Жрец Лейлы
Шрифт:
А призрачно-зеленые глаза, наоборот, с любопытством уставились на золотой каскад волос.
— Подними лицо, — раздался внезапный приказ.
Растин медленно поднял глаза к своему богу.
— Ты… — Тонкие пальцы коснулись его подбородка. И жрец почувствовал знакомую холодную дрожь, пробежавшую по позвоночнику. — Я знаю тебя… — раздался завораживающий шепот.
— Я из будущего, мой повелитель… — Губы разомкнулись, почти против воли… Хотя нет, Растин всеми фибрами души желал, чтобы его бог был доволен. — Мое имя Растин.
Бог в образе мальчика перевел свои глаза, ставшие похожими на болотные блуждающие огоньки-призраки, на оборотня:
— Ты подарил его мне.
— Я? — Ответом стало совершенно искреннее негодование темного. — С ума сошел?! Да ты от меня даже капли соленой воды не дождешься посреди пустыни!
— Неважно, — тихий ответ, и снова взгляд на лицо Растина. — Ты, оскорбивший меня, но и преподавший урок-знание. Что бы обо мне ни говорили, но я умею познавать и учиться. И именно этот дар поможет мне найти его. — Снова касание только самыми кончиками пальцев кожи будущего любимца. Косой взгляд в сторону Кэртиса. И почти оскал. — И именно он располосует твою шкуру на моем алтаре. И каждого из твоих соплеменников, попавших в его руки. Слышишь меня, киса?
Кэртис, который только что вальяжно лежал, развалившись на подушках, в какое-то мгновение оказался у входа в шатер, словно на привязи, таща за руку ошарашенную амазонку.
— Леди, мы уходим. — Растерянная девушка даже не сопротивлялась.
— Лорд Лилиан еще не вернулся. — Тихий голос Растина ударил в спину исчезающего оборотня. И тот на какое-то мгновение замер, но так и не обернулся. Только полог шатра колыхнулся, скрывая его из поля зрения собравшихся.
— О, — тихая тень шепота растеклась по полумраку, наполнившему шатер, — ты сумел причинить ему острую боль. Такую, которой я так и не смог добиться за все время нашего общения с этим полукровкой. — Глаза бога мерцали, и он уже не выглядел мальчиком Мараком.
Олег давно уже лежал, распластавшись на коврах и не смея поднять глаза на воплощение своего бога.
— Я подожду, — вздох, словно шелест листвы в тихом летнем лесу, — осталось совсем чуть-чуть до твоего появления.
— Да, мой господин… — Золото волос льется сквозь бледные до прозрачности пальцы Роя.
А на следующем вдохе бога уже не было в шатре со жрецами.
Растин оперся на руки, стоя буквально на четвереньках. Его сбившееся дыхание больше походило на всхлипы.
Олег медленно поднял голову, чувствуя, будто что-то безмерно давящее растворилось, оставив в воздухе тягучий осадок.
— Л-лорд Р-растин? — Олегу было противно от того, как дрожал собственный голос. Он мгновенно осознал свою ошибку, когда из-за спутанной массы волос на него взглянули горящие голубые бездны глаз любимца мрака. Жрец Роя медленно сел, не отрывая взгляда от своего коллеги. Влажный кончик языка пробежал по губам, которые расползлись в неприятной страшноватой улыбке. И Олег так четко ощутил всеми своими инстинктами жреца Роя, что в шатре запахло смертью. Его смертью. Он придушенно всхлипнул, когда низкий голос с чувственными, гипнотизирующими интонациями, которым невозможно противопоставить совершенно исчезнувшую волю к сопротивлению, приказал:
— Иди сюда… ко мне…
Через час, когда в шатер осмелился заглянуть старший помощник Олега, юноша замер на пороге, не смея войти. С ужасом и странным восторгом рассматривал он тело своего господина, искореженное и обескровленное полностью. Ковры в шатре пропитались кровью настолько, что слышно было, как она под босыми ногами противно и зловеще отзывается на каждый шаг.
— Приготовь воды для омовения, — раздался холодный голос страшного существа, прекрасного, как сон, и сплошь покрытого густой, подсыхающей коркой багрового цвета. Цвета крови.
— Слушаюсь, господин, — прошептал тот, низко кланяясь.
— Ты — новый Верховный жрец Роя, — догнал его все такой же безразличный голос в спину. — Не опозорь его.
Юноша, которого в будущем будут знать как наставника любимца мрака, остановился в полушаге, обернулся и встретился с внимательным, но таким холодным взглядом существа, которое давно уже не являлось человеком.
— Никогда, — твердо и спокойно пообещал он.
И Растин медленно кивнул. Он знал, что Рэгур, будучи од ним из самых коварных и беспринципных людей, всегда дер жал свое слово, когда удосуживался его дать, конечно.
— Кто этот лорд Лилиан? — поинтересовалась Китиара, когда они наконец остановились и амазонка смогла перевести дух.
Зеленые глаза скользнули по ней.
— Простите, леди, но это вас мало касается, — Кэртис отпустил ее руку и огляделся, определяя их местонахождение. А потом внезапно обернулся и стремительно наклонился к девушке, которая была ниже его ростом. Теплые губы мазнули по щеке. — Ты была неплохим напарником в этой битве, Китиара. Позволь пожелать тебе удачи, амазонка.
Девушка не смогла удержаться от выдоха, когда вместо мужчины рядом с ней оказалась огромная пантера. Казалось бы, за время путешествия можно было привыкнуть, однако… Изумрудный глаз подмигнул, и черная молния сорвалась с места, моментально исчезнув из вида.
Амазонка крепко сжала пальцы правой руки в кулак, ее губы побелели от ярости.
— Мы еще посмотрим, на чьей стороне будет удача, лорд Кэртис, — тихо заметила она, глядя в сторону, куда исчез оборотень.
Резко развернувшись, девушка окинула местность единым взглядом и решительно зашагала в том направлении, где должны были ожидать ее подруги-амазонки. Ей срочно нужно было поговорить со своей предводительницей.
— Живой! — Эрик испустил вопль ликования, совсем не соответствующий его недавнему холодному и почти брезгливому поведению по отношению к своему спутнику по битве. — Я знал! У этого парня больше девяти жизней!
Кадар Эро сдержанно улыбнулся. Он поверил, что эти двое его внуки, в тот момент, когда Кэртис представился. Они оба нравились ему все больше и больше. Он был безгранично рад, когда Эрик вернулся из своей битвы целым и невредимым. А теперь его сердце отпустила и тревога за старшего.
— Это воин для твоего клана? — Желтые глаза его спутника Дарела, предводителя Истинных, сверкнули любопытством. Они оба уже знали, что Эрик сражался от Истинных оборотней, а Кэртис — от семьи своего отца.
— Да, — сдержанно кивнул Кадар, наблюдая за стремительным приближением черной молнии.
— У нас нет никого по имени Найна, — задумчиво покачал Дарел головой.
Эрик Эро обернулся и весело улыбнулся предводителям:
— Мама родилась на четыреста лет позже отца, — его улыбка стала еще хитрее, чем была, — дедуля…