Чтение онлайн

Представляется, что данный перечень обстоятельств, при которых судебное заседание объявляется закрытым, является исчерпывающим.

Уголовное дело рассматривается в закрытом судебном заседании с соблюдением всех норм уголовного судопроизводства. Определение или постановление суда о рассмотрении уголовного дела в закрытом судебном заседании может быть вынесено в отношении всего судебного разбирательства либо соответствующей его части.

Для вынесения такого определения или постановления суд должен удалиться в совещательную комнату, после чего огласить мотивированное определение (постановление) об объявлении заседания (или отдельной его части) закрытым. Указанное определение журналист обжаловать не может, так как он не является участником процесса, поэтому обязан покинуть зал судебного заседания.

Если же председательствующий (судья) объявляет заседание закрытым, не вынося мотивированного определения, журналист теоретически может остаться в зале заседания. Но в этом случае нельзя исключить того, что он будет привлечен к административной ответственности за неуважение к суду (постановление о привлечении к административной ответственности также может быть впоследствии обжаловано).

В Уголовно-процессуальном кодексе РСФСР существовало положение, согласно которому, даже если слушание дела проходило в закрытом судебном заседании, приговор суда провозглашался публично (ст. 18 УПК РСФСР), и все присутствующие могли слышать мотивированный приговор суда. Однако вступивший в действие с 1 июля 2002 года новый Уголовно-процессуальный кодекс РФ закрепил иное положение. Так, в случае рассмотрения уголовного дела в закрытом судебном заседании, публично может оглашаться только вводная и резолютивная части приговора (п. 7 ст. 241 УПК РФ). Для того чтобы огласить только вводную и резолютивную части приговора, суд обязан вынести соответствующее определение или постановление.

Статья 241 пункт 5 УПК РФ («Гласность») регламентирует порядок проведения фотографирования, видеозаписи и (или) киносъемки, а также аудиозаписи следующим образом:

«Лица, присутствующие в открытом судебном заседании, вправе вести аудиозапись и письменную запись. Проведение фотографирования, видеозаписи и (или) киносъемки допускается с разрешения председательствующего в судебном заседании».

Журналист, желающий произвести фотографирование, видеозапись и (или) киносъемку, обязан до судебного заседания испросить разрешения у судьи, ведущего процесс. В судебном заседании судья (председательствующий) выясняет у участников процесса их мнение по поводу проведения фотографирования, видеозаписи и (или) киносъемки. В случае отказа журналисту в проведении съемки во время процесса журналист может просить разрешения суда на проведение съемки зала и тех участников процесса, которые не возражают против этого, – до того как начнется судебное заседание.

Статья 161 УПК РФ «Недопустимость разглашения данных предварительного расследования». Пункт 3 ст. 161 УПК РФ касается журналистов.

«Данные предварительного расследования могут быть преданы гласности лишь с разрешения прокурора, следователя, дознавателя и только в том объеме, в каком ими будет признано это допустимым, если разглашение не противоречит интересам предварительного расследования и не связано с нарушением прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства. Разглашение данных о частной жизни участников уголовного судопроизводства без их согласия не допускается».

Журналист, готовящий статью на основе материалов предварительного следствия, обязан просить разрешения на опубликование этих сведений у должностного лица, в чьем производстве находится уголовное дело.

НО! Журналист имеет право проводить собственное журналистское расследование. В соответствии с Законом «О СМИ» журналисту дано право: искать, запрашивать, получать и распространять информацию, получать доступ к документам и материалам, кроме этого журналист обязан проверять достоверность сообщаемой им информации. Журналист при проведении своего журналистского расследования получает какие-то сведения, материалы, беседует с людьми, обращаясь при этом к материалам предварительного расследования. На основании собранного материала он готовит статью. Публиковать такую статью можно, не спрашивая согласия у прокурора, следователя или дознавателя, расследующего уголовное дело, так как журналист не использовал непосредственно материалы следствия при подготовке публикации.

Итак, здесь мы кратко рассмотрели ситуации, с которыми чаще всего приходится сталкиваться журналистам при осуществлении своей профессиональной деятельности. Хотелось бы обратить внимание на то, что многие из обозначенных нами проблем журналисты в состоянии разрешить собственными силами (а иногда и вовсе не доводить ситуацию до конфликта). Впрочем, безусловно – и об этом мы говорили выше, – позиции и СМИ, и их авторов будут прочнее, если материалы до публикации или выхода в эфир будут проверяться профессиональными юристами, которые в состоянии выявить потенциальные точки конфликта, помочь журналисту в шлифовке формулировок, а в случае возникновения судебного разбирательства – отстоять интересы СМИ в зале суда.

Профессия журналиста входит в группу профессий повышенной степени риска. Только за последнее десятилетие в России погибли 103 журналиста, из них 25 – в Чечне. Желание журналиста всегда быть в гуще событий, в центре конфликта – не прихоть и не каприз. Это специфика профессии, определяемая спросом общества на достоверную информацию.

Западная школа журналистики всегда уделяла большое внимание вопросам безопасности в работе журналиста. Курс соответствующих лекций входит в основную программу большинства европейских учебных заведений, где готовят журналистов. В нашей стране до последнего времени проблеме обеспечения безопасности журналистов при исполнении ими своих профессиональных обязанностей не придавали особого значения. С распадом Советского Союза, началом процессов приватизации и небывалым ростом организованной преступности журналисты все чаще стали попадать в ситуации, связанные с угрозой для их жизни. Гибли люди, чье журналистское мастерство заслуживало самой высокой оценки. Беда в том, что они ничего не знали о «технике безопасности» в своей работе, их никто этому не учил.

В данном разделе вы познакомитесь с основными принципами безопасности при проведении журналистских расследований. Это синтез опыта, накопленного Агентством журналистских расследований, и методик, которые используют в своей работе западные журналисты, а также спецслужбы. Соблюдение этих принципов позволит вам избежать многих проблем, с которыми часто сталкиваются журналисты, не имеющие достаточных навыков расследовательской работы.

Согласно данным статистики, большинство журналистов гибнет сегодня в районах локальных вооруженных конфликтов, так называемых «горячих точках». На войне пуля или снаряд не разбирает, кто перед ними – воин или гражданский человек. Подавляющее большинство репортеров гибнут из-за попадания случайного осколка снаряда, пущенной наугад пулеметной очереди и т. д.

Правильно ли в этом случае говорить, что участники противостояния открывают «охоту на журналистов»? Полагаем, что такое случается не так часто. Впрочем, во время первой чеченской войны зафиксированы случаи целенаправленных обстрелов машин с надписью «Пресса» со стороны служащих федеральных сил. Подобные акции вряд ли были санкционированы письменным или устным приказом, они скорее характеризовали негативное отношение к журналистам со стороны части военнослужащих. Что же касается многочисленных случаев похищений журналистов в Чечне в целях получения выкупа, то мы не рассматриваем их как действия, направленные на воспрепятствование свободе слова, – просто представители СМИ оказались легкой добычей и ходовым товаром.

Поведение журналистов в зоне боевых действий – предмет особых исследований, здесь существуют свои принципы безопасности. Отметим лишь самые общие правила.

Правило 1. Никогда не надевайте одежду или предметы экипировки, которые могли бы ассоциировать вас с участниками противостояния.

Снайпер, который смотрит на противника через оптический прицел, видит только фигуру в «камуфляже» и не отличит противника от гражданского лица, лишь надевшего форму. Тем более если журналист в «камуфляже» передвигается в боевых порядках военнослужащих. Также совершенно незачем носить с собой в сумке или рюкзаке предметы амуниции, которые вам могли подарить, – при обыске это может вызвать лишние подозрения. Аналогично – с оружием и боеприпасами. Примеров, иллюстрирующих это правило, множество. Вот лишь один.

В 1994 году в бывшей Югославии одному из авторов этих строк в русском батальоне миротворческих сил ООН подарили форму с ооновским беретом и шарфом. Роскошный подарок, с которым очень не хотелось расставаться. Форма в дорожной сумке, которую все время приходилось таскать с собой, дважды стоила ее счастливому обладателю неприятных минут. Сперва в Сараево журналиста задержали на посту боснийцы, доставили в местный полицейский корпус, где принялись обыскивать и, конечно же, нашли «камуфляж». Само собой, боснийцы усомнились, что русский с ооновской пресс-картой и военной формой в сумке – обыкновенный корреспондент. Правда, все закончилось миром, хотя на это ушло несколько часов – пока в дело не вмешалась гражданская полиция миротворческих сил. При этом неизвестно, как бы все обернулось, если бы боснийцы не симпатизировали ООН, оказывавшей им поддержку. А буквально через несколько дней журналиста задержали уже на сербском посту на границе между Боснией и Сербией. Опять обыскали – и обнаружили форму. Убедить сербов в том, что это подарок, оказалось невозможно. Не помогли и заверения в российско-сербской дружбе. После нескольких часов обысков и допросов отобрали не только форму, но и аппаратуру.