Чтение онлайн

Создается новый проект, учитывающий опыт «Операции Дрейк». Его главная задача — в интересах общества спасти молодежь от деградации, наркотиков, алкоголя. Ей предлагают участвовать в «Операции Рейли». Название новой ассоциации, созданной в 1984 году, опять же под покровительством принца Чарльза, вновь возвращает к истории. Личность сэра Уолтера Рейли, жившего во второй половине XVI века и в начале XVII, удивительно многогранна. Английский государственный деятель, придворный историк и поэт, исследователь, искатель приключений и авантюрист. С его именем связано начало английской колонизации в Америке, поисками легендарного Эльдорадо и — как деталь его бурной деятельности — с культивированием картофеля, вывезенного из Америки в Европу... Планы «Операции Рейли» грандиозны: экспедиции будут проводиться на ледниках Чили, в пустынях Австралии, джунглях Гвианы. И, конечно же, каждая из них будет очень экзотичной.

Физики, географы, врачи, археологи составляют программы, учитывающие все драгоценные возможности, которые дают для исследований такие путешествия. Во всех случаях рядом с молодыми будут работать научные ассистенты. Гуманитарная программа также выглядит внушительно: медицинская помощь, строительные работы, ирригация, охрана природы. Воистину — юноши и девушки из «Рейли» будут своими руками строить лучший мир!

«Операции Рейли» было предоставлено неплохое оборудование: судно «Сэр Уолтер Рейли» водоизмещением 1900 тонн, служащее базой морских экспедиций, парусник «Зебу» и щеголеватая шхуна «Лорд Нельсон» для недальних плаваний.

30 тысяч волонтеров начали по всему миру кампанию по сбору средств для осуществления столь широкомасштабных замыслов. 50 стран включились в это мероприятие. Представители национальных отделений «Операции Рейли» обеспечивали связь с Лондоном. Отобрать достойных кандидатов — задача не из легких. И здесь не должно было быть никакого мошенничества. «В первую очередь для нас были важны нравственные качества личности: искренность и некое сочетание идеализма, мужества и щедрости, что казалось нам важнее даже самого блестящего ума», — говорил один из руководителей ассоциации.

Заключительные испытания-тесты проводились по уик-эндам. Некоторое представление о них дают записи в дневнике одного из кандидатов: «Мы провели весь день в парке, бегая почти без передышки. Судьи не давали нам ни минуты покоя. Их задача состояла в том, чтобы довести нас до полного изнеможения, полностью исчерпать наши физические и моральные силы. В то же время они зорко отмечали все каши реакции. Надо было также лазать по канату, прыгать через препятствия, строить укрытия, каждую минуту решать множество мелких задач. В семь часов вечера нам, наконец, принесли поесть: кусок сырого неразделанного кролика, две картошки и 30 граммов сахара. Выдали и три спички. У нас было не более двух минут, чтобы проглотить еду — и все началось сначала. Уже ночью нам вручили топор, чтобы мы могли соорудить какое-нибудь убежище в лесу. Судьи пожелали нам спокойной ночи, но я подозревал, что эти слова неискренни, и оказался прав: через полчаса мы были разбужены, чтобы тушить пожар...» «Да, эти воскресные испытания были покруче, чем у нас в армии», — заявил один из претендентов.

Выдержали этот жестокий конкурс 1500 кандидатов из Англии, столько же из Америки и еще тысяча молодых людей из других стран. И такой отбор идет почти все время из года в год, чтобы обеспечить непрерывную эстафету отбывающих в экспедиции. А их предстоит немало. Например, в 1994 году: февраль — апрель, Зимбабве; май — август, Аляска; июль — сентябрь, Россия (Сибирь); июль — сентябрь, Малайзия; сентябрь — декабрь, Чили; октябрь — декабрь, Ботсвана.

«Где бы еще я смог работать рядом с человеком, который имеет мировую известность как специалист-энтомолог? — говорит молодой француз.
– Меня сразу привлек научный аспект этих необыкновенных экспедиций». И он не был разочарован. В одной из африканских стран с рассвета и до темноты он помогал ученому ловить насекомых, классифицировать их, манипулировать с эфиром, иголками, пробирками. «Но все-таки главное, что он дал мне, — это дисциплина и умение наблюдать, без которых нет пути в науку», — заключает юноша.

Другой «рейлист» участвовал в строительстве дороги, соединяющей две деревни на отрогах Гималаев в Пакистане. Маленькая группа местных жителей и «рейлистов», вооружившись лопатами и мотыгами, обрабатывали камни и мостили — тоже вручную — ими дорогу. Этот парень сбил в кровь руки, но он ни о чем не жалел: «Я помогал пакистанцам, я их понял, я открыл для себя новых людей с иным образом мыслей, открыл новую цивилизацию...»

«Операция Рейли» — это вереница встреч, это знакомство с другой культурой, которая иногда в тысячу раз старше, чем твоя. Молодых могло бы разъединять все: раса, язык, среда, интересы. Но это не так. Отрезанные от мира, они сбрасывают маски, и остается только сущность человека...

«Мы все, юноши и девушки разных национальностей, заботились друг о друге. Сколько раз мы спасали своих товарищей в непредвиденных и опасных ситуациях! Сколько раз делились последним куском хлеба... Когда лечишь раны, укусы, ушибы у других, когда успокаиваешь их, развеиваешь плохое настроение, это сближает, как ничто другое», — рассказывает молодая ирландка, возвратившаяся из индонезийских джунглей.

И все-таки самое главное для них -это встреча с самим собой. Они обретают веру в себя. Жизнь больше не страшит их. Они говорят: «Мы научились мечтать и научились работать, чтобы эти мечты сбылись».

По материалам журнала «Grands reportages» подготовила И.Солодовщикова

Палитра Йоханнесбурга

Друзьям и знакомым мое желание провести летний отпуск в Южной Африке показалось странным. И вовсе не потому, что июль в этой стране — разгар зимы, а стало быть, не самое подходящее время для отдыха. Уж больно неспокойно там. Однако я рассуждал по-другому. В настоящее время в Южной Африке с калейдоскопической быстротой чередуются события, исход которых предугадать невозможно, кроме, пожалуй, одного: никогда больше эта страна не будет такой, какой она была еще в недавнем прошлом. Воочию познакомиться с местным укладом жизни, доживающим свои последние месяцы, а то и дни, — вот что влекло меня в эту далекую страну, расположенную на самом краю света. А еще мне хотелось понять, какая судьба ждет это единственное в своем роде государство.

Не могу сказать, что я хорошо знаю Африку. Но в тех немногих африканских странах, где мне довелось побывать, я наблюдал два жизненных уклада, два типа отношений, сложившихся между местными жителями. Там, где больше нет ни власти, ни влияния белых, экономическое положение из года в год становится хуже и хуже. В тех же странах, где белые отстранены от власти, но где уважаются и всесторонне используются их знания и опыт, как, например, в Ботсване, положение более благоприятное, хотя о процветании, конечно, тут говорить не приходится.

Что же касается Южной Африки, где белых около пяти миллионов, ее нельзя причислить ни к одной из двух упомянутых групп. Что же это за страна? По какому пути развития идет? Куда движется — назад или вперед?

Окрыленный надеждой найти ответы на эти и многие другие вопросы, в один прекрасный зимний день я приземлился в аэропорту южноафриканской столицы — Йоханнесбурге.

Впечатление первое . Попавшийся мне таксист был явно не «германского» происхождения. Кожа — темнее декабрьской безлунной ночи, как, впрочем, и глаза — мрачные, потухшие. Сидит за рулем да цедит сквозь зубы что-то непонятное. Тут я живо смекнул: а с какой стати ему радоваться, ежели он, наверное, не питает ни капли уважения, не говоря уже о любви, к белым. Моя проницательность меня не подвела. Зато когда мы остановились у гостиницы и, прощаясь, я щедрой рукой отсчитал ему на чай, лицо таксиста вмиг преобразилось — он заулыбался, лучась радостью и радушием... На прощанье он пожимал мне руки, как старый добрый друг.

Впечатление второе . Оставив вещи в номере, я быстро направился к выходу, влекомый желанием побродить по городу, полюбоваться достопримечательностями.

— Куда это вы собрались? Куда? — закричали мне вдогонку работники гостиницы самых разных цветов кожи. — Не ходите на улицу, а то ограбят. Сегодня же воскресенье.

Над городом сгустились первые сумерки, хотя было еще достаточно светло, по улицам сновали прохожие. Я поселился в центре по-современному отстроенной, безукоризненно чистой деловой части Йоханнесбурга.