Чтение онлайн

– Хорошо, Сьюзен. Уже поздно, попытайся заснуть, - она выключила свет. Внезапно страх окутал сознание, и я резко взяла Эф за руку:

– Клер, не оставляй меня одну.

Даже в темноте глаза увидели, как она грустно улыбнулась и легла возле меня. Я не думала, что смогу уснуть, но организм сам знал, что ему нужно, - и я провалилась в сети сна.

***

С тех пор прошел месяц. Я продолжала жить дальше, не оглядываясь назад. У меня была хорошая поддержка, и на работе все складывалось как нельзя лучше. Время лечит раны. Мы с Ларри успели на пару дней съездить за город - на дачу общего знакомого. Я развеялась и домой приехала гораздо посвежевшая, чем очень обрадовала Эфини. Кстати, она на недельку перебралась к нам, так как затеяла ремонт «своего сарайчика». Теперь мы частенько сидели на полу возле камина, размышляя о жизни.

Одним вечером я не смогла больше держать это в себе и рассказала подруге о тех кошмарах, которые начали мучить по ночам. И, казалось бы, почти забыла обо всем, построила непробиваемую стену вокруг сердца, заставила память уснуть, а они все не отпускали. Это стало изрядно напрягать и сказываться на последующем настроении.

– Что именно? – серьезно спросила Эф.

Не отрываясь, я наблюдала за танцующим в камине огнем.

– Она, - я запнулась. – Эф, я забыла ее. На сколько это было возможным. У всех бывают черные и белые полосы в жизни, я не собираюсь сетовать на Судьбу за то, что она подбросила такой вот случай. Но, Эфини, я была уверена, что все в прошлом! – с возмущением сказала я, посмотрев на подругу – она ждала продолжения. – Всегда действие начинается ночью. Мы ложимся спасть на открытой поляне по разные стороны костра. Кеннет смотрит на меня, по глазам я вижу, что она борется с собой, хочет что-то сказать, но губы лишь безмолвно шевелятся…. Это чувство, будто скоро наступит конец всего. И мы умрем, Эф. Снова, так и не узнав правду. Внезапно я переношусь в мрачное черное место. Вижу себя со стороны. Кеннет лежит на холодной земле…. В ее небесных глазах нет того света, который присущий живым…. И я плачу, Эф, я плачу, обнимая ее…. Она мертва!.. Я злилась на нее, эта злоба заслепила меня, и я не успела. Не успела сказать ей! А теперь она мертва! Мертва…. И смысл навеки утерян!.. Ничтожный мир, и я ничтожество!
– внезапно я поняла, что Клер обнимает меня и успокаивает, гладя по голове, нашептывает что-то. По щекам текут слезы, которые никак не могу унять. Что случилось? Потеряла контроль над собой? Совсем забылась.

Эфини вздохнула.

– Твоя история еще не закончилась, Сьюзен. Тебе просто дали время передохнуть перед развязкой. Ничего не возникает и не исчезает без причины.

Я прижалась к ней.

– А если я не справлюсь?

– Ты сильная, Сьюзен. Но, если так случится, тогда наш мир не стоит и гроша.

***

Все вернулось. Как обычно с работы я пришла жутко уставшая и в дурном настроении. Последнее время загружала себя, как только могла, чтоб не оставалось времени на тягостные мысли. Так вот, Ларри сидел на балконе и, выкуривая сигарету, в тусклом освещении читал газету. Я стала готовиться ко сну. Примерная женушка давно уже ушла из нашего дома, так что, если муж окажется голоден, пусть будет так любезен и приготовит себе ужин сам.

– Что читаешь?

– А? – Ларри обернулся. – Да так, вечерние новости. Ничего особенного.

Он затушил окурок и, продолжая читать, подошел к кровати.

– С каких это пор тебя начали интересовать новости?

– Да так…. просто.

Муж положил газету на тумбочку и лег. Мне же стало интересно, что могло настолько привлечь его внимание? Еще и после того, как я рассказала о процессе создания таких вот газетенок.

– Спокойной ночи, любимая, - сказал Ларри и быстро выключил свет. Я снова включила его, - муж как бы случайно задел газету, и она упала на пол.

– Ты что-то скрываешь от меня? – с раздражением спросила я. – А ну быстро дай газету. – Ларри тяжело вздохнул и нехотя протянул мне «смятые новости».

– Не вздумай потом сказать, что я не предупреждал тебя. Теперь уж точно не заснешь, - буркнул он и отвернулся к стене.

Я принялась просматривать страницы, но ничего особенного не замечала, пока глаза не наткнулись на занятную статейку под названием «Старый слух – лучше новых двух».

«Последний месяц о Кеннет Доусон ничего не было слышно. Неординарная художница не спешила распространяться о своей личной жизни. Но была замечена в одном из маленьких ресторанчиков Сан-Франциско вместе со своей бывшей любовницей Клариссой Эвилс. И, что удивительно парочка совсем не стеснялась посетителей заведения - вела себя довольно раскованно. Спустя некоторое время они сели в такси и скрылись в направлении дома художницы. Напомним, что несколько месяцев назад Доусон со скандалом бросила Эвилс из-за ревности. Вероятно, художница решила вспомнить прошлое, а возможно дело в одиночестве…»

Я ошарашено отложила в сторону газету и посмотрела на Ларри, который тут же насупился.

– Что за…

– Ничего хорошего, Сьюзен, - муж выключил лампу, тем самым, погрузив комнату в кромешную тьму.

Я продолжала сидеть, прожигая взглядом стену. О боги, ну сколько можно?! Только я смогла хоть немного отвлечься от размышлений на тему «Меня использовали», как тут же Судьба возвращает все обратно. Но, правда, теперь стало ясно, почему Кеннет так поступила. Точнее, нашлась еще одна причина. Но, что самое интересное, появился вопрос: кто к кому пришел первым?.. Ее глаза…. Правду люди говорят: глаза – зеркало души. В глазах можно прочитать истинные чувства человека. Кеннет боялась смотреть на меня. Тогда я не обратила на это внимания. И говоря ранящие сердце слова, художница не поднимала глаз. Если мои рассуждения верны, то…. Что-то сжалось в груди…. Вновь на глаза навернулись слезы.

В ту ночь меня впервые за столь долгое время посетила дева в белом одеянии. Ко мне пришла надежда.

***

Если честно, я не знала, что делать. Также и нельзя сказать, что появилась цель или стремления. Просто, я хотела докопаться до правды. И никто не должен был об этом знать. Меньше проблем навлеку на себя. Сделаю все тихо и, насколько это возможно, незаметно.

Начала с Клариссы Эвилс, женщины со злорадной улыбкой и горевшим в глазах огнем безумия. Так как я была журналисткой, найти нужную информацию не составило особого труда. Я узнала, что Эвилс чуть ли не каждый год в течение долгого времени меняла работу, а еще чаще – место жительства и всегда причиной тому был ее взбалмошный характер и строптивый нрав. Что ж, ничего удивительного: Кларисса была четвертым ребенком в бедной, нуждающейся семье, где детьми совсем не занимались и отпрыски творили все, что вздумается, не боясь наказания. В тринадцать лет на Клариссу завели дело в полицейском участке, тогда она чудом избежала ареста. Но уже в пятнадцать Эвилс отправили в колонию для трудных подростков за нанесения тяжелых телесных повреждений восемнадцатилетнему дружку из компании своего старшего брата. Через три года из тюрьмы Кларисса вышла круглой сиротой, без дома и средств на проживание. Но, будучи смышленой и целеустремленной девушкой, она не хотела опускаться еще ниже, чем уже была. Об этом периоде жизни девушки мало что известно, разве что, несколько раз она чуть было снова не попала в тюрьму. Первый раз Клариссу обвиняли в убийстве, но отпустили из-за недостатка улик. Второй – хранение наркотиков. И снова произошло чудо – какой-то чиновник заступился за нее.

Потом Эвилс довольно долго работала секретаршей – да, мне это тоже показалось странным – в рекламном агентстве. Вот и все, что мне удалось накопать на женщину со злорадной улыбкой и безумием в глазах – но и этого было не мало. Нет, я, конечно, понимаю, что Кеннет не ангел и кто его знает, какое у нее было прошлое, но, черт возьми, что ее связывает с Клариссой? Неужели художница так любит ходить по лезвию ножа? Еще и заметка в газете, в которой говорится, что Эвилс бывшая, брошенная любовница Кеннет…. Почему же они снова вместе?

В голову пришла мысль о том, что Доусон угрожает опасность. Это чувство было настолько сильным, что язык не поворачивался назвать его простым предчувствием. Да, похоже, мне не удастся держать все в тайне. Здесь может помочь только Эфини, ведь она, смогла удержать нейтральную позицию во всей этой истории. Придется просить подругу встретиться с художницей, а это будет нелегко, ведь Эф принципиально не желает делать того. «Я не могу смотреть в глаза человеку, который так с тобой поступил, и при этом, не пытаться разбить ему лицо?». Ничего, если уж я что-то решила – никто не остановит меня перед достижением цели.

– Сьюзен, ну как это будет выглядеть?! – возмутилась подруга? – Знаешь, Кеннет, мне вдруг стало жутко интересно, с кем ты спишь и насколько это серьезно?

Я перестала с умным видом ходить взад-вперед по кухне и резко повернулась к ней: лицо Эфини было озадаченным.

– К тому же, Кеннет сразу раскусит меня, и тогда я буду иметь очень глупый вид. Понимаешь?

– Понимаю, не дура. Господи, ну просто пригласи ее где-то посидеть, типа давно не виделись. Конечно, было бы прекрасно, если ты сможешь сделать так, чтоб встреча произошла в ее доме, - рассуждая, сказала я.