Чтение онлайн

Неужели мама так испугалась деда? Что побоялась отпускать меня в дорогу одну. Не знаю, вполне возможно. Но на пороге бабушкиной квартиры мы стоим втроем. Вадик устал. Его укачало в автобусе, он плохо переносит поездки. А в такси он и вовсе заснул. Так что мама теперь держит его на руках. Он хоть и худенький, но все же шестилетка. А я заношу наши сумки в квартиру. Мама ведет себя так, будто бы не прожила в этом доме до восемнадцати лет. А бабушка совсем ей не помогает. Как никогда. Мне сейчас обидно за маму. Бабушка всем видом показывает, что ее дочь - гость не желанный.

– Бабуль. Куда вещи положить можно?

– В комнату занеси.

– Мам. Я Вадима уложу пока. Он плохо дорогу перенес.

– И чего тогда было тащить сюда ребенка. Как будто ты впервой раз с этим столкнулась. Мучает мальчишку без необходимости. Переодевайтесь, умывайтесь, ужинать будем, - говорит бабушка и уходит на кухню.

– Мам. Не нервничай. Я с ней поговорю. Чего она в самом деле так с тобой разговаривает.

– Не нужно, Соф. Все нормально.

За столом разговор у нас не клеился. Я рассказывала бабушке про свои успехи в учебе. Про то, что в лицее тоже есть отличный преподаватель химии. Иногда она занимается со мной дополнительно, говорит, что ей интересно со мной общаться. По ее просьбе я даже подтянула знания нескольких ребят по некоторым темам. Про то, что написала на отлично итоговое сочинение. Мне попалась хорошая тема: "Литература и кино: соперничество или сотрудничество?". Но как я не пыталась развеять тучи, нависшие над нами, у меня ничего не выходило. Бабушка продолжала сидеть за столом с угрюмым выражением лица.

– А что ж ты мне, Софина, не расскажешь, как получила сотрясение в своем хваленом лицее?

– Бабушка, ну зачем сейчас об этом вспоминать? Все уже прошло.

– Мам. Правда? Зачем ворошить эту тему?

– А за тем, что теперь за здоровьем ребенка наблюдать нужно более тщательно. Алина. Это все-таки травма головы.

– Софина лежала в больнице. Сейчас уже все хорошо. Зачем вспоминать эту тему? У девочки такое настроение было хорошее. Она делится с тобой своими успехами. А ты опять свое недовольство показываешь.

– Не показывала бы. Если бы ты, как мать, вела себя разумно!

– Бабушка! Хватит. В чем ты пытаешься обвинить маму? Она делает все ради нашего блага!

– Какого блага? Что ты говоришь, внучка?

– А почему ты не поинтересуешься тем, как проходит лечение Вадика? Почему не спросишь, как у него дела? Он тоже твой внук! Раз ты не спрашиваешь. Я тебе сама расскажу. Вадим начал говорить больше пары фраз в день. Он пересказывает сказки, которые они читают с Валентиной Георгиевной. Перестал привередничать в еде. Пытается помогать по дому. Вчера сам подставил стульчик к мойке и помыл свою чашку. Просто так! Сам! Его никто не просил. А потом подошел к маме и поцеловал в щеку. Сказал, что пирожки были вкусные. Посмотри вокруг себя. Кроме тебя и меня вокруг еще есть люди. Мама не заслужила такого обращения. И если тебе не нравится то, что мы приехали все вместе. Завтра же мы уедем. И меня больше в гости не жди!

Я встала и вышла из-за стола. К горлу подкатил ком. Слезы душили, как я не пыталась их проморгать. Я закрылась в ванной и заплакала. Ну почему у нас все так сложно? Почему нельзя было встретить нас с улыбкой. Мы привезли подарки. Вчера вместе с Вадимом мы делали для нее новогоднюю аппликацию. А она даже взглянуть на него не хочет. Неужели так будет всегда? Она тридцать шесть лет ненавидит маму за то, что сама выкупила ей жизнь. Это только ее ошибка. Только себя она должна винить в этом поступке. Нельзя сначала дать человеку жизнь, неважно каким способом, а потом винить его в том, что он не пришелся тебе по душе. И напоминает теперь ненавистного тебе человека.

Когда мы ехали, я тешила себя надеждой сблизить маму с бабушкой. Ведь я люблю их обеих. Нас всего четыре человека, мы семья и должны держаться вместе. Но бабушке, вероятно, хочется и дальше оставаться одной.

Из ванной я сразу ушла в комнату к брату. Он спал. Я легла с ним рядом. Мама с бабушкой продолжали сидеть на кухне. А когда Вадим проснулся, я повела его в туалет. Увидела, что мама моет посуду. А бабушки в комнате нет.

– Она легла уже. Говорит, плохо себя чувствует. Не надо, Софин, так с ней разговаривать. Бабушка пожилой человек, ее не исправить уже.

– Мам. Поехали завтра обратно.

Мне хотелось сказать домой. Но язык сам заменил это слово. Действительно, каким может быть домом временное жилье. Через полгода нам нужно будет съехать с той квартиры. Не знаю, как мама будет справляться со съемом нового жилья, лечением брата. И я тут еще со своей учебой. На бабушкину помощь я теперь тоже рассчитывать не спешу. Да и чем мне может помочь учитель на пенсии. Боюсь, что моя мечта останется несбыточной.

– Дочь. Куда мы поедем тридцать первого декабря. Нет уж. Давай дождемся хотя бы второго, третьего числа. Не переживай, все будет нормально. Я привыкла.

Улыбнулась мне мама.

Переписываюсь с Настей под одеялом. Не хочу будить маму и брата. Мы все легли в одной комнате. Мама с Вадиком на диване. А я разложила кресло. Не очень удобно, если честно. У меня ноги торчат сантиметров на десять, если их вытянуть. Но ничего, это временно.

Я так соскучилась по подружке. Кажется, лет пять ее не видела, а прошло то всего чуть больше трех месяцев. Мы договорились завтра сходить на каток. Ну и пусть, предпраздничный день. Мы с утра погуляем. Настя обещала познакомить меня со своим парнем. Шустрая она. Когда мы с ней расставались, она ни с кем не встречалась, и даже на горизонте никого не было.

Сейчас я снова вспомнила о Диме. Ну почему он ни разу больше ко мне не подошел? Теперь мне кажется, что та ситуация с фотографией и яйца выеденного не стоила. А его игнор накануне, должно быть, можно объяснить. И ведь он хотел мне объяснить. А я дурочка... Теперь в мою сторону он даже не смотрит. Девочки говорят, сидит либо один, либо с Данилом. К Нестеренко с тех пор даже близко не подходил.

Настя скидывает мне фотки, где они с Сашей вместе. Симпатичный. Но до Димы ему, конечно далеко. Была бы я по увереннее в себе, я бы уже и сама, наверное, к нему подошла. Просто, чтобы прояснить ситуацию. Просто чтобы не делать вид всякий раз при встрече, что мы не знакомы. Но во мне живет трусливый заяц. А вдруг он меня на смех поднимет или вовсе проигнорирует?

Если бы я не поехала до бабушки, то сегодня бы гуляла с Соней, Викой и Мариной. Мы договаривались сходить куда-нибудь перед праздниками, но поездка отменила мои гульки. Девочки позвали еще несколько человек из класса. В итоге они отдыхали сегодня в боулинге. Не полным составом, конечно, но доброй половиной 11А. Естественно без Арины, Лики и Светы. А вот Дима и Данил присутствовали. Девчонки уже давно дома и сейчас решили поделиться со мной фотографиями.

Марина скидывает мне одну за другой. Она такая веселая и компанейская. Не понимаю, как я не разглядела ее раньше. С 11Б отношения у меня сложились вполне нормально. После ухода Риты Гербер из класса находиться в лицее стало вполне комфортно. Но и с девчонками из 11А я не прекращаю общения. Хорошо, что они у меня появились.

Марина: Софина, привет! Смотри теперь и завидуй. Зря ты не пошла. Круто погуляли.

Я объясняла девочкам, что обещала бабушке приехать. Но они меня, вероятно, не поняли. Говорили: Ты что? Новый год же! Что ты там с ней делать будешь? Телевизор смотреть и оливье нарезать!

А теперь думаю, лучше бы не поехала. И маме бы праздник не испортила. И сама бы отвлеклась и от учебы, и от мыслей назойливых.

Смотрю фотографии. Все такие веселые, праздничные. На двух фото замечаю Диму с какой-то девушкой. Она точно не из лицея. Я ее не помню. Она виснет на нем, а он улыбается. Улыбается точно так же, как и мне когда-то! Пишу Марине: Ты это специально?