Чтение онлайн

И Пустыня рассмеялась. Все исчезло, лишь путник в черных одеждах стоял по колено в песке, и солнце яростно палило унего над головой. Постояв немного, он аккуратно вытащил ноги из песка и, размеренно зашагал, продолжив свой путь. Ветер больше не шевелил барханы, и Пустыня замерла, она не дышала, и ее песок больше не шептал своих заклятий. В синих-синих, цвета индиго, глазах человечка Пустыня увидела лишь… себя. Огненную, всепоглощающую. И у нее было развлечение получше, чем незнакомец, который был слишком похож на нее.

А тот тяжело вздохнул, оглядываясь. Буря на самом деле никуда не исчезла. Некуда ей было исчезать. Так просто ничего не кончается. Однако стена песка, окружающая его тишиной, солнце над головой, яркое и жаркое, — все осталось. Удивительное это явление — центр песчаной бури. Тихое место и спокойное, но только до того момента, пока шагаешь в такт сердцебиению этого бушующего явления.

—Красиво, — улыбнулись потрескавшиеся от сухости губы. И в этот момент к ногам путника из песочной стены выпало живое существо и замерло бесформенной грудой тряпья у самых носков сапог.

—Привет! — Насмешливый и одновременно полный любо пытстваголос — это было первым, что я услышал, когда почув ствовал,что жив. Причем я еще не успел даже глаз открыть.

—Привет. — Голос пугал своим хрипом. Ужас какой! Но по хоже, явсе жевыбрался из эпицентра бури.

—Спешу разочаровать, — разуверил меня голос. — Если ты собирался из нее выбраться, тебе следовало двигаться в другом направлении.

Я медленно и неохотно попытался открыть глаза. А потом они уже сами распахнулись. Увиденное того стоило.

— Правда, красиво? — раздался задумчивый голос рядом, и я невольно кивнул. Он совершенно прав. Никогда не видел более величественного, страшного и простого зрелища одновременно.

— А почему так тихо?

— Тут как бы вакуум организовался… Мы, можно сказать, в цилиндре заперты… Ну и плюс магия Пустыни. Пока она размышляет, что же с нами делать дальше.

— Она — это Пустыня? — Я медленно поворачиваю голову к своему собеседнику и замираю.

Он не был человеком. И не был богом, это уж я чувствовал особенно четко. Он был кем-то иным. Такое красивое лицо, на котором буквально жили своей жизнью странные глаза необычного цвета. Никогда не встречал синего такой насыщенной глубины и такого оттенка. Глубокий, бездонный цвет. И было в нем что-то до боли знакомое. Что-то пугающее. Хотя он и не выглядел старше меня, и я не чувствовал в нем опыта долгой жизни, как в Лейле или, например, некоторых сиренах, да в том же Дэвиде и Станиславе. Он не был старше меня, хотя и был бессмертным или долгоживущим как минимум. И я не нашел ничего лучшего, чем просто констатировать факт:

— Ты не человек.

Полуулыбка… Нет, намек на нее.

— Да ты в общем-то тоже.

А вот тут он меня удивил.

— Разве?

Он наклонил голову, внимательно вглядываясь в меня, словно раздевая, а потом препарируя, и добавил:

— Определенно. Смертных я навидался.

— Прости мне мое сомнение, — передернул я плечами, — но родился я человеком.

— Всякое бывает. Меня мама вообще решила создать, а не просто скучно родить что получится…

— Лилиан, — протянул я руку для рукопожатия. — Жрец Лейлы, принц и пират. Еще пару дней назад считал себя человеком.

— Янус. — Его рукопожатиебыло не просто сильным, сталь ным, хотя пальцы выгляделискорее как у музыканта или уче ного . — Повелитель Иллюзий,воин, дворянин, ученый, демон.

И словно вспышка озарения. Вот что мне казалось знако мым — его магия! Именно она окружала меня тогда во время танца со смертью в столице Мигара.

— Так все-таки демон, — усмехнулся я. — Лейла говорила правду.

— Похоже, ты знаешь что-то, чего пока не знаю я, — заметил он.

— Возможно, — кивнул я. — Ситуация воистину безумная, чтобы не поверить во все, что тут происходит.

— Расскажешь? — Он чуть склонил голову и выглядел таким беззастенчиво красивым, что дух захватывало. Боги тоже нечеловечески прекрасны, но они отчужденные, они выше нас и кажутся недоступными. Даже новый образ Лейлы. Все равно она остается богиней. А этот… Теперь я понимал, почему люди уходили вслед за демонами, а песни и баллады не могли даже частично объяснить происходящее. Красота этого существа была такой, что хотелось не просто прикоснуться. Но позволить ей владеть тобой и распоряжаться. Ведь она — перед тобой, живая и такая притягательная.

И похоже, мой невольный собеседник прекрасно понимал, что сейчас я ощущаю. Потому что тень лукавой полуулыбки скользнула в уголках его губ.

Я качнул головой, отгоняя наваждение.

— И после этого ты мне будешь говорить, что ты человек, — фыркнул демон. — Да я бы сказал, что ты ближе к моей расе, чем к кому-либо еще.

— Я служу богине, — пожал я плечами и улыбнулся. — А почему мне несколько не по себе от той искры, что я чувствую в твоем интересе ко мне?

Янус буквально расцвел в улыбке: уже не было ни теней полуулыбок, ни самих полуулыбок — это была настоящая широкая улыбка. И она пугала.

— Потому, что я ученый, — последовал безмятежный ответ. — И мне очень хочется понять, из чего ты состоишь и как было сотворено такое уникальное создание.

— Ясно. — Я повернулся к стене песка, уже всерьез обдумывая вариант погрузиться обратно в бурю. Все же ему удалось меня испугать. По- настоящему. Меня даже Растин не смог вогнать в такую дрожь, которую вызвала улыбка этого демона.

— Не глупи, — спокойный, размеренный голос, — мы оба в ловушке. Ты по чужой, непонятной мне причине. Я по воле моей матери, которая решила меня чему-то научить. То, что мы оказались здесь вместе… этому есть причина. Расскажи мне, что случилось с тобой. И откуда ты меня знаешь. А я попробую проанализировать. Может, есть выход из этой интересной и красивой ловушки. А там посмотрим, буду я тебя изучать или нет… В отличие от многих из моих сородичей, я мыслю рационально.

— Это радует, — серьезно кивнул я, чувствуя, как успокаиваюсь, доверяясь его словам, хотя… не следовало бы. Но меня слишком часто называли сумасшедшим, чтобы в итоге мне все же сойти с ума и довериться настоящему демону.

Демон размеренно шагал, что-то напряженно обдумывая уже довольно долгое время. Я не мешал ему, стараясь идти в такт. Сохранить так называемый «пульс бури» было очень важно. И мы оба шли вместе с бурей, и я чувствовал заинтригованный взгляд Пустыни. Все же она была живая, эта песчаная леди. И очень-очень могущественная. С ней можно было договориться, — вот что радовало. Но пока…

— Другого объяснения нет, — внезапно произнес Янус.

Я покосился на него, вопросительно вскинув бровь. Он усмехнулся краешком губ: