Чтение онлайн

Дождь шел и когда я прилетела, и когда добралась до Порт-Маккуэри, и всю последующую неделю. Было ясно, что соревнование состоится при любой погоде, но имелись шансы на то, что оно превратится в дуатлон, то есть организаторы откажутся от плавательного этапа. Вода на соревнованиях Ironman должна соответствовать определенным требованиям по качеству, а заплыв на соревнованиях Ironman Australia происходит в лимане. В воду попадает все, что смывается с фермерских угодий и холмов. Я начала изрядно нервничать в течение последней недели перед соревнованиями, до конца не понимая, состоится ли заплыв.

Я поселилась там же, где и в предыдущем году, – в «Обсерватории», прекрасном жилищном комплексе. Мне не мешали даже струи дождя, которые беспрестанно текли по огромным французским окнам, выходившим в сторону океана. Вместе со мной жили Николь и Тим Дебум. Тим был двукратным победителем соревнований в Коне. Прежде я не была с ними знакома, но они оказались прекрасными людьми. Я делилась с ними своими страхами о том, смогу ли соответствовать в ходе гонки высоким ожиданиям. Моя неуверенность подпитывалась тем, что теперь за моей спиной не стоял Бретт. Я находилась во вражеском лагере, а самое неприятное было в том, что теперь мне нужно было сражаться против Ребекки (Бекки), которая поделилась со мной своим газовым баллоном в Коне. Она также сменила тренера, и им стал именно Бретт. Я знала, что он наверняка придумал для нее какой-то хитрый план, и это заставляло меня нервничать.

В конце концов, было принято решение о проведении полного триатлона, и это меня порадовало, так как зачастую мой успех закладывается как раз на этапе заплыва. Вода соответствовала всем техническим параметрам, но при этом была коричневой, теплой и замусоренной. Всюду плавали пучки травы, щепки (а, по слухам, кто-то видел и дохлую корову). Мне казалось, что я плыла достаточно медленно (еще бы, в таком-то мусоре), однако я первой выскочила из воды, бок о бок с Бек. Сев на велосипед, я начала постепенно наращивать отрыв. Порой дождь превращался в настоящий поток воды, и я почувствовала достаточно неприятную боль в ноге.

Смогу ли я бежать? Все, что я могла сделать в тот момент, – это блокировать боль и надеяться, что она пройдет сама собой.

Повсюду вдоль дороги были видны зонтики и водонепроницаемые тенты – австралийский дух не загасить никаким дождем. Ни на каком другом соревновании по Ironman зрители не предлагают участникам пиво. Ни на каком другом соревновании я не получала семи предложений выйти замуж, причем два из них исходили от женщин! Мне даже показалось, что что-то подобное хотел мне предложить и эксгибиционист в длинном плаще, мелькнувший в кустах перед переходом к велосипедному этапу.

Все это добавило мне адреналина, и к моменту начала марафона я чувствовала себя достаточно комфортно. Боль в ноге прошла, и последние мили я пробежала под непрекращавшийся шум волн, приветствий и предложений выпить. Я финишировала быстрее 9 часов, второй раз за свою жизнь. Шестой раз я участвовала в Ironman и в шестой раз вышла победителем, опередив на 26 минут Бек, пришедшую второй.

Где-то я прочитала мнение Бретта о том, что это соревнование полностью принадлежало мне. То, что я выиграла гонку без его помощи, здорово повысило мою самооценку. И его признание, что я соревновалась лучше, чем когда-либо раньше, было для меня своего рода благословением.

Но это никоим образом не помогло мне наладить отношения с Саймоном. Вернувшись в Боулдер, я продолжила работать по своей программе. В глубине души я уже рассталась с Саймоном, хотя наши отношения продолжались еще несколько месяцев.

Следующим моим соревнованием в формате Ironman было июльское состязание Challenge Roth. Перед этим я приняла участие в соревновании на короткую дистанцию в Колумбии. Как ни странно, но это соревнование оказалось для меня крайне важным. Я относилась к нему как к своего рода тренировке, которая вытащит меня из зоны комфорта и заставит поработать над скоростью. Также участие в нем было важно для поддержки благотворительного фонда «Блейзмэн». Но я отнеслась к соревнованию без должного уважения и в итоге показала плохой результат, придя к финишу шестой. Разумеется, это был не первый раз, когда я проигрывала, в том числе и на короткой дистанции. Но проблема заключалась в резком разрыве между моими ожиданиями и реальностью. Мне доводилось финишировать и двадцать шестой, но это было еще до того, как я стала чемпионкой мира, через три недели после Ironman Australia и в ходе состязания с лучшими олимпийцами мира. Однако в Колумбии я точно должна была занять место на подиуме.

Я, конечно же, могла бы утомлять вас массой подробностей о том, почему мне это не удалось, однако на самом деле считаю это непростительным поражением. Я не контролировала то, что могла. Порой (и мне стыдно в этом признаваться) я веду себя слишком высокомерно. Я не посвящала все свое время тренировкам, как делаю при подготовке к Ironman. Мои дни были наполнены встречами с людьми и поглощением такой пищи, о которой я не могла бы и мечтать перед Ironman. Были и вещи, находившиеся вне моего контроля, например пожарная сигнализация, которая заработала в моей гостинице ночью перед соревнованиями, и дикая вечеринка в соседнем номере. Я несколько раз просила соседей вести себя потише, но это лишь усугубило ситуацию. Их поведение было совершенно неконтролируемо.

Но в том, что я проснулась полностью не готовой к старту, я могу винить лишь саму себя. Я просто не могла заставить свое тело сотрудничать. Так бывает и на тренировках, и в ходе соревнований. Тело вопит, не желая слушать мозг. Обычно такое состояние в какой-то момент проходит, но в тот раз оно продолжалось в ходе всего соревнования. У этого есть свои причины, чаще всего связанные с недостатками в процессе подготовки. Так как я маньяк с точки зрения контроля, неспособность взять дело в свои руки означала лишь то, что я стану уязвимой и в итоге потерплю поражение. Я невероятно сильно корила себя после поражения в Колумбии. В течение недели я была в смятении и чувствовала себя совершенно подавленной. Масла в огонь добавил и Саймон. Он посоветовал мне смириться и двигаться дальше. Я же не нашла ничего лучшего, как начать обвинять его, что в данном случае было совершенно несправедливым, ведь я сама отказалась от его программы. Разговаривая по телефону с Томом, я заливалась слезами.

Конечно, я извлекла из этой истории несколько уроков, связанных, прежде всего, с важностью подготовки.

Однако это заставило меня задуматься и о важности побед и поражений. Что означал для меня этот проигрыш? Разумеется, я посетила ту часть планеты, в которой всегда хотела побывать. Мэриленд с его прекрасными лесами и фермами – отличное место, очень похожее на мою родину. Я поддержала фонд «Блейзмэн». Мне удалось познакомиться с несколькими потрясающими людьми, в том числе с организатором соревнования Робертом Вигорито, который остается моим другом и по сей день. Я участвовала в церемонии награждения победителей во всех возрастных группах. Так что, несмотря ни на что, в этой поездке были свои плюсы, и поэтому ее можно было считать успешной. Она заставила меня понять, что такое поражение. Конечно, многое мне еще предстояло познать, однако (как много раз говорил мне Бретт) я смогла научиться отделять происходящее в ходе гонки от множества других интересных и духовно обогащающих меня вещей. Именно об этом я думала, возвращаясь из Колумбии.

Дела пошли на лад в июне, когда я выиграла Half-Ironman в Лоуренсе. Я не могу отказаться от удовольствия поучаствовать в соревновании, связанном с книгой «Волшебник из страны Оз». Страшила был одним из моих самых любимых персонажей в детстве, так что я воспринимала путь в Канзас как своего рода паломничество. Я остановилась в прекрасном доме организатора соревнования Райана Робинсона. Он вместе со своей женой Дженни и тремя сыновьями – Хантером, Хайденом и Хадсоном ухаживал за мной как за особой королевской крови. Трехлетний Хадсон стоял в карнавальном костюме перед финишной чертой вместе с Дороти, Страшилой, Железным Дровосеком и бесстрашным Львом. Я взяла его за руку, и мы пробежали вместе до финиша по настоящей дороге из желтого кирпича. Как же это здорово – совместить победу с самыми приятными воспоминаниями из детства!

Как и всегда, мы праздновали на финише до тех пор, пока не показался последний участник. Это был прекрасный уик-энд, но особенно важным событием для меня оказалась встреча с легендарным «Красным Псом». Это человек в возрасте за семьдесят, носящий в миру имя Дон Гарднер и сразу напомнивший мне Фрэнка Хорвилла. С 1984 года он занимается организацией массовых физкультурных занятий под названием Dog Days, или «Дни Пса», на которых обычно присутствует до тысячи участников. Вместе со своей женой Беверли он проводит эти занятия летом (каждый день в шесть утра, в полдень и шесть часов вечера) и зимой (по два раза в неделю). Занятия проводятся на городском стадионе, участие в них бесплатное, и прийти может человек любого возраста и в любом физическом состоянии. «Красный Пес» командует через мегафон, а сотни людей выполняют упражнения, следуя его инструкциям.