Жизнь с тобой и без тебя
Шрифт:
– Кать, ты меня слышишь?
– Да, - промямлила я.
– Я тебя очень прошу, держи все свои высказывания при себе. Я тебя обязательно вытащу оттуда, но постарайся не мешать мне.
– Иди к черту!
– также вяло сказала я, а мой похититель забрал мобильник и хмыкнул в трубку:
– А мне она нравится. С характером.
– И совсем другим тоном, от которого мурашки побежали по коже, добавил: - Ты ее услышал? Услышал. Значит, понял, что я не шучу. Тебе следует поторопиться с принятием решение, потому что через двое суток, если я не получу товар, к твоему дому доставят ее голову. С картой, где искать остальные части тела.
Услышав последние слова, я почувствовала, как к горлу подступает тошнота.
– Слушай сюда, рыжая.
– Верзила убрал телефон в карман и, крепко сжав мой подбородок пальцами, заставил заглянуть ему в глаза.
– Сказал Багровому и повторю тебе, но только один раз, так что запоминай. Останешься ты жива или нет, зависит от него, а вот насколько целой, вернешься решать тебе. Будешь злить меня или моих ребят, смерть твоя будет долгой и мучительной, либо лишишься каких-нибудь лишних, на мой взгляд, органов. Пальцев у тебя целых десять штук. И это только на руках, а есть еще ноги. Два уха тебе тоже может не понадобиться, так что сиди тихо и не вякай, поняла?
Живот скрутило от страха, и я смогла лишь кивнуть. Верзила удовлетворился и повернулся к парню, стоящему у стены:
– Значит так. Девчонку не кормить, давать пить каждые три часа, не более.
– А если в туалет?
– пискнула я и съежилась под его взглядом, тем не менее, ответ получила, правда, обращенный все к тому же парню:
– В туалет водить, нам здесь срач не нужен. Пригодится еще после нее комната. Ты за старшего, я приеду завтра.
– Уже в дверях он обернулся: - И не трогать ее до поры до времени. У нее должен оставаться товарный вид.
Верзила и парень вышли из помещения, дверь захлопнулась, и я без сил прислонилась к стене, получив возможность толком оглядеться. Огромное помещение с окнами под самой крышей. Бетонный пол, бетонные стены. Похоже бывшее помещение цеха. Меня приковали наручниками к батарее в углу, хорошо хоть матрас кинули. Какое-никакое, а все-таки удобство.
Впрочем, на этом мой оптимизм и иссяк. Веры в то, что я отсюда выйду, не было. Правда, парень, который меня охранял, относился ко мне вполне по-человечески. В туалет водил и водил без наручников, давая рукам хоть немного ожить, правда, под прицелом пистолета, пить давал и даже один раз, озираясь по сторонам, сунул мне в рот кусок хлеба, за что я была ему безгранично благодарна. Я пыталась с ним заговорить, выяснить, где нахожусь, но эти попытки он пресек сразу, сурово сказав:
– Сиди молча. В противном случае наручники больше не сниму.
Сказал так, что я сразу все поняла и более с разговорами не лезла.
Когда стемнело, я попыталась устроиться с максимально возможными удобствами. Света в помещении не было, и я таращилась в окно на темный кусок неба. Как-то там Мартик? Жалко его. Хоть бы Багров догадался потом, когда все закончится, забрать его к себе. И Танька беременна, ей волноваться нельзя. Как она переживет? Славка наверняка во всем будет винить Багрова… Хоть бы ума хватило не соваться никуда… Игорь. Не зная, что у него за дела с этим верзилой и знать не хочу, но понимаю, что даже если Багров примет условия моего похитителя, я все равно отсюда не выйду. Такие не отпускают. Единственное, чего хотелось - чтоб убил сразу.
Занятая невеселыми мыслями, я задремала, а проснулась от того, что жутко замерзла. На улице лето, на мне легкое платье, а здесь прохладно, и от стен тянет сыростью.
Небо начинало светлеть, значит, вот-вот наступит утро. Если будет солнце, есть вероятность, что помещение нагреется.
– Эй!
– крикнула я, дверь открылась и в помещение вошел вчерашний конвоир.
– Мне бы в туалет и умыться, если можно.
– Без глупостей, - предупредил он и отстегнул меня от батареи.
Я блаженно встряхнула руками и пошла вперед, чувствуя между лопатками сталь оружия. Мы прошли коридором и уперлись в маленькую дверь. Оказавшись внутри, я закрылась на щеколдку и, включив горячую воду, сунула руки под струю, мечтая согреться. Сколько я так простояла, ответить затрудняюсь. В дверь забарабанили, я крикнула: “Еще минуту!” и поплелась вглубь помещения, где располагался туалет. Закрыв крышку унитаза, я уселась на него, думая, что уж лучше буду здесь сидеть. Запах, конечно, специфический, но все равно лучше, чем на матрасе с прикованными к батарее руками. Впрочем, парнишке ничего не стоит выбить дверь, замСк-то на дверях от честных людей, серьезных испытаний не выдержит.
Тяжело вздохнув, я вернулась к раковине, еще раз включила воду и ополоснула лицо теплой водой. Вроде согрелась.
Я открыла дверь и в безмолвном ужасе зажала рот рукой. Парень лежал поперек прохода, вместо груди кровавое месиво. Ёп… Это ж как я могла пропустить перестрелку? Почему не услышала? На дрожащих ногах я перешагнула мертвое тело и остановилась в нерешительности. Куда идти-то? И чего делать дальше?
От страха подкашивались ноги, сердце норовило выскочить из груди, но я понимала, что надо что-то делать, куда-то двигаться, и я на цыпочках, прижимаясь к стене, продвигалась по коридору.
Туфли валялись возле матраса, но я решила за ними не возвращаться. ДорогА была каждая минута. Это, наверное, единственный шанс попробовать выбраться.
Поворот, еще один, распахнутая дверь, за которой видна улица… Выстрелы, отборный мат…
– Я не могу уйти, пока не найду её!
– Это же голос Багрова.
– Судя по всему, её здесь нет, - ответил ему незнакомый голос, параллельно отстреливаясь.
– Я не спорю, Седой мог звонить отсюда, и наличие здесь людей подтверждает, что это его база, но Катерины здесь нет. Он наверняка перевез её в другое место.
Как же в другое, если я здесь?
Я принялась вертеть головой, пытаясь определить, откуда звучали голоса. Явно в каком-то из помещений. Пока я размышляла, в дверном проёме с автоматом наперевес появился Коля, парень из команды Багрова.
– О! Катюха! А мы тебя спасать приехали, - улыбнулся он, стремительно заходя в здание и стремительно захлопывая за собой дверь.
– Ты это, пока что прижмись к стеночке и пригнись пониже. У нас тут небольшие проблемы.
– И крикнул: - Шеф!
– Мы здесь!
– отозвался Игорь, и Коля, ухватив меня за руку, протащил несколько метров вперед.
Затолкнул меня в дверь с табличкой “Ремонтный цех” и сам ввалился следом, весело насвистывая:
– Смотрите, кого я привел.
Багров отвлекся от окна, в которое он увлеченно палил, и увидел меня. На лице отразилось облегчение. Бросив двоим, сидящим рядом с ним: “Следите за обстановкой!”, он, сжимая в руке пистолет, метнулся ко мне. Сжал в объятиях и уткнулся носом мне в ухо.
– Слава Богу!
– пробормотал он, поцеловал меня и, отодвинувшись, внимательно оглядел меня. Осторожно провел пальцами по щеке и разбитой губе и спросил: - Как ты?
– Лучше, чем могла предположить еще час назад.
– Шеф, там Седой объявился, - отвлек нас Коля.
Игорь чертыхнулся и усадил меня в безопасный угол.
– Саш, ребята где?
– обратился он к блондину.
– На подходе, - ответил тот, и я узнала голос - именно с ним несколько минут назад обсуждал перспективы найти меня.
– Малость зазевались, но сейчас нашли дорогу, я думаю, минут через пять-десять будут.
– Десять минут многовато, - весело сказал Коля, прицеливаясь и стреляя.
– Пять еще куда ни шло, а дальше начнутся проблемы. Насколько вижу, Седой приехал с подкреплением. Здание, конечно, прочное, но, во-первых, у нас заканчиваются патроны, во-вторых, они просто закидают нас гранатами. Поэтому ты, Сашка, позвони еще раз ребятам, пусть прибавят газа, умирать молодым не хочется, пусть и во имя прекрасной дамы.