Чтение онлайн

– Довольно строить из себя невесть кого, неудачник. Что ты сам по себе представляешь? Ничего. Тебя всю жизнь тянул отец или дядя Денис, сам ты ничего никогда не добился. Всю жизнь при Андрее мальчиком на побегушках был! С самого детства! Поэтому довольно плохо говорить о Диме, у тебя на это нет никакого права! Он мой брат, и каким бы он ни был, я люблю его.

Стас в бешенстве смотрел на Лизу, никогда он думал, что она может ему такое сказать. Никогда он не подозревал, что девушка сможет даже такое подумать о нём. Это было немыслимо! И очень обидно. Мальчик на побегушках! Он! Который постоянно убирал за Андреем всего его огрехи, прикрывал его, тянул. Какая ужасная несправедливость!

– Тогда что же ты цеплялась за меня такое количество времени, все эти годы, если я настолько плох и никчемен? Если я всего, лишь «мальчик на побегушках», при твоем брате, отце и дяде? – в вопросе Макарова прозвучала злость.

– Если бы я знала, - как-то отрешенно ответила Лиза, - думаешь, я не задавала себе этот вопрос? Думаешь, мне эта мысль не приходила в голову? Что я в тебе нашла? Что я заметила в тебе такого особенного?

– Выходит, ты об этом размышляешь давно, - Стас невесело улыбнулся, - ты осознаешь, что спишь с неудачником, но продолжаешь это делать. Какая похвальная верность.

– Больше не буду, - слова эти вырвались сами собой у Лизы, практически неосознанно. В этот миг девушка внезапно поняла, что все слова своей семьи о том, что она бездарная, бестолковая, глупая она воспринимала всерьез и наказывала себя как могла. Даже понимая, что Стас её не любит, что встречается с ней в надежде получить новую хорошую должность, Лиза продолжала быть с ним. Она наказывала себя за свою глупость таким изощренным способом. Боже, какая же она дурочка! Лиза, осознав это, захотела в одно мгновение всё поменять, она больше не хотела быть вечно виноватой и никчемной, она заслуживает счастья и любви. Ей больше не надо себя наказывать, ей больше не нужен Стас.

– Да что ты? – Макаров, казалось, искренне развеселился от этих слов, - еще скажи, что нашла мне замену.

– А, может, и нашла, - Лиза запальчиво высказала то, что давно уже требовала выхода. Сергей Кожевников был слишком большой тайной, чтобы хранить её долго.

– Да ну? – Стас удивленно поднял брови, - ну молодец, быстро работаешь. Прошлая влюбленность стала бесперспективной, что ж пора обзавестись новой. Узнаю твою семью, ты больше похожа на Андрея, чем сама осознаешь.

– Ты не прав, - голос Лизы дрогнул, - я не была с тобой счастлива. Ты, Стас, был моей детской мечтой. А я выросла и встретила достойного мужчину. Он относится ко мне совсем не так, как ты. Я ему нравлюсь, действительно, нравлюсь. Не потому что у меня такой брат и отец, не потому что мой дядя может помочь, ему нравлюсь именно я.

– Видимо, он плохо тебя знает, дорогуша, ты пустая и поверхностная. Женщина – ребенок, тебе просто нечем увлечь мужчину, - слова Макарова прозвучали резко, словно выстрел.

– Это подло, Стас, - в голосе Лизы звучала горечь

– Ну да, я еще и подлец, не только неудачник, ты разве не знала? – с этими словами Стас вышел из гостиной, не прощаясь с Лизой, через минуту хлопнула входная дверь.

Девушка подошла к окну и смотрела как мужчина, которого она когда-то считала самой большой своей мечтой, сел в машину и резко выехал со двора. Она повернулась к огню, пылавшему в камине, оглядела гостиную долгим взглядом, ничто в этой умиротворенно-бежевой комнате не напоминало о драме, разыгравшейся несколько минут назад. Только оставленный Стасом бокал с недопитым коньяком одиноко стоял на подлокотнике кресла. Лиза подошла к нему и, взяла фужер в руки, на краешке бокала остался след от губ Стаса. Внезапно девушке вспомнилось, как несколько лет назад, она подносила к губам кружку, из которой Макаров пил чай. Это было так глупо, так по-детски, но тогда тот поступок казался ей ужасно романтичным. Но не теперь, больше Елизавета не была наивной, простодушной, пустоголовой особой, она выросла и решила стать достойной женщиной. И она обязательно такой станет.

Лиза поставила бокал на прежнее место и присела на краешек дивана, пытаясь осознать то, что совершила. Она бросила Станислава Макарова! Она! Боже, неужели это правда? И неужели она, действительно, ничего не чувствует? Неужели Стас остался в прошлом?

Дверь в гостиную отворилась и вошла мать Лизы, она с интересом посмотрела в лицо дочери. Валентина Ивановна уже оправилась от потрясения, вызванного словами младшего сына. Слёзы высохли, она успокоилась, видимо, Валерий Владимирович сумел убедить супругу, что всё, что не делается, всё к лучшему.

– Что-то Стас уехал, - в голосе Валентины Ивановны звучало плохо скрытое любопытство.

– Да, уехал, - подтвердила Лиза, снова подбирая под себя ноги.

– Вы что поссорились? – мать изящно присела на краешек кресла. Лиза всегда удивлялась её способности быть леди даже среди своей семьи. Это требовало столько усилий, но Валентина Ивановна упорно продолжала играть роль даже в тех ситуациях, где это было, мягко говоря, не уместно.

– Можно и так сказать.

– Ох, Лиза, ну и дура же ты, Стаса держать надо, во всем с ним соглашаться, если ты хочешь выйти за него замуж, - она назидательно произнесла это и посмотрела на дочь.

– А если не хочу? – вопрос Лизы стал полной неожиданностью для Валентины Ивановны, которая искренне считала главной задачей любой женщины удачно выйти замуж.

– Что за глупости? Столько лет вздыхала по нему…

– Наверное, зря вздыхала, - в голосе девушки прозвучала усталость.

– Что за ерунда? Зря вздыхала! Хватайся за него и держись, не больно кому ты нужна, а годы-то идут, - наставительно сказала мать.

– Мам, а если я его не люблю? – спросила Лиза.

– Люблю, не люблю, Господи, какие глупости! Насмотрелась сериалов! Начиталась трехгрошовых книжонок! За мужчину держаться надо, причем, Стас совсем не плохой вариант. Нам, разумеется, не ровня, но мы к нему уже привыкли, - Валентина Ивановна говорила с такой убежденностью, что Лизе стало не по себе. Мать обладала удивительным даром – быть всегда правой, некой холодностью, что делало отношения между ней и дочерью натянутыми.

– Мама ты говоришь так, будто на дворе 19 век! – воскликнула девушка.

– Лиза, поверь мне с тех времен мало что изменилось. Всё осталось таким же, люди не поменялись. Каждый хочет жить хорошо, каждый ради этого готов на всё. Женщина должна выйти замуж за мужчину, который сможет её обеспечить и жить себе в своё удовольствие, - Валентина Ивановна говорила это таким тоном, словно объясняла Варе, что от сладкого печенья портятся зубы.

– Изменилось, мама, всё изменилось. Я, кажется, влюбляюсь в другого, - голос Лизы дрожал.

– Когда кажется, Лиза, креститься надо. Глупости какие! Влюбленность – это еще не повод отгонять от себя потенциального жениха! – с этими словами мать вышла из гостиной, по её чеканному шагу, Лиза поняла, что Валентина Ивановна зла и раздражена.

Девушка вздохнула, перевела взгляд на пламя камина и стала думать о Сергее. Это было намного приятнее, чем размышлять над словами матери.

***

Стас долго плутал по вечернему городу, обдумывая слова Лизы. Не то, чтобы она разбила ему сердце. Нет. Но удар по самолюбию был нанесен ощутимый. И кем? Лизой! Которую он никогда не воспринимал всерьез, чью привязанность он считал незыблемой, словно неизбежное наступление утра. А тут на тебе, примите, распишитесь. Но как бы Макаров не был зол, он понимал, что в словах девушки была определенная правда. Он, действительно, был мальчиком на побегушках для Соколовых. И это Стаса злило. Он твердо решил всё поменять в своей жизни. Устроится на обычную работу, и забыть мечты о кресле заместителя губернатора по экономическим вопросам. Этой мечте не суждено было сбыться. Его отец был во всем прав, столько лет были потрачены зря.

Когда он подъехал к дому родителей, то первой, кого он увидел, была Рита, выходящая из подъезда с мешком мусора. Вот только её не хватало! Стас щелкнул сигнализацией и холодно кивнул девушке, всё еще злясь на неё за их последний разговор. Почему эти бабы так его не любят? То одна посылает, то другая, так, причем, ладно б хоть бабы нормальные были, а то одна затюканная младшая сестра друга, вторая вообще странноватая знакомая.

– Привет, - Рита остановилась возле него, неуверенно помахивая мешком с мусором.