Чтение онлайн

Славка побежал за машиной, а мы с Ольгой беспомощно уставились на нее.

– Все в порядке, - усмехнулась она.
– Оль, дай мне мой сотовый, нужно позвонить врачу. А ты, Катюх, убери со стола, пожалуйста.

Через семь часов позвонил Славка и сообщил, что родился мальчик весом в три с половиной килограмма. Ольга осталась на ночь со мной, поэтому, услышав столь радостную новость, мы с ней нашли в баре припрятанную для подобных радостных новостей бутылку шампанского и выпили по бокалу шипучего напитка.

На следующее утро мы с Мартиком вернулись домой. Однако, прожив пару дней в коттедже, я поняла, что больше не могу находиться в этих стенах. Вся обстановка дышит воспоминаниями о Багрове. Ведь именно у меня мы жили почти целый месяц - разгадывали кроссворды на кухне, смотрели телевизор в гостиной, плескались вместе в ванной… И я решила вернуться в городскую квартиру, а загородный дом продать со всеми воспоминаниями.

Порывшись в письменном столе, я отыскала визитку Петра Ильича Виатонова. Когда я только получила наследство, Виатонов пришел ко мне с предложением продать ему отцовский дом. Тогда я отказалась, сейчас же надеялась, что он еще не оставил идею о покупке коттеджа.

– Петр Ильич, это Архипова Екатерина. Вы все еще хотите купить у меня дом?..

Сделка была оформлена в рекордно короткие сроки. Виатонов торопился, объясняя это тем, что он хочет успеть переобустроить дом к свадьбе младший дочери и преподнести его в качестве подарка молодоженам, а у меня просто не было сил видеть дом, где я была счастлива.

За это время я немного пришла в себя и ко времени переезда в городскую квартиру была более или менее готова к встрече с окружающим миром. Встретилась с Ольгой, съездила к Архиповым, посмотрела на новорожденного Михаила Вячеславовича или просто Мишутку.

Встречаясь с кем-то, я выглядела спокойной и собранной и даже изредка выдавала подобие улыбки, и только Мартик видел, как иногда по ночам я стою у окна и тихонько плачу.

Однако по прошествии месяца я постаралась взять себя в руки, потому что понимала, что в противном случае мое состояние может сказаться неблагоприятным образом и на ребенке, присутствие которого я с каждым днем ощущала все острее.

Танька была вся в материнстве, Славка разрывался между домом и работой, поэтому им о своей беременности я пока что не решалась сообщить. То есть я понимала, что это надо сделать, но каждый раз, собираясь, видела, что моя новость вот именно сейчас как-то ни к месту. Но к Ольге я все же съездила и сообщила между делом:

– Слушай, правда, здорово, что у нас троих детки появляются почти одновременно? Будем выезжать с ними на природу, и они будут дружить друг с другом.

– Ага, - кивнула Ольга и тут же до нее дошло: - Ты беременна?

– Я же говорю, дети будут погодками.

– О Господи, - пробормотала она и посмотрела на меня: - Багров, да?

– Да.

– Давно?

– Чуть больше четырех месяцев.

– А чего говорят Танька и Славка?

– Оль, им сейчас не до меня. Я им потом расскажу, когда они немножко успокоятся со всей этой суетой вокруг Мишутки.

– Или сами увидят, - усмехнулась она.
– Спасибо, что сообщила и прими мои поздравления. Главное помни, что ты не одна.

Ольга оказалась права - пока я выбирала подходящий момент, чтобы сообщить новость Архиповым, живот подрос. Танькин наметанный взгляд сумел выцепить это из окружающих ее семейных будней и забот о сыне, и, ткнув в него пальцем, она поинтересовалась:

– Это что?

– Живот, - невозмутимо ответила я.

– Когда собиралась сообщить?

– Что сообщить?
– влез в наш диалог Славка, занимавшийся до этого переодеванием маленького Миши.

– Она беременна, - сообщила ему жена, а он удивленно уставился на меня и не придумал ничего лучше, как спросить:

– Ты что, с кем-то развлекалась, пока отдыхала у Наташки и на юге?

– Славочка, не тупи, - хмыкнула подружка.
– Это наследство Багрова. Ведь так?

– Так, - кивнула я, поморщившись при небрежно брошенном “наследство Багрова” - А сообщить собиралась. Честно. Просто все никак не могла найти подходящего случая.

– Он сам тебя нашел.
– Славка вручил Мишу Таньке, и та понесла его укладывать, скосив на меня прощальный выразительный взгляд, который обещал длительную беседу в ближайшем будущем. А брат подождал, пока за ней закроется дверь, и сказал: - Кать, лучше, чтобы никто не знал, чей у тебя будет ребенок.

– Это мой ребенок.

– Я не об этом. Никто не должен знать, что это ребенок Багрова. В идеале об этом не должны знать даже твои подруги, не смотри на меня так, я подразумеваю именно Ольгу и Татьяну. Но разговор с ними я беру на себя, а в остальном… Держи язык за зубами.

– Я и не собиралась орать об этом на всех углах, - съязвила я, помолчала и спросила: - К чему ты это говоришь? Если ты что-то знаешь, то, может, и меня просветишь?

– Я знаю, что он тебя любил.

– Он меня бросил.

– Он тебя любил, - упрямо повторил брат.

– Откуда такая уверенность? Помнится, последний раз ты радовался, что он бросил меня. Когда любят, не бросают.

– Незадолго до своей гибели Игорь приходил ко мне. Мы с ним разговаривали, и он сам сказал мне о том, что любит тебя, а также о том, почему ему пришлось так некрасиво поступить с тобой. Он специально бросил тебя тогда прилюдно, надо было, чтобы все видели, что он это сделал и что ты обижена глубоко и надолго, что отношения порваны безвозвратно. Таким образом, все, кому надо, поняли, что ты ничего не знаешь о его делах, и требовать с тебя тоже нечего, особенно в свете событий с твоим похищением, когда Седой решил заставить Багрова что-то делать через тебя. Короче, твоя дальнейшая жизнь зависела от того, как он поведет себя. И он выбрал единственно верное решение, чтобы спасти и оградить тебя. Именно поэтому после расставания с тобой он стал появляться в ресторанах с разными девицами - у окружающих не должно было возникнуть сомнения относительно его времяпрепровождения.

– То есть он знал, что ему угрожает опасность?

– Кать, твой Багров был умным человеком. Конечно, он все знал и понимал. Когда мы беседовали, он выразил надежду, что ему удастся остаться в живых. Он был уверен, что в итоге сумеет обойти всех. А буквально через пару дней случилось то, что случилось. Видимо, он не сумел просчитать все до конца. И в результате проиграл. Но смог оставить в живых тебя, за что я ему бесконечно благодарен.

– Почему ты раньше не рассказал мне об этом?
– со слезами на глазах посмотрела я на него.
– Я имела право знать.

– Ты не была готова слышать все это. И я до последнего не был уверен, стоит ли вообще рассказывать тебе то, что я знаю. Но в свете последних событий, думаю, тебе нужно это знать.

– Спасибо, - улыбнулась я и обняла брата.

С того разговора прошло пять лет. Пять ничем не выделяющихся лет. То есть я, конечно, лукавлю, потому что кое-что все-таки произошло - у меня родилась замечательная дочечка, а еще пропал Мартик. По последнему поводу я очень переживала, но проходящие месяцы и подрастающая Инна делали свое дело - времени на тоску практически не оставалось, а потом я привыкла. Как привыкла к тому, что Багрова по определению больше не может быть в моей жизни, что он больше не улыбнется мне и не посмотрит ласково.