Чтение онлайн

— Моя дорогая лисичка, не надо лишних движений. Иначе тебе причинят боль.

Кирилл вскинул голову, услышав этот голос, и стал бледнеть на глазах. Его охватило оцепенение.

— Не может быть! — прошептали против воли онемевшие губы.

— Похоже, что ты все-таки вспомнил наш с тобой милый разговор, перед тем как тебя сморило сном смерти, — последовал тихий, зловещий смех, — мой дорогой сын.

У мальчика закружилась голова, и его психика не выдержала очередного потрясения. На сей раз он погрузился в настоящий обморок. Только угасающее сознание успело вспышкой в наступающую темноту послать отчаянный зов:

«Лиан! Брат!»

Принц Кириан резко сел в постели, широко распахнув глаза. А в голове звенел отчаянный мальчишеский крик, полный невыносимой душевной боли: «Лиан! Брат!» — и женский плач.

Принц Кристиан замер в тайном переходе, не успев сделать шаг, и схватился за голову.

В королевском кабинете откинули бумаги и встретились взглядами засидевшиеся допоздна отец и сын.

— Лисиара и Кирилл! — хрипло выдохнул принц Лилиан.

Регил до боли сжал пальцы в кулаки, в руке затрещало хрупкое перо, ломаясь и осыпаясь на стол.

— Началось.

У озера вскочил на ноги жрец Лейлы и вместе с ним поднялся сирена.

«Кирилл! Держись! Я иду».

Рал взглянул на двойника наследного принца, и его охватил чистый восторг. Сирена много прожил в этом мире. Наверное, он был одним из тех, кто застал уход богов с Литии. И сейчас он видел частичку божественной силы в человеке, который стоялнапротив него. Черная подводка подчеркивала глубину сапфиров, которые заменяли ему глаза. В это мгновение он совсем не был похож на принца Лилиана.

Нечеловеческий взгляд избранника свой богини уставился на сирену.

—Ты поможешь мне? — из его уст вырвался почти завораживающий шепот.

—От таких предложений не отказываются, — усмехнулся Ралирин из народа сирен. До этого момента короткие волосы капитана вдруг волной хлынули ему на плечи и спину, теряя свой темный цвет и становясь призрачно-голубоватыми. Зрачок провалился куда-то в бездну глаза, а радужка растеклась морской глубиной. Сирена, древний и могущественный, смотрел на жреца Лейлы.

—Сколько же тебе лет?! — вырвался восхищенный возглас.

—Я уже давно не считал, — снисходительно пожал плечами тот. — Но я помню, как уходили боги и как один из них заключил лучших из лучших представителей нашего рода в гроты, наложив сложные заклинания, которые смогут разрушить только некоторые из людей. И пока я хочу быть свободным, я связан с Кирианом. Он не простит мне, если я не помогу…

—Дело ясное, что дело темное, — пробормотал его собеседник себе под нос. — Но нам не до этого. Надо выяснить, что там случилось…

—Ты знаешь, кто убил брата Кириана, вместо которого возник твой брат?

И Лилиан согласно кивнул, болезненно морщась от воспоминаний.

Горстка людей на поляне, тихая песня, восславляющаяимя богини ночи и охоты, изгнанной из пределов Мирейи. Я стоял за деревьями, и сердце щемило от боли. В этом мире она уже не откликается на их молитвы, и ее жрецы поняли это достаточно давно. Они просто чтили ее память. Кристиан находился в центре, и его голос поднимался к заходящему солнцу. Никогда бы не подумал, что у него такой красивый вокал. А потом он замолчал и опустил голову, исподлобья взглянув на окружающих.

—Я выполнил то, что все просили. Сегодня я пел в последний раз.

—Мир теряет в вашем лице великого менестреля, — отозвал ся грустный голос одного из жрецов Лейлы. — Жаль, что вы отказываетесь от нашей поддержки.

Принц пожимает плечами:

— Я не заинтересован в религиях. И мне не нужны песни. Меня привлекает звон оружия. И как только я достигну положенного возраста, я собираюсь сдать норматив как минимум на звание полковника. Так что… я хочу знать все, что вы слышали о загадочной истории с Кириллом. Вы обещали мне информацию в обмен на песни. Я выполнил условия договора. А насчет поддержки: мне нужны работники, мои подчиненные. Вы же слишком непредсказуемы.

Жрец вздохнул:

— Хорошо, ваше высочество. Но знайте, вы всегда будете желанны в наших рядах. У нас не только творцы и любовники, вы бы стали отличным убийцей.

— Это бессмысленный разговор, — отрезал принц. — Итак?..

— Последователи Лейлы ни при чем, — начал жрец. — Нам не нужна жизнь принца Кирилла. Даже в самых извращенных фантазиях мы предпочли бы вонзить клинок в сердце жертвы своими руками — только такие жертвы принимает наша богиня. А здесь отравление… Когда вы пришли к нам с вопросами, я позволил себе подключить источники информации немного иного характера, и вот что я могу сказать. Все проделано в соответствии с родственным ритуалом богу Рою. Кто-то очень сильно хотел стяжать его силу и благосклонность, а потому решил использовать юного принца для этих целей.

— Хотите сказать, что это кто-то из семьи? — побледнел Кристиан.

— Ваше высочество, — тихо отчеканил жрец, не позволяя сочувствию прорваться, — вы знали это с самого начала. И догадывались о личности преступника. Просто не хотели верить…

И Крис опустил голову, его яркие зеленые глаза потухли, словно от сильной боли.

— Знаю, — глухо прозвучал его ответ. — Знаю… В нашей семье только один человек из страны, в которой поклоняются Рою. Это официальная религия государства…

И я замер, словно получив удар кинжала в сердце. Не может этого быть, губы беззвучно зашевелились, посылая мольбу богам. Но в этом мире боги нас не слышат. Тут можно рассчитывать только на себя и свои силы.

И такстрашно, что нет мочи. Жуть… Я еще долго смотрел на оставшуюсяодинокой фигуру Кристиана на поляне. Его плечи сотрясались отбеззвучных рыданий. Здесь, как и в нашем мире, королевулюбили иверили ей. Причем слишком сильно. А по том и он ушел,приняв какое-то решение для себя самого.

—Ты ведь знал с самого начала, да? — Я посмотрел на представителя рода сирен, который так ловко умеет притворяться человеком.

Он кивнул и пояснил:

—От нее всегда пахло кровью. Ты знаешь, зачем Кириан путешествовал и забрался в запретный грот, где мы с ним и встретились? Она уже пыталась убить… И сочла его достаточно легкой добычей. Но мальчик умеет убегать и ускользать — и в итоге вернулся под моей защитой.

—Почему она до сих пор не выдала тебя? — Я вгляделся в морские переливы его глаз.