Чтение онлайн

— Это Диана! — Диана помолчала немного и добавила язвительно: — А вот кто там у тебя? Было бы интересно узнать!

Она затаила дыхание в ожидании ответа.

— Ничего не понимаю! — снова прозвучал голос Павла. — Не знаю я никакой Дианы! Вы, наверное, не туда попали, девушка!

В трубке послышались пронзительные короткие гудки.

Диана решительно нажала рычаг и в третий раз набрала номер.

— Не бросай трубку! — торопливо проговорила она, вновь услышав знакомый голос. — Выслушай меня сначала! Возможно, при той женщине, что у тебя в постели, ты не хочешь признаться, что мы… что у нас с тобой… но ты просто выслушай меня, хорошо? Скажи, как это могло случиться, что после вчерашней вечеринки мы с тобой разошлись, а потом я попала черт знает куда? Ты только скажи, как такое могло случиться, больше мне от тебя ничего не надо!

Какое-то время в трубке молчали.

— Ты только скажи, как так получилось! — повторила Диана. — Только это!

— Послушайте, девушка! — произнес Павел с раздражением. — Вы либо пьяная, либо опять перепутали номера! Я не знаю вас, правда, не знаю!

И он вновь положил трубку.

Диана некоторое время молча и неподвижно сидела в кресле, смотря перед собой остановившимся взглядом. Вот же гад! Вот же гад ползучий! Мало того, что сам приволок какую-то потаскушку, так еще и… Мог бы просто сказать ей вчера, что она ему надоела! А может… может, это жена его возвратилась из загранки раньше, чем планировала? Ну что ж, тогда всё понятно!

Она вздохнула, осторожно провела ладонью по влажной от слёз щеке и решила заглянуть в ванную. Одежда могла быть там.

Кстати, неплохо было бы немного привести себя в порядок. Душ принять…

В ванной, к сожалению, одежды тоже не оказалось. Диана, правда, не очень-то и рассчитывала найти ее там, а посему не особенно огорчилась. Она быстренько сполоснула лицо холодной водой и, взяв полотенце, повернулась к зеркалу.

И даже вскрикнула от неожиданности.

Что это с ее волосами?!

Этого не могло быть, никак не могло, и тем не менее… Волосы, ярко-рыжие еще вчера, сегодня были какого-то неопределенного, темно-каштанового цвета, и притом значительно короче вчерашних.

— Если это шутка, — медленно проговорила Диана, внимательно рассматривая свое, почти незнакомое отражение в зеркале, — если всё это — чья-то неуместная шутка…

По улице прогрохотал первый утренний трамвай, и грохот этот, почему-то очень знакомый, вывел ее, наконец, из состояния оцепенения. Она вновь бросилась в комнату с телефоном, подбежала к окну, резким рывком отдернула занавеску — и, посмотрев вниз, увидела знакомую улицу, хлебный магазинчик напротив и киоск рядом с магазинчиком…

— О, боже! — прошептала Диана, медленно отходя от окна. — Да что же это такое?

Она была в своей собственной квартире!

Да, это была ее квартира, хоть и измененная до неузнаваемости. Вернее, почти до неузнаваемости, ибо, взглянув вокруг другими глазами, Диана узнала вдруг и шкафы вдоль стены, и кресла с диваном, и даже старый журнальный столик.

Но кто и зачем всё это сделал? С какой целью?

А дети в соседней комнате? Откуда они взялись, эти дети? И тот бородатый хмырь в спальне…

«Любка! — неожиданно подумалось Диане. — Может, она что знает?»

Дрожащими пальцами она принялась набирать номер… сбилась, стала набирать снова. Потом застыла в ожидании, считая гудки.

Как же долго никто не поднимает трубку… целую вечность, кажется.

— Ну?! — услышала, наконец, Диана сонный и, как всегда, недовольный с утра голос подруги. — У аппарата!

— Любка! — радостно выкрикнула Диана. — Это я!

— Что за я? — осторожно проговорила Любка, и у Дианы вдруг защемило сердце от недоброго какого-то предчувствия. Неужели и Любка откажется признать ее? Тогда… тогда…

— Это я, Диана! — упавшим голосом проговорила она. — Ты что, не узнаешь меня?

— Дианка! — радостно воскликнула подруга, и у Дианы немного отлегло от сердца. — Вот так сюрприз! Столько не виделись!

Диане вдруг показалось, будто паркетный пол шатнулся под ее ногами. Она невольно схватилась рукой за край столика, сильнее сжала трубку.

— Исчезла… и ни слуху, ни духу! — тараторила между тем Любка. — Ты б хоть изредка позванивала, коли забежать лень!

— Подожди! — выкрикнула Диана. — Мы что, не виделись с тобой вчера? Я у тебя вчера разве не была? Что ты молчишь, Любка? Я была у тебя вчера?

Слышно было, как Любка вполголоса хмыкнула.

— Шутить изволишь, мадам? Но шутки шутками, а могла б и в самом деле заскочить. С мужем приходи, ежели одну не отпускает.

Диане показалось, что она ослышалась.

— С мужем? — переспросила она. — С каким мужем?

— Со своим законным! — Любка вдруг хихикнула. — Или ты еще кого себе завела, тихоня? Кстати, как у него с ногой?

— У кого? — вновь не поняла Диана.

— У Сергея твоего. Слушай, знаешь, кого я недавно встретила? Ни за что не догадаешься!

Любка начала о чем-то оживленно рассказывать, но Диана ее уже не слушала.

«Это сон! — подумала она, осторожно положив трубку. — Всё это — лишь какой-то глупый и несуразный сон. Я сплю, и всё это мне просто снится!»

Но это не было сном, и Диана прекрасно понимала это.

Впрочем, больше она ничего не понимала…

На ватных ногах Диана подошла к среднему шкафу, открыла дверку и даже не удивилась, увидев на средней полке свой паспорт. Она всегда держала паспорт именно там.

Это и в самом деле был ее паспорт, вот только фотография была какая-то другая, незнакомая. Диана и не знала, что у нее есть такая фотография. И фамилия…

— Зайцева Диана Михайловна, — не веря глазам своим, прочитала Диана, потом перевернула несколько страниц. — Муж, Зайцев Сергей Витальевич, дети…

О, боже! Так это, выходит, ее собственные дети?

И муж! Тот бородатый тип в спальне — ее муж?! Какой-то Зайцев Сергей Витальевич. Знакомая такая фамилия, вот только где и когда она могла ее слышать? Зайцев Сергей Витальевич… Зайцев Сергей…

Диана вдруг ощутила, что какой-то странный озноб холодной волной пробежал по ее телу. До этого она была просто в растерянности и недоумении — сейчас же ей стало страшно. По-настоящему страшно!

Сергей Зайцев никак не мог быть ее мужем, ибо семь лет назад, перед самым окончанием университета, покончил жизнь самоубийством. Диана тогда сама вытаскивала его из петли, долго и тщетно пыталась вернуть к жизни и, рыдая в голос, звала на помощь соседей по общежитию. А потом шла вслед за гробом, провожая Сергея в последний путь, плакала на кладбище во время похорон. Все их девчата плакали тогда, и никто не знал причины, никто не понимал, что же заставило, что толкнуло молодого парня, отличника, на такой страшный поступок, да еще перед самым получением столь долгожданного диплома.