать свои чувства йангу. Еще засмеет. Ведь понятно, что тайгарт - не игрушка.
– Ты избрала непростой путь, йанг-йи Ашк, - меж тем продолжил он, улыбаясь одними уголками губ, прекрасно видя ее нетерпение.
– Скашь охранит меня, - чуть раздраженно сказала она, не понимая, зачем столько глупых ритуальных фраз. Тайгарт - это всего лишь оружие для парного открытия врат в небо Скашь. Она не собирается проводить этот обряд в ближайшие... да хоть тыщу лет! Тем более, не найден еще достойный идти с ней по жизни и по смерти.
Ашк была из клана йана-эххэ, детей бездны. А это значит - она пойдет до конца. До самого обряда тысячи смертей она пойдет. И будет вестником богини в мире этомо и мирах запредельных. И даже сможет вести за собой других.
– Ты сможешь стать ее крылами, когда придет срок?
– глаза йанга смеялись. На этот раз она не гримасничала, и не сердилась. Кивнула гордо и спокойно.
– Да, Йанг-Йа.
– Тогда, доказавшая, бери свой тайгарт, и храни его пуще крыла...
– он протянул ей клинок. И, взяв его в руки, она поняла, что отныне и навеки она - одна из йана-эххэ, и путь ее будет бесконечным и столь же бесконечно любопытным. Он начинался именно сейчас - и никто из ее друзей не должен был быть с ней рядом. Такие моменты нужно проживать в одиночестве.
Поэтому Ашк взяла тайгарт, улыбнулась учителю, и молча пошла одним из подземных ходов в сторону своего дома. Хотя знала, что подружки и друзья ждут ее у главных дверей в храм. Нет уж! Это торжество она разделит только со своей слабостью, отдыхая после обряда и лелея тайгарт.
То была не первая, но одна из великих ступеней пути жрицы Ашк.
Skuash - птица-богиня, воплощение богини-матери, ее дочь и проводник;
Skuash-Jin– «дочь Скаши», так звали себя жрицы народа Скашь и многие женщины, прошедшие боевые инициации;
Jang-Ja - жрец-ученик;
Ehhe - бездна, в зависимости от контекста выражает позитивное и негативное понятие. Небо - в сакральном варианте;
Jana-Ehhe - «Дети Бездны», клан жрецов культа Богини, ведущие жрецы народа;
Thaighardt - «Перо-лезвие», ритуальное оружие для парного самоубийства. Прямое двуклювое лезвие с перемычкой посередине.
Lei - «Крылья», серпы, оружие, в том числе боевое.
Первая жизнь. Naighardt
Ашк глядела на старшую Скашь-Йин, которую звали Йанна, и глаза молодой жрицы были полны уважения и приятия. Не то, чтобы она уважала Скашь-Йона, старшего йанга храма, меньше, чем могущественную Йанг-Нейэ. Но пожалуй, Ашк чуть побаивалась древнюю жрицу. Как и они все. Слишком мало человеческого было в дочери Богини, которая давным-давно прошла все ступени инициации.
– Теперь я беру два крыла птицы Скашь, и лезвия ее перьев становятся моими лезвиями. О мой найгарт, имя тебе будет - сила и смерть, имя тебе будет - черная заря, смерть дарящая.
Лезвие найгарта, ритуального оружия, предназначенного для инициаций, легло Ашк в ладонь. Небольшое, двуклювое, с перемычкой посередине. Красивое и хищное - как клюв Скашь, и разящее, как ее крылья.
– Теперь ты обретаешь право дарить молодым силу. Не забудь - ответственность велика, и не каждой женщине суждено дойти до вершин пути.
Голос старшей Йанг был пугающе равнодушным. Эта старуха, выглядевшая моложе Ашк, прошла все ступени, и теперь не принадлежала этому миру. Но именно они, старшие, снисходили, чтоб передать свои найгарты младшим. Одетая в ритуальные багровые одеяния той, что прошла Обряд Тысячи Смертей, Йанг улыбнулась, и улыбка ее была улыбкой птицы Скашь. Не пройдет и часа - сорвется со скалы диким вихрем, умчится в темноту ночи, лишенная людской формы жрица. Будет свободной, яростная, дикая и вечная, как все те, кто умер тысячу раз.
Отныне у молодой жрицы Ашк было два священных орудия силы - Thaighardt, перо-лезвие, и Naighardt - клюв-лезвие. Первое предназначалось для того, о чем ей пока не хотелось думать. Второе давало ей власть над учениками.
Вот и прекрасно.
Конечно, третьим ее оружием, простым оружием для сражений и потасовок, были леи, два длинных острых серпа. Яркая сталь синего цвета, рукоять белой кости - лучшее изделие мастеров народа Скашь. Она владела ими в совершенстве. И она применяла их по назначению. Были у нее и метательные когти, клинки игхарт. Но игхарт уже и оружием не считались, эти маленькие росчерки когтей великой Скашь. Их применяли для охоты чаще, чем для убийства себе подобных.