Жмурки с маньяком
Шрифт:
С судьей согласился Безруков.
— Тут могут возникнуть только незначительные проблемы, — сказал он.
— Доктор, ваше оборудование зарегистрировано? — спросил Третьяков. — Вы имеете разрешение на проведение опытов?
— Это лишний вопрос, — наморщился мэр. — И так ясно, что нет.
— Действительно, это наше упущение, — Ли твердо посмотрел на главу города. — Но это недолго исправить. Оборудование не очень сложное и не противозаконное. Но основное здесь, — он дотронулся пальцами до высокого лба. — И мой мозг, мои уникальные способности экстрасенса не заменить никаким оборудованием.
— Одним словом, вы предлагаете нам союз: мы даем вам защиту на всех уровнях власти, а вы возобновляете сеансы. — Прокурор Евгений Безруков, страдающий мочевым пузырем, сложил на груди руки и откровенно насмешливо смотрел на доктора.
— Да, господин прокурор. Я предлагаю сотрудничество. Ваша помощь будет неоценима. Теперь слово за вами — взвесьте все, и, может быть, вы найдете, что мой товар не стоит ваших услуг. Тогда~ я в ваших руках. Но, повторяю, я только в начале пути.
— А ваша фраза «остальным мой метод не помог», к чему она? — спросил мэр.
— Эта фраза — не более чем прелюдия к нашему уже состоявшемуся разговору.
Белуха вошел в ангар и брезгливо поморщился. Запах был удушающим. Около двух десятков животных затаились в тесной клетке; они реагировали на звук шагов за стенами ангара, замирали в отчаянии, когда открывались двери. В семи или восьми клетках находились кошки, вскармливающие котят. Самки не пошевелились, только беспокойные котята тыкались мордочками в металлическую сетку в поисках выхода. Но выход из ангара был только один — к тележке; и путь недолог — до следующего ангара, где их ждут люди в клеенчатых фартуках, держа наготове раскаленные печи, клещи, стальные прутки, наполненные водой бочки. У них все готово, под рукой — черный пластиковый саван.
Вениамин Губенко, дыша через носовой платок, торопливо вошел в ангар, осмотрел двух человек, сидящих в клетке, и кивнул Белухе:
— Вот этот подсел ко мне в машину, — невнятно проговорил он, указывая на Развеева. — Второго я не видел.
И быстрым шагом покинул ангар.
— Кроме вас двоих, кто еще знает о наркотике? — спросил Белуха, вглядываясь в мертвенные лица пленников. — Меня не интересует Вадим Барышников. Так кто?
Развеев вжался лицом в решетку. Клетка была невысокой, он стоял на коленях, пальцы с побелевшими костяшками намертво вцепились в прутья. Он чувствовал себя пойманным зверем, которого ждет скорый конец. Собаки и кошки, теснившиеся в соседней клетке, приняли двух людей молчанием. И с укором смотрели на них, когда в первые минуты те зашлись громким воем. Нет, смерть надо встречать достойно, беречь голос до того мгновения, когда терпеть уже будет невыносимо. Но зачем же заранее?
Развеев плакал. Затихли котята, прислушиваясь к незнакомому звуку, самки повернули в его сторону головы.
— Больше никто, — всхлипывая, отвечал он. — Никто, никто~
Белуха перевел взгляд на Ложкина. Тот уронил голову на колени и молчал.
— Отпустите нас, — молил Развеев, не мигая глядя на тучного человека. — Отпустите~
— Мне кажется, вы напуганы, — обронил Белуха.
— Да, да, да!~
— Завтра вы узнаете, что такое настоящий страх.
Белуха развернулся и вышел из ангара.
Двери за ним закрылись, помещение погрузилось во мрак. И — тишину.
В одиннадцать вечера в квартире начальника милиции раздался телефонный звонок. Березин только что принял ванну, выпил стакан простокваши и уже готовился отойти ко сну. Его супруга поспешно вошла в комнату и с улыбкой сообщила:
— Звонит доктор Ли.
Березин удивился: прошел всего час, как он покинул кабинет доктора. «Может, у него все-таки нашлось что-то для меня? Для одного». Он протянул руку к телефону.
— Слушаю, — сказал он, отсылая глазами жену.
— Добрый вечер, Виктор Сергеевич. Вы еще не спите?
— Пусть это не тревожит вас.
Березин прикрыл глаза. Он сказал не то. Сама фраза и интонации в ней прозвучали непроизвольно угодливо, будто Ли был начальником, а он подчиненным.
— Я слушаю вас, — добавил он суше.
— Мне необходимо срочно поговорить с вами, Виктор Сергеевич. Разговор сугубо конфиденциальный. Если вам нежелателен мой визит, мы можем поговорить у меня в машине.
Чуть помешкав, полковник согласился на второй вариант.
— Вы далеко от моего дома? — спросил он, прижимая трубку плечом к уху и расстегивая пуговицы пижамы.
— Рядом, в двух кварталах.
— Подъезжайте ко второму подъезду. Я сейчас спущусь.
У назначенного места стояли «Жигули» цвета рубин. Едва полковник поравнялся с ними, дверь машины со стороны пассажира распахнулась.
— Пожалуйста, Виктор Сергеевич.
Усаживаясь в кресло, полковник указал рукой вперед.
— Отъедем немного.
Ли кивнул и плавно тронул машину с места. Через двести метров Березин сказал «достаточно» и повернулся к Ли.
— Слушаю вас.
— Как я уже говорил, разговор очень серьезный, — тихо произнес Ли, сосредоточенно разглядывая в лобовое стекло ярко подсвеченную неоном витрину магазина.
— Это я уже понял. В такое время по пустякам меня не беспокоят. Итак?~
— Я хочу вернуться к разговору, который состоялся два часа назад в моем кабинете. Согласитесь, Виктор Сергеевич, круг людей был максимально ограничен, но даже в таком составе я не рискнул назвать основную причину, благодаря которой была приостановлена моя работа.
— То есть вам кто-то конкретно мешает работать?
— Вот именно, — подтвердил доктор.
— Это какая-то организация, которая узнала о ваших опытах? Американская Лига защиты животных? — попробовал пошутить Березин. — Гринпис?
Экстрасенс шутки не принял.
— Нет. Это один человек. Во всяком случае, мне бы хотелось так думать. Но я не исключаю того, что за ним стоят его руководители, и что они так же хорошо информированы, как и он.
Березин недовольно поморщился.
— Не ходите вокруг да около. Назовите мне его имя.
— Павел Мельник, репортер криминальной хроники на местном канале ТВ.
Полковник сморщился еще больше.
— Я почему-то не удивляюсь этому. Какой болван порекомендовал его вам?
— Простите~ вы о чем? — Ли в упор посмотрел на Березина.
— Журналист тоже был вашим клиентом? Вы, как я понял, отсеяли его, а он~
— О чем вы говорите?! — бесцеремонно перебил полковника Ли. — Кого я отсеял?
— Да Мельника, черт возьми! — психанул Березин. — Кого же еще! Он же был в числе ваших клиентов.