Чтение онлайн

На вторую неделю пути мы ненадолго причалили к берегу – освежить припасы и чуть размяться на суше в последнем паринийском порту на нашем пути. Нырять в сторону берегов Ламии мы не собирались, а до берегов Бренна было еще несколько дней. Так что остановка была к месту.

По моим прикидкам, мы прошли уже чуть больше трети пути – больше тысячи лиг из трех, что лежали между Пите и Партой. Я уточнил этот вопрос у Оры и она подтвердила мои расчеты: благодаря неплохому ветру мы преодолевали сто-сто тридцать лиг в сутки. Так что все путешествие, если все будет хорошо, займет меньше двух месяцев: самым сложным участком был подъем по реке, там у Ламхитана было весьма активное судоходство. В открытом море же мы пробудем еще не больше двух с половиной-трех недель, чему я несказанно обрадовался.

Когда моя нога коснулась причала, мне даже как-то полегчало. Твердая земля! Вестибулярный аппарат чуть взбрыкнул, но быстро успокоился.

Надолго в увал мы не уходили. Местность была незнакомая, вокруг – чужая, не слишком дружественная страна, так что мы с Орвистом просто погуляли вдоль берега и пропустили по стакану молодого вина в наименее заплеванном кабаке, который смогли найти.

– Ты вообще как, держишься?

– М? Ты о чем?

– Спишь вроде получше последние дни, – уточнил виконт.

Ответить на это мне было нечего. Может, с виду я спал и крепче, но вот видения бездны вперемешку со странными снами о служителях Единого меня не покидали. Может, чуть смазались и как проснусь, помню меньше.

– Я думаю, это все качка. Привык же вроде, блевать за борт и в любое ведро, что найду, перестал. Вот и сплю лучше, – ответил я.

Мне не хотелось тревожить друга. Орвист мог сделать неправильные выводы: то, что я творил в Пите под влиянием бездны забыть невозможно. И хоть мы никогда не вспоминали причины, по которым виконт сопровождал меня в личное поместье, как варил мне травы и следил, чтобы я блокировал ментальную магию, но эта история всегда будет витать где-то в воздухе. Как общая постыдная тайна, о которой никто никогда не хочет упоминать вслух.

– Если что, я сейчас душевно крепче, чем когда либо. Не тревожься, – я решил все же подбодрить бывшего гвардейца.

Достигли ли мои слова цели, я так и не понял. Разговор как-то быстро ушел в сторону того, что именно нас ждет в Парте, как мы будем там жить и чем вообще заниматься.

Я слабо представлял себе функции дипломатов этого мира – вся официальная часть лежала на плечах старшего де Гранжа. Я же был так, на ментально-шпионской подтанцовке, что меня целиком и полностью устраивало. Сейчас меня, на самом деле, больше интересовал Вольный Бланд.

Загадочный полуостров кланов, разбойников и мореходов. Неужели север каждого мира порождает своих свирепых викингов? Думаю, да. Ведь стали они такими не по крови, а из-за жизни в зоне экстремально рискованного земледелия. Как прокормиться, если ты не можешь вырастить еду, а море, вот оно, рядом? Плыть к другому берегу и найти пропитание там. А где еда, там и богатства, разбой, место боевому подвигу. Конечно, шарницы сумели усмирить кланы, даже поставили свои форпосты на полуострове, чтобы лидеры соблюдали древние договоры и были готовы к быстрому возмездию за пиратство, но вот каперство и тяга к авантюрам у этого народа остались. Да и если корабль никто не найдет – так бывает. Штормы, лихие люди из других государств, войны.

Это сейчас я попал в период относительной геополитической стабильности, а еще сотню лет назад Бланд был бичом всего северного побережья: даже до Кватта доплывали. И никто ничего не мог им сделать. Как воевать южанам на севере? Как догнать дерзких мореходов? А никак, только отбиваться на берегу.

Когда-нибудь я надеялся посетить эти края вольных людей. Как минимум, будет контраст с загадочным южным Ламхитаном.

Ночью после того, как мы отчалили и оказались дальше от берега, чем когда либо – пересекая ламийский залив напрямую – меня опять одолели кошмары.

Я опять видел ее силуэт, исчезающий где-то далеко во тьме. Я кричал, пытался дотянуться, но ответом мне была лишь липкая тишина бездны, которая опутывала меня своими щупальцами.

Проснулся я рывком, чуть не вывалившись из гамака, в холодном поту в насквозь промокшей на спине и груди рубашке. Вся подушка – если так можно было назвать конструкцию из ткани, что я подкладывал под голову – тоже была насквозь мокрая. Волосы растрепались и прилипали к шее и лицу.

Орвист тихо похрапывал на своем месте. Где-то в глубине корабля слышалось какое-то шевеление, а за перегородкой горел масляный фонарь со специальным железным колпаком – чтобы даже если конструкция опрокинется, масло не разольется и не сожжет все судно.

Я быстро сбросил мокрую от пота одежду и натянул на голое тело куртку – мы были уже серьезно южнее Пите, и погода ночью тут соответствовала теплому маю. Спешно, я поднялся на палубу, на свежий воздух, прочистить голову и просто успокоиться – сердце стучало в ребра, как безумное.

– Не спится?

Это была Ора.

Я чуть подвинулся на лавке, давая женщине места сесть рядом. Ора быстро приняла приглашение и абсолютно по-простому бухнулась рядом.

Я внимательно посмотрел на старпома, которая весь день провела на палубе, а сейчас, посреди ночи, была тут же. Выглядела она обычно, точно так же, как и всегда.

– Сегодня ты кричал сильнее, нежели обычно, Антон, – спокойно сказала она.

Она читала меня, как открытую книгу.

Я рефлекторно укрепил свои ментальные барьеры, но это вряд ли могло помочь. Да и если бы она хотела мне навредить, то уже сделала бы это давным-давно.

– Да не дергайся так, жрец, не дергайся. Когда понял?

– Когда о ветре говорили. Да и потом. Всегда где-то рядом, всегда в одной одежде, всегда почти ни с кем не говоришь. По-моему старпом должен бесконечно материть все, что видит.

Рулевой за нашей спиной смотрел вперед невидящим взглядом. Я почувствовал, что корабль уходит из-под нужного угла. Ора раздраженно дернула плечом и мужчина, что стоял на корме, чуть крутанул колесо и выровнял курс – мы опять шли под всеми парусами под оптимальным углом. Остальная флотилия осталась далеко позади, нагонят утром.

– Значит, меня решила прокатить до Ламхитана сама Оранса, богиня попутного ветра?

Та, что я знал как Ору, только загадочно улыбнулась.

– О тебе много говорят в Пантеоне, Антон. Боги тоже любят посплетничать, знаешь ли. Особенно боги малого круга.

– И что говорят?

Оранса оперлась руками о лавку и вытянула ноги, и я даже через кожу сапог увидел, как она пошевелила пальцами, будто сидела на пляже и нежилась в волнах теплого прибоя.

– Что есть смертный, что смог стать Истинным Жрецом умершего бога. Что смог воскресить бога. Удивительная история, на самом деле. Мне даже немного жаль, что в тот день я не была у порта Миллер, – ответила богиня.

Вокруг нас была ночная тьма, шум волн и уверенный, крепкий ветер, который толкал корабль вперед.