Чтение онлайн

Россия нэповская дала миру опыт великолепно налаженной системы посредничества для получения настоящей, хорошо оплачиваемой работы по специальности и одновременно социальной помощи тем, кто не мог найти себе такую работу по объективным причинам – недоставало квалификации, имелись физические ограничения для трудоустройства. Возобновилась выплата пособий по безработице. Право на получение пособия в первую очередь имели работники, уволенные по сокращению штатов или при ликвидации предприятия, члены профсоюза, демобилизованные. Безработные полностью или частично освобождались от уплаты налогов, платы за квартиру и коммунальные услуги, а также имели льготный проезд на транспорте. Профсоюзы также создавали особые фонды помощи рабочим и служащим, оставшимся без работы. Возобновилась практика организации общественных работ. В некоторых городах успешно работали артели безработных. Для трудоустройства женщин организовывались женские артели, предоставлялась работа в столовых и прачечных. В наиболее крупных городах действовали бюро по использованию труда подростков.

Летом 1930 г. рынок труда был упразднен, а Наркомат труда и его органы на местах были реорганизованы. Это явилось решающим шагом для утверждения и воплощения в жизнь ключевой социальной доктрины молодого советского государства – концепции всеобщности труда, согласно которой все поголовно, независимо от индивидуальных особенностей, должны работать как в одном муравейнике, осуществлять намеченные грандиозные планы, действовать как части хорошо отлаженного механизма. Человеческая личность ничего не стоила и незаменимых не было.

В период индустриализации страна представлялась ее руководителям огромным заводом, работавшим по единому плану, единой программе, по заранее утвержденной номенклатуре, в соответствии с установленными приоритетами. Продукцию давали на душу населения – тысячи тонн, миллиарды кубометров. Этот вал задавил смысл производства, свободу человека, его реальные ценности. Трудовой энтузиазм спускали сверху. Его подстегивали пропагандистскими и репрессивными мерами, стимулировали мотивами соревновательности.

За годы первой пятилетки в стране была введена карточная система, учреждены отделы рабочего снабжения и закрытые распределители на предприятиях с принудительным ассортиментом «отоваривания» зарплаты. Получить реально хоть какое – то жилье, пропитание, бытовое обслуживание при фактически обесценивавшейся зарплате становилось возможным только на предприятии. Несанкционированное увольнение, как правило, сопровождалось для рабочего серьезными материальными лишениями. Это создавало условия для прикрепления к производству.

Именно в эти годы были введены трудовые книжки, где фиксировались все перемещения человека. В конце 1930 – х гг. рабочего бессрочно прикрепили к предприятию, как еще раньше колхозника пожизненно прикрепили к колхозной плантации. Указ, подписанный Сталиным в 1940 г., запретил самовольный переход с одного предприятия на другое и ввел уголовное наказание за нарушение дисциплины труда. За 20 – минутное опоздание следовало полгода принудительных работ, за прогул – год тюрьмы. Подобное же наказание – за самовольное оставление рабочего места.

После войны драконовские методы продолжали действовать. Многие заводы открывали ворота раз в неделю, чтобы выпустить рабочих на выходной, колхозники по – прежнему были в положении рабов. Лишь в 1955 г. была наконец разрешена самостоятельная перемена места работы.

Рынок труда вновь появился в России с началом проведения экономических реформ как новое социальное и экономическое явление, феномен, требующий новых институтов, законов, механизмов, знаний, программ и т. д.

ХХ век привнес много нового и неожиданного во все сферы жизни общества. Казалось бы, осуществившийся в России призыв к освобождению труда открыл новые перспективы развития человеческой личности, новой жизни, свободной от эксплуатации. Однако история трудовых отношений ХХ столетия свидетельствует о появлении новых форм принуждения, причем принуждение к труду в условиях тоталитаризма маскируется личиной освобождения, воспитания, спасения, приобщения к новой благой жизни.

Одним из примеров трудового воспитания стала деятельность Антона Семеновича Макаренко (1888–1939) – прозаика, публициста и педагога.

А.С. Макаренко известен тем, что организовал и возглавил колонии для беспризорных и несовершеннолетних правонарушителей. В 1920 г. Макаренко был назначен заведующим Полтавской колонии для правонарушителей (впоследствии им. М. Горького), в которой пытался осуществить методику горьковского отношения к человеку. Согласно предложенному Макаренко педагогическому методу успехи в ходе работы в колониях малолетних преступников и беспризорных были достигнуты благодаря использованию воспитательного потенциала коллектива, сочетания школьного обучения с производительным трудом, соединению доверия и требовательности [26] .

По теории Макаренко правильное коммунистическое воспитание не может быть нетрудовым, «наше государство – это государство трудящихся … И воспитатели должны научить детей творчески трудиться. Этого можно достичь, только воспитав у них представление о труде как об обязанности советского человека. Тот, кто не имеет привычки к труду, не знает, что такое трудовое усилие, кто боится ''трудового пота'', тот не может видеть в труде источник творчества» [27] .

Макаренко стремился воспитывать в колонистах умение заниматься любым видом труда, независимо от того, нравится он им или нет, приятен или неприятен. Из неинтересной обязанности, каким является труд для новичков, он постепенно становился источником творчества, предметом гордости и радости. В учреждениях, которыми руководил педагог – исследователь, была выработана система трудового воспитания и установлен обычай самую трудную работу поручать лучшему отряду.

Говоря о постановке трудового воспитания в школе и семье, Макаренко считал, что следует в процессе выполнения детьми трудовых заданий упражнять их в приобретении организационных навыков, развивать у них умение ориентироваться в работе, планировать ее, воспитывать бережное отношение к затрачиваемому времени, продукту труда.

«Только участие в коллективном труде, – считал Макаренко, – позволяет человеку вырабатывать правильное нравственное отношение к другим людям – родственную любовь и дружбу по отношению ко всякому трудящемуся, возмущение и осуждение по отношению к лентяю, к человеку, уклоняющемуся от труда» [28] .

Важно отметить, что вопреки сторонникам «свободного воспитания», которые возражали против каких бы то ни было наказаний детей, заявляя, что наказание воспитывает раба, Макаренко руководствовался идеей, что безнаказанность воспитывает хулигана, и считал, что разумно выбранные, умело и редко применяемые наказания, кроме, конечно, телесных, вполне допустимы [29] .

В ХХ столетии труд как вид человеческой деятельности достиг апогея своей значимости, но в этом же столетии назрел и кризис труда, складывались предпосылки коренных трансформаций трудовой сферы.