Жизнь с тобой и без тебя
Шрифт:
– С удовольствием.
На пороге квартиры нас встречала Танька.
– Ого!
– только и сумела я сказать, глядя на ее огромный живот.
– Уже скоро, да?
– Врач сказал, пара-тройка дней, максимум. Привет.
Мы обнялись, правда, довольно неловко. Потом разошлись в разные стороны и улыбнулись друг другу. Тут же мне в ногу уткнулся чей-то мокрый нос, и я, нагнувшись, подхватила Мартика на руки.
– Привет, - поцеловала я его.
– Я соскучилась.
– Он тоже, - заверил Славка, втаскивая чемоданы.
– Последние дни даже не отходил от входной двери, ждал.
– Все разговоры потом. Кать, иди в ванную, вижу, что ты о ней мечтаешь, а после будем обедать, - распорядилась Танька.
– А там и Ольга подъедет. Она тоже по тебе соскучилась.
– Просто удивительно, - насмешливо пробормотала я, а Славка тем временем кивнул:
– Отлично. Вы тогда тут общайтесь, а я поехал на работу. Вернусь ближе к ночи, часов в десять.
Братец уехал. Я помылась и, когда приехала Ольга, уже заканчивала обедать.
– Рассказывай, как отдохнула, - потребовала она, когда мы втроем устроились в гостиной.
– Ничего особенного, - пожала я плечами.
– С Наташкой болтались по городу и магазинам, с Ленкой загорали и ходили во всякие пляжные кафешки знакомиться с мужчинами.
– Ну и как?
– Никого стоящего. Но солнце и море сделали свое дело, я чувствую себя на удивление отдохнувшей.
– Посчитав эту тему исчерпанной, я посмотрела на Таньку.
– Ну а здесь-то чего нового? Кажется, были какие-то новости, о которых вы не хотели сообщать по телефону.
Подруги переглянулись и уставились в пол, а Мартик уткнулся носом мне в руку и засопел.
– Так, - сурово сказала я.
– Ну-ка быстро говорите.
– Катюх, - жалобно посмотрели они на меня.
– Про Багрова?
– Они кивнули.
– Говорите. В конце концов, мы с ним расстались, и каждый имеет право жить своей жизнью.
– В том-то и дело.
– Танька посмотрела сначала на меня, потом на Ольгу: - Я не могу, давай лучше ты.
– Да в чем дело?
– начала я злиться.
– Если у него появилась женщина, это…
Ольга не дала мне договорить. Взяла за руку и тихо сказала:
– Кать, он погиб. Месяц назад он взорвался в своей машине на глазах у десятков людей, так что сомнений быть не может.
Дальше организм отказался воспринимать информацию - сознание отключилось, и я оказалась в спасительной темноте…
Через сколько я пришла в себя, не знаю. Но лежала я уже в постели, а по бокам сидели верные подруги и брат.
– Повтори, пожалуйста, что ты сказала, - посмотрела я на Ольгу.
Она покачала головой. Вместо нее я услышала голос Славки:
– Катюш, не надо.
– Повтори, - не отрывала я взгляда от Ольги.
– Я хочу убедиться, что все правильно поняла.
– Багров взорвался в своей машине, - дрожащим голосом сказала она.
В течение нескольких минут разум осмысливал услышанное.
– Я хочу к нему съездить, - словно со стороны услышала я собственный голос.
– Слава, ты знаешь, где его… похоронили?
– Давай завтра, сегодня уже поздно.
– Знаешь, или мне самой ехать искать?
– упрямо спросила я, вскакивая с кровати. Мир перед глазами тут же начал вращаться, но мне удалось удержаться на ногах, и, не дожидаясь ответа, я направилась к выходу из комнаты
– Знаю, - вздохнул он и следом за мной пошел к выходу.
– Оль, побудь пока что с Таней. Наверняка, вы обе понадобитесь ей, когда мы вернемся.
– Конечно.
Мы приехали на кладбище без пяти шесть. Ворота уже собирались закрывать, но Славка сунул сторожу сотню, и тот пропустил нас, велев не задерживаться. Брат взял меня под руку и подвел к могиле, заваленной уже немного подвявшими цветами и венками.
– Оставь меня, пожалуйста. Я хочу побыть с ним одна, - попросила я.
– Я не уйду.
– Пожалуйста. Мне надо.
– Ну хорошо, - кивнул он.
– Я подожду тебя там.
Славка отошел метров на пять и достал из кармана телефон, но я уже не обращала внимания на его присутствие. Какое-то время я смотрела на деревянный крест, чувствуя, как льются слезы и не пытаясь их остановить. Потом положила на холмик две розы, который для меня по пути купил Славка.
– Здравствуй, Игорь, - сумела я прошептать и замолчала, потому что в горле образовался комок.
Потом погладила свой живот и сказала:
– Конечно, расстались мы не совсем мирным способом, и, будь ты жив, я бы наверняка ничего тебе не сказала. Но сейчас я хочу, чтобы ты знал - у нас будет ребенок.
Сказала и опять замолчала.
Не знаю, как долго я так простояла. Очнулась, лишь когда почувствовала Славкины пальцы на своем локте. Он притянул меня к себе, поцеловал в макушку и сказал:
– Поздно уже, поехали домой.
– Я догоню тебя, только попрощаюсь с ним, - кивнула я.
Брат снова отошел в сторону, а я вздохнула:
– Игорь, я, наверное, больше не приду. Слишком больно, да и ни к чему. Прощай.
Я подошла к Славке, взяла его под руку, и мы пошли к выходу.
– Ты как себя чувствуешь?
– спросил он, усаживая меня в машину.
– Жить буду, - заверила я, понимая, что другой ответ его не устроит.
– А дальше что? Завтра опять сюда поедешь?
– Нет. Я больше к нему не поеду.
– Ты уверена?
– Слав, я сказала, что не поеду, значит, так и сделаю, - резко сказала я и мягче продолжила: - Ему это уже не нужно, а для меня слишком тяжело. Может быть, когда-нибудь потом, когда не будет так больно и когда станет понятно, что жизнь продолжается, не смотря ни на что. Вопреки всему…
Я собиралась рассказать подругам и брату про беременность по возвращении, но не получилось. Только мы сели ужинать - правда, я, не испытывая голода, просто ковырялась вилкой в содержимом тарелки, - как Танька, отложив в сторону ложку, сообщила:
– Кажется, я начинаю рожать. Слава, иди готовь машину.
Тот открыл рот и недоверчиво уставился на жену:
– Но ведь еще несколько дней в запасе…
– Попробуй объяснить это ему, - ткнула Танька пальцем в свой живот.
– Уверяю тебя, я не смогу держать его там несколько дней. Так что иди.