Чтение онлайн

Максим.

Я сидел в машине и ждал Таню, вспоминая вчерашний день. У меня из головы не шёл разговор с мамой. Когда я вошёл к ней в палату, то моему взору открылась удивительная картина. Мама сидела на кровати и улыбалась, а у ее ног сидела сестра и плакала. Оказалось, что когда в палату зашла Галя, то увидела, как мама вставала с кровати. И, не поверив своим глазам, закричала:

— Мама!

Именно на этот крик я вбежал. И не только я, но и наш лечащий врач. Он, как и я, стоял и ошеломленно смотрел на маму, не веря своим глазам.

— Это невозможно! — повторял он, обследуя ее. — Ваше сердце здорово!

Мама сохраняла молчание, лишь загадочно улыбаясь. В больнице мы задержались до вечера, так как нужно было сдать еще несколько анализов. Наконец, нас выписали, и мы поехали домой.

Уже дома мама рассказала невероятную историю о девушке, которая ее лечила, пока у самой не пошла носом кровь. Я сразу сложил два плюс два, вспомнив, как увидел Таню, сидящую в коридоре с окровавленным платком. Мне стало стыдно. Я чувствовал себя негодяем, ведь чуть не убил ее. А она спасла мою мать. Если это правда, то мне никогда с ней не расплатиться. Жизнь невозможно купить.

Но как такое возможно? Я не мог поверить. В это вообще сложно поверить. Мы живем в двадцать первом веке. И у нас современная медицина. Наука вообще называет подобное лечение шарлатанством. Но мама была полностью здорова. Правда, еще слаба, но сердце здорово. Я решил поговорить с Таней и поблагодарить ее, но не представлял, как начать разговор. Разве за жизнь возможно отделаться простым спасибо? Понимал, что нужно встретиться. Но не знал, что сказать.

Я зашёл к ней в цветочный магазин, пригласив на ужин. Мне не хотелось, чтобы нас отвлекали покупатели. Уж очень необычный разговор нам предстоял. И она согласилась. Я даже купил ей цветы. Нежные белые розы. Она почему-то казалась мне юной и невинной. Хотя я выяснил, что она была замужем, и муж бросил ее. Как она смогла сохранить эту чистоту и непорочность в этом продажном мире? Я не понимал. Она краснела от моих пошлых шуток, словно школьница. Другая на её месте ответила бы мне. А Таня промолчала, опустив глаза. Она сегодня выглядела очень сексуально. В трикотажном облегающем платье ее фигура была великолепна. Можно было и не переодеваться и сразу ехать в ресторан, но я предложил подвезти ее домой. И сейчас сидел в машине и ждал уже тридцать минут.

Она вышла из подъезда и направилась к машине. Я сразу вышел навстречу, чтобы открыть ей дверь. В машине было тепло, и она расстегнула свою шубку.

— Жарко, — сказала она, заметив мой взгляд. — Я расстегнусь?

А я запал на ее ногах. Она была в чёрном платье до колена, которое немного поднялось, когда она садилась, открыв при этом край ажурного чулка. Под моим тяжелым взглядом она тут же его отдернула, вернув меня на землю. Что я творю? Хотел поговорить с ней о матери. А веду себя как озабоченный кобель, у которого давно не было сучки. Чертыхнувшись про себя, вцепился в руль, выворачивая со двора. В горле пересохло и я, немного прокашлявшись, ответил:

— Извини! Конечно, можешь расстегнуться.

Оставшуюся дорогу до ресторана мы ехали молча. Я старался больше не смотреть на неё, дабы не смущать. Благо, он находился в десяти минутах езды.

Я привез ее в тот же ресторан, где мы уже встречались. Он считался самым лучшим в нашем городе. Столик я заказал заранее.

Сев за него, я предложил ей выбрать самой. Совершенно не зная ее вкуса.

— Если можно, мне салат из свежей зелени и рыбу на гриле. — Не глядя в меню, попросила Таня.

— Здесь отличные стейки из мраморной говядины. Не хочешь? — предложил я.

Мне показалось, что она смутилась. Поэтому сразу предположил:

— Если ты не ешь вечером, как модно сейчас, я пойму. Все помешаны на диетах. Берегут фигуры. Хотя она у тебя отличная.

— Нет. Не в этом дело, — ответила она, смущаясь как девочка. — Просто я не ем мясо. Совсем не ем.

— Ты вегетарианка? — спросил я.

В принципе, я был не против. Просто стало любопытно.

— Возможно. Но скорее это психологический барьер, — ответила она.

— Так было всегда? — спросил я.

Девушка задумалась на какое-то время, затем ответила:

— Я не помню. Мне Марина говорила, что раньше я любила все мясное. Когда меня выписали из больницы — они с Сашей приготовили шашлык. Она расстроилась, когда я не смогла его есть. Но я ничего не могу с этим поделать.

Мне нравилось ее слушать. У неё был очень мелодичный голос. Такой тихий и бархатный.

Пока мы разговаривали, нам принесли заказ.

— Может немного вина? — предложил я.

— Нет, спасибо!

В отличие от неё я заказал себе отличный стейк, и с удовольствием его уплетал. Решил, что поговорю с ней после ужина, дабы не портить аппетит. А если честно, то просто не знал, как начать разговор. Молча ел, наблюдая за ней. Таня ела, словно была аристократкой в седьмом поколении. Она аккуратно отрезала маленькие кусочки рыбы, отправляя в рот и промакивая губы салфеткой.

— Хочешь мороженое? — спросил я, отодвигая пустую тарелку.

Она с интересом на меня посмотрела.

— Мороженое? Что это?

Я чуть не подавился водой, которую пил.

— Ты не ела мороженого? — спросил я, совершенно забыв об ее амнезии.

— После больницы — нет. А что раньше было — не помню, — ответила она с вызовом.

Мне хотелось стукнуть себя по лбу. Идиота кусок.

— Извини. Я забываю, что ты потеряла память. Внешне этого не скажешь. Ты выглядишь вполне здоровой девушкой.

Казалось, она немного успокоилась. По крайней мере, морщинки на ее очаровательном лобике разгладились.

— Я закажу, а ты скажешь — понравилось или нет. Это молочный продукт, немного замороженный.

— Хорошо, — улыбнулась она.

Я сделал заказ.

— Может, потанцуем? — спросил я.

Мне понравилось чувствовать ее тело. Помня, как мы танцевали в прошлый раз, не смог устоять. Хотелось вновь прикоснуться к ней.

— Хорошо.

Я вывел ее в центр зала, где уже плавно танцевали пары. Положив ее руки себе на грудь, я обнял ее за талию, и повёл в медленном танце. Она мне казалась такой маленькой и хрупкой, что казалось, прижми я её сильней — она сломается. В зале было довольно жарко, но мне показалось, что она дрожит.

— Вам холодно? — спросил я, немного прижимая ближе к себе.

— Нет, — ответила она как-то испуганно, но не глядя на меня.

Ее макушка была как раз перед моим носом. Я с удовольствием втянул аромат ее волос. Как и тогда — они пахли мёдом и травами.

Вдруг, она подняла голову и, посмотрев на меня, спросила:

— Вы хотели поговорить со мной?

Тянуть с разговором дальше не было смысла.

— Я хотел спросить, что произошло в больнице?

Казалось, что она ждала этого вопроса, по тому как сразу ответила: