Чтение онлайн

Социальная история Франции и история социальной политики в этой стране во многом определена Великой французской революцией (1789) и Декларацией о правах человека и гражданина. «Общество обязано помогать тем, кто находится в бедственном положении» – в этом мнении сходились авторы Декларации. Общественное вспомоществование якобы соответствует «священному долгу». Однако, провозглашая право на помощь, государственные мужи 1789 г. не отделяли его от другого, еще более важного права – зарабатывать на жизнь собственным трудом. Право на получение помощи, с их точки зрения, лишь сопутствовало более существенному праву быть включенным в общество, приносить ему пользу, как было принято говорить в те времена. И с этим соглашались авторы Декларации [21] .

Труд рассматривался как основа солидарности и общественного взаимодействия. Каждый человек имеет право зарабатывать себе на жизнь, если он трудоспособен, или получать помощь, если он не в состоянии работать. Как реализовывались во Франции эти идеи? В работе «Новый социальный вопрос» (1995) научный директор Высшей школы социальных исследований (Франция) П. Розанваллон описывает основные вехи истории трудовых отношений и становления социальной политики Франции.

В 1789 г. были созданы бюро «по вспомоществованию и труду». «Будучи предназначенными для организации работ для неимущих, – отмечает Розан-валлон, – эти бюро по вспомоществованию и труду должны были играть роль своего рода агентств по трудоустройству, осуществляя учет как имеющейся рабочей силы, так и потребности в ней. Из – за неурожая в Париж потянулись массы безработных, и осуществление подобных проектов стало неотложным делом. Менее чем через два месяца после взятия Бастилии государственные власти принялись за организацию работ, предназначенных для обеспечения занятости безработных граждан – ремонт канализации, уборка мусора по берегам Сены, различные работы по благоустройству окраин и т. д. В тот период аналогичные службы, которые называли ''мастерскими по оказанию помощи'', были организованы также и в провинции» [22] . В постановлении парламента Парижа, вышедшем в феврале 1815 г., впервые была официально признана необходимость обеспечивать работой безработных граждан. Подобная необходимость рассматривалась не просто как моральный долг общества, но и как реализация дисциплинирующей функции государства и социальной политики. Так, помимо обеспечения работой нуждавшихся в трудоустройстве, существовало согласие по поводу привлечения к труду опасных групп населения с тем, чтобы контролировать их и подвигать к исправлению. Были предприняты меры по прикреплению бродяг и подозрительных людей к конкретным населенным пунктам.

Между бездеятельностью в экономическом смысле и преступлением в трудовых документах тех лет еще не делалось четких различий. Постановление 1815 г. включало в одну и ту же категорию мошенников, бродяг, неисправимых преступников, слабоумных и распутников. Работа для бедных и принудительный труд рассматривались как одно и то же. Считалось нормальным и даже необходимым заковывать в цепи бедняков, привлекаемых к расчистке сточных канав, уборке улиц и ремонту городских стен. Подобные меры мало отличались от применявшихся в XIV в. способов насильственного закрепления «праздных людей» на общественных работах. Главный госпиталь Парижа (основан в 1656 г.) – яркий пример воплощения подобной политики: чтобы заставить работать нищих, их держали в заключении [23] .

С 1770 г. в различных районах Франции создавались фонды благотворительных работ. Идея создания благотворительных трудовых мастерских возникла в годы Великой французской революции. С момента образования комитет по борьбе с нищетой оказывал помощь, предоставляя работу. Единственно верным представлялось создание рабочих мест для дееспособных работников, которых экономическая ситуация приговорила к безделью. Поэтому деятели комитета считали, что для хорошего управления страной важно постоянно заботиться о том, чтобы рост занятости был увязан с увеличением численности населения.

Создание летом 1789 г. мастерских вспомоществования повлекло за собой серьезные организационные проблемы. Сначала их сотрудники не могли справиться с огромным наплывом обратившихся за помощью людей: только в строительных работах на склонах Монмартрского холма численность работников за несколько недель возросла с 2 до 17 тыс. Вскоре мастерские перестали справляться и с участившимися случаями нарушениями дисциплины. Никакого отбора в приеме на работы не существовало: достаточно было быть не моложе 16 лет и проживать в районе их проведения. Работники были плохо обучены, многие трудились непроизводительно, а некоторые даже не удосуживались появляться на рабочем месте, приходя только в дни получки [24] .

Деятельность мастерских подвергалась критике со всех сторон. В целях изменения сложившейся ситуации без особого успеха издавались многочисленные указы и правила. Ситуация была настолько неблагополучной, что Учредительное собрание декретировало 31 августа 1790 г. реорганизацию всех мастерских на новой основе. Так, здоровые работники должны были трудиться сдельно; люди же с ограниченной трудоспособностью получали оплату поденно. Заработки обязательно оставались ниже среднего уровня. Однако устранить сложности в организации работы мастерских не удалось, поэтому весной 1791 г. их пришлось закрыть.

По мнению Розанваллона, неудачный опыт мастерских во многом был обусловлен поспешностью, с которой они создавались. Причина провала заключалась также и в принципах, на которые опиралась вся система. Организация мастерских как инструмента ликвидации бедности и механизма организации трудовой деятельности требовала четких установок по следующим вопросам: обязаны ли неимущие работать; каким образом вознаграждать их труд (заработная плата или пособие); каково юридическое положение мастерских и т. д. Определенности не было ни по одному из этих пунктов.

Ключевой вопрос об обязанности работать был отнюдь не новым: по крайней мере, с XVI в. он серьезно рассматривался при обсуждении политики искоренения нищенства. Филантропы пытались установить различие между «настоящим бедняком», который заслуживал помощи, и «фальшивым нищим», который хотел жить на иждивении общества. Однако нищенство можно было бы считать правонарушением, если бы каждый человек действительно мог найти работу. Именно поэтому как с моральной, так и с экономической точки зрения были столь важны благотворительные мастерские. Не менее значимо было и согласие на предложение о найме. Возможен ли такой правовой фундамент, который ставил бы каждого человека перед выбором между «принудительным» трудом как наказанием за преступление нищенства и «свободным» трудом в благотворительной мастерской? Не приводило ли новое право на вспомоществование опять к принуждению? Власти не располагали возможностью осуществлять это принуждение (хотя в XVII в. закон и предусматривал осуждение нищенствующих на галеры, на практике этого не делалось). Неразрешенность вопроса об обязанности работать в итоге привела к тому, что благотворительные трудовые мастерские были закрыты под предлогом сложившихся обстоятельств.

Историю трудовых отношений в России ХХ в. можно сравнить с движением по замкнутому кругу – от рынка труда к рынку труда.

К началу 1920 – х гг. в стране царила хозяйственная разруха, появились толпы беженцев, что во многом обусловило невиданную в истории России безработицу. В целях ее ликвидации в стране в течение короткого времени были открыты биржи труда, которые, помимо учета безработных, свободных рабочих мест и распределения по ним людей, оказывали материальную помощь нуждавшимся. Биржи труда не зависели от государства – они находились в ведении профсоюзов, были самоуправляемыми и принадлежали тем, кто оказался на рынке труда. В управлении биржи большинство составляли рабочие, но и предприниматели (работодатели) тоже участвовали в управлении. Соблюдался принцип сохранения паритетности прав и обязанностей работодателей и работников. Были открыты временные и общественно полезные работы [25] .

В январе 1918 г. советское правительство приняло закон о биржах труда, который предусматривал создание Всероссийского центра бирж труда, учреждение Совета бирж, проведение их съездов. В мае 1918 г. состоялся II Всероссийский съезд комиссаров труда и страховых касс, определивший общие правила регулирования рынка труда. Были созданы предпосылки для огосударствления органов по трудоустройству.

С началом Гражданской войны, проведением политики военного коммунизма, национализацией, потребовавшими тотального привлечения к труду населения страны, эта глубоко продуманная система была упразднена. Экономику решили поддерживать методами внеэкономического воздействия – созданием трудовых армий, принудительной мобилизацией, милитаризацией труда (создание системы административно – командных и репрессивных учреждений принудительного труда – комтруды), принудительным распределением работников по рабочим местам (наряды на мобилизацию), организацией концлагерей, которые представляли собой варварскую эксплуатацию людей государством – огромные резервуары живого труда без всякой техники.

Новая экономическая политика вернула к жизни, казалось бы, навсегда утраченную систему занятости (в ноябре 1922 г. был принят Кодекс законов о труде). Снова появились рынок труда, биржи, была восстановлена система помощи безработным, их переквалификации, экспертиза профессиональной трудоспособности. Последнее понадобилось особенно, потому что в эпоху военного коммунизма наступила всеобщая депрофессионализация. Многие кадровые рабочие бежали с предприятий в деревню, чтобы не погибнуть от голода, а на их место пришли люди малоквалифицированные, загнанные на предприятия военными методами, или беженцы. Заработная плата была увеличена и составляла не меньше прожиточного минимума. Появились деньги, на которые можно было купить товары, а не получать мизерные пайки по карточкам и талонам. Всеобщую принудительную занятость заменила нормальная рыночная система. Работу по специальности и высокую оплату за выполненный труд получал тот, кто хорошо работал.