Чтение онлайн

Реальность, однако, такова – и в этом надо отдавать себе отчет, – что профессиональная принадлежность значительно реже является причиной неприятных эксцессов, чем личностные характеристики и манера поведения. Непредвзятый анализ показывает, что, например, подавляющее большинство уличных нападений на журналистов, разбоев, грабежей и других подобных инцидентов, жертвами которых становились представители СМИ, не выпадает из общего ряда статистики, когда жертвами преступлений становились представители других профессий.

Впрочем, у всех нас живы в памяти судьбы Ларисы Юдиной, Дмитрия Холодова, Владислава Листьева. Именно профессиональная деятельность сыграла в этих трагедиях главную роль. Но давайте разберемся – были ли эти убийства результатом того, что журналист в своем расследовании стал представлять реальную угрозу для преступников?

Убийство Владислава Листьева 1 марта 1995 года сегодня никто из профессионалов не связывает непосредственно с журналистикой. Последние годы Листьев был скорее крупным администратором и финансистом, чем журналистом. Он стоял у истоков акционирования ОРТ, от него зависело распределение финансовых потоков от рекламной деятельности компании. На этой почве нажить себе кровных врагов значительно проще, чем на поприще журналистики.

Иное дело – смерть Дмитрия Холодова, корреспондента газеты «Московский комсомолец». Это случилось 17 октября 1994 года. Напомним, в тот день Дмитрий получил в камере хранения Казанского вокзала кейс, в котором, как он рассчитывал, находились секретные документы. Но вместо документов в чемоданчике оказалось взрывное устройство – оно и сработало, когда Дмитрий открыл кейс в редакции своей газеты.

По версии обвинения, убийцы Холодова пытались таким образом «воздействовать» на журналиста, негативно пишущего об армии. Кроме того, Холодов, находясь в командировках в Чеченской Республике, якобы получил информацию о готовящейся на ее территории военной акции, а также о поставках оружия и военной техники сторонникам Дудаева и антидудаевской оппозиции. Публикация этих сведений могла иметь нежелательный резонанс в обществе. Устный приказ на устранение поступил от высокопоставленного военачальника. Мы не будем оспаривать обвинение. Отметим лишь некоторые нюансы, которые не укладываются в эту версию. Допустим, военнослужащие – причем не просто военнослужащие, а представители разведки, то есть армейской элиты, – решили расправиться с неугодным журналистом. «Убрать» Холодова не представляло проблемы. Он не имел охраны, передвигался на общественном транспорте, не скрывался и являлся легкой мишенью. Проще говоря, его можно было подкараулить, например, в подъезде и инсценировать обычный разбой. Однако злоумышленники почему-то избрали способ, который непременно должен был вызвать огромный общественный резонанс и теоретически был сопряжен с большими жертвами. Ведь журналист мог вскрыть кейс в метро либо ином людном месте. Или другой вариант: Холодов привозит чемодан в редакцию и выходит из кабинета, а в это время кто-то из коллег решает поинтересоваться, что привез Дмитрий. То есть план убийства содержал опасность для самих преступников.

Вполне возможно, что именно на резонанс и рассчитывали преступники. Октябрь 1994-го. Через месяц оппозиция Дудаева и завербованные по контракту российские танкисты начнут бесславный поход на Грозный. В практике всех спецслужб есть такое понятие, как операция по отвлечению внимания…

Так или иначе, отправляясь за чемоданчиком с документами, Холодов пренебрег одним из основных правил безопасности (о них чуть ниже): об этом не знал никто из его окружения. Злоумышленники могли просчитать психологический портрет будущей жертвы и предполагали, что он будет действовать именно так.

Гибель Ларисы Юдиной является классическим и бесспорным примером расправы над неугодным журналистом. Редактор независимой газеты «Советская Калмыкия сегодня» Юдина была похищена и зверски убита 7 июня 1998 года в Элисте. Мы достаточно подробно останавливались на событиях, предшествовавших ее гибели, в главе «Журналистские расследования в современной России». Попробуем теперь посмотреть на эту историю с точки зрения вопросов безопасности.

В качестве одной из версий этого преступления рассматривали и такую. По сведениям из окружения президента Калмыкии К. Илюмжинова, за два месяца до убийства Ларисы Юдиной ему принесли кассету с интервью журналистки австралийскому телевидению, где она сказала: «Ситуация в Калмыкии напоминает 1994 год в Чечне». Рассказывают, что Илюмжинов был в бешенстве и заявил: «Чтобы больше ни одного номера этой газеты я не видел!» Прокуратуре не удалось собрать убедительных доказательств связи непосредственных исполнителей с неким заказчиком. Возможно, его действительно не было, а имел место так называемый «эксцесс исполнителя». Ситуация довольно распространенная – некий всемогущий начальник в пылу гнева топает ногами и орет на подчиненных: «Кто-нибудь в состоянии заткнуть глотку этим бумагомаракам?!» Те в своем верноподданническом стремлении угодить начальнику трактуют его слова буквально и воспринимают как сигнал к действию. Возможно, так было в случае убийства Ларисы Юдиной, не исключено, что тот же «эксцесс исполнителя» имел место и в ситуации с Дмитрием Холодовым.

Мы полагаем, что отдельно следует рассматривать одну из самых громких историй последних лет – события, развивающиеся вокруг гибели украинского журналиста, руководителя интернет-проекта «Украинская правда» Георгия Гонгадзе.

Гонгадзе не занимался расследованиями, но был ярким публицистом, критиковавшим власть. Лишь самые близкие друзья знали, что эта критика была крайне избирательной, а отдельные представители власти финансировали его проект.

Он пропал в Киеве 16 сентября 2000 года. В ноябре в ста двадцати километрах от украинской столицы было обнаружено обезглавленное тело, в котором друзья Георгия опознали своего коллегу. Еще две недели спустя лидер оппозиционной соцпартии Александр Мороз обнародовал в парламенте записи разговоров президента Кучмы как доказательство расправы над неугодным журналистом по указанию президента. На Украине разразился политический кризис.

Официальное расследование обстоятельств гибели Гонгадзе так и не принесло ощутимых результатов, оппозиция тщетно добивалась отставки Кучмы, а новые записи бесед президента с высокопоставленными чиновниками до сих пор появляются с завидной регулярностью.

На протяжении года мы занимались собственным расследованием «дела Гонгадзе», впоследствии передав собранные материалы во временную комиссию Верховной рады Украины. Мы не подвергали сомнению подлинность самих записей, изучая связи Гонгадзе и события, предшествовавшие его исчезновению.

Полученные свидетельства заставили сомневаться как в версии генпрокуратуры Украины о причастности к гибели журналиста уголовных авторитетов, так и в предположении о «заказе» Кучмы на устранение Гонгадзе. Одно можно утверждать наверняка – Гонгадзе был идеальной мишенью, игнорируя в своей деятельности многие из правил, о которых чуть ниже. «Дело Гонгадзе» будет влиять на политическую ситуацию на Украине как минимум до следующих президентских выборов.

Надо иметь в виду, что помимо заказных убийств есть немало и других форм расправы с неугодными журналистами. Они случаются гораздо чаще, чем убийства, но не получают столь мощного резонанса. Журналиста могут избить, разыграв грабеж, могут дискредитировать его моральный облик, могут организовать увольнение из редакции и т. д. Чтобы обезопасить себя от всевозможных конфликтов и неприятностей, журналист должен придерживаться ряда принципов, основной перечень которых мы предлагаем вашему вниманию.

Принцип 1. Это главный принцип безопасности: никогда не «замыкайте» на себя эксклюзивную информацию.

Лучше всего, когда расследованием в редакции занимаются два-три человека, которые полностью в курсе действий друг друга. Впрочем, над темой может работать и один журналист, но он должен иметь доверенных помощников, которые введены в курс дела. Кроме этого, всю собранную информацию по теме необходимо переносить из записной книжки на электронные или бумажные носители. В надежном месте надо хранить звуко– и видеозаписи. Желательно вести дневник расследований, куда заносить даты, место встреч с источниками, темы разговоров и т. д.

Очень важно иметь доверенное лицо в системе правоохранительных органов. Это должен быть человек, с которым у вас сложились неформальные отношения и к которому можно обратиться за помощью в ситуации, когда вам требуется страховка. Обязательно поставьте в известность руководство редакции относительно тех непосредственных шагов, которые вы собираетесь предпринять в рамках данной темы.

Все вышеперечисленные действия страхуют журналиста от угрозы ликвидации как носителя опасной информации.

Принцип 2. Не провоцируйте конфликтов между фигурантами расследования.

В нашей практике был случай, когда один очень известный в криминальных кругах Санкт-Петербурга человек вдруг в порыве откровенности начал под диктофон рассказывать журналисту совершенно потрясающие истории про своих коллег по бандитскому цеху. Нам очень хотелось опубликовать стенограмму этого интервью, и это стало бы сенсацией, способной произвести эффект разорвавшейся бомбы. Однако, здраво поразмыслив, мы решили «бомбу» не взрывать. Этот человек допускал такие выражения, что после публикации у него практически не оставалось шансов выжить, учитывая традиции криминального мира. И в этом случае наша публикация стала бы своего рода провокацией убийства. Даже если согласиться с тем, что этические нормы могут не распространяться на людей, находящихся по ту сторону закона, следует учитывать, что на пять убитых гангстеров приходится одна невинная жертва, случайно попавшая под автоматную очередь. К тому же опасность существует не только для автора высказывания, но и для журналиста как «ретранслятора», поскольку именно он озвучил эти сведения.