Чтение онлайн

Для решения вопроса – содержится или отсутствует в спорных высказываниях и публикациях субъективное мнение, высказанное в оскорбительной форме, – необходимо прибегать к услугам экспертов-лингвистов для того, чтобы они дали свое заключение.

Академик РАЕН Галяшина Е. И. в своей статье «Судебные лингвистические экспертизы в контексте рекомендаций пленума ВС РФ № 3 от 24.02.2005» пишет, что Гильдия лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам (ГЛЭДИС) определила основные категории лексических и фразеологических единиц, которые в определенных контекстах употребления могут носить в адресации к тому или иному лицу оскорбительный для данного лица характер:

• слова и выражения, обозначающие антиобщественную, социально осуждаемую деятельность: жулик, проститутка;

• слова с ярко выраженной негативной оценкой, фактически составляющей их основной смысл, также обозначающие социально осуждаемую деятельность или позицию характеризуемого: расист, предатель, двурушник;

• названия некоторых профессий, употребляемые в переносном значении: палач, мясник;

• зоосемантические метафоры, отсылающие к названиям животных и подчеркивающие какие-либо отрицательные свойства человека: нечистоплотность или неблагодарность (свинья), глупость (осел), неповоротливость, неуклюжесть (корова) и т. п.;

• глаголы с осуждающим значением или прямой негативной оценкой: воровать, хапнуть;

• слова, содержащие экспрессивную негативную оценку поведения человека, свойств его личности и т. п. без отношения к указанию на конкретную деятельность или позицию: негодяй, хам;

• специальные негативно-оценочные каламбурные образования: коммуняки, дерьмократы, прихватизаторы;

• нецензурные слова в качестве характеристики лица.

Моральный вред определяется Гражданским кодексом как причинение гражданину физических и нравственных страданий. Из этой характеристики можно сделать вывод о том, что моральный вред может быть причинен только физическому лицу, но никак не юридическому, поскольку физические или нравственные страдания может испытывать только человек. Юридические же лица вправе наряду с опровержением требовать компенсации репутационного вреда, нанесенного деловой репутации организации.

Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемом судом. Обычно истцы в своих исках заявляют значительные суммы возмещения морального вреда, нанесенного той или иной публикацией, – вплоть до сотен тысяч долларов.

Суд самостоятельно оценивает нравственные и физические страдания истца. При этом истец должен доказать, что распространение порочащих его сведений действительно принесло ему эти страдания. Обычно в суд представляются медицинские справки об ухудшении здоровья после распространения таких сведений. Рассчитывать на больший размер возмещения истец может в том случае, если он сумеет доказать, что в результате публикации сведений о нем он на какой-то период лишился средств к существованию.

В Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации (УПК РФ), вступившем в действие с 1 июля 2002 года, содержится глава 18 «Реабилитация». Эта глава вводит дополнительное понятие «возмещение морального вреда». Если в Гражданском кодексе моральный вред определяется как причинение гражданину физических и нравственных страданий и возмещается в денежной или иной материальной форме и в размере, определяемом судом, то для реабилитированного, помимо такой возможности компенсировать моральный вред, предусмотрено и иное возмещение морального вреда. А именно:

Пункт 3 статьи 136 УПК РФ «Возмещение морального вреда» предусматривает: «Если сведения о задержании реабилитированного, заключении его под стражу, временном отстранении его от должности, применении к нему принудительных мер медицинского характера, об осуждении реабилитированного и иных примененных к нему незаконных действиях были опубликованы в печати, распространены по радио, телевидению или в иных средствах массовой информации, то по требованию реабилитированного, а в случае его смерти – его близких родственников или родственников либо по письменному указанию суда, прокурора, следователя, дознавателя соответствующие средства массовой информации обязаны в течение 30 суток сделать сообщение о реабилитации».

Редакция вправе по своему усмотрению, если отслеживает судьбу конкретного лица, опубликовать информацию о том, что он реабилитирован. Если редакция, ранее публиковавшая материалы о ходе предварительного следствия, суде, самостоятельно не опубликовала информацию о реабилитации, то по письменному указанию суда, прокурора, следователя, дознавателя редакция СМИ обязана в течение 30 суток сделать сообщение о реабилитации.

Редакция, перед тем как публиковать в течение 30 суток сообщение о реабилитации по требованию реабилитированного, а в случае его смерти – по требованию родственников, обязана проверить документы, подтверждающие реабилитацию данного лица.

Такими документами могут являться: оправдательный приговор суда, постановление прокурора либо следователя или лица, производящего дознание, о прекращении уголовного дела либо уголовного преследования по реабилитирующим основаниям.

Реабилитирующими основаниями для прекращения дела являются:

1. Отсутствие события преступления.

2. Отсутствие в деянии состава преступления.

Журналист может нести ответственность в рамках не только гражданского, но и уголовного законодательства, поскольку Уголовный кодекс РФ предусматривает ответственность за клевету, оскорбление и нарушение неприкосновенности частной жизни.

При этом необходимо обратить внимание, что уголовную ответственность несет непосредственно автор клеветнической публикации или материала, то есть физическое лицо. Если материал не подписан или подписан псевдонимом (а редакция не раскрывает, кто из журналистов скрывается за псевдонимом) уголовная ответственность наступает у главного редактора издания.

I. Клевета (ст. 129 УК РФ) – распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию.

Понятие «клевета» включает в себя три обязательных признака:

1) унижение (опорочение) чести и достоинства или подрыв репутации;

2) умышленность этого деяния, что охватывается признаком заведомости – то есть журналист (или иной автор материала) осведомлен о том, что сведения являются ложными, но сознательно идет на их распространение;

3) ложность распространяемых сведений.

В качестве примера приведем две газетные цитаты, которые стали поводом к иску за клевету:

1. «Если кому-то из читателей, а также их родным или близким когда-либо придется столкнуться в горпрокуратуре с деятельностью Литвинова – Дудкин и К, то знайте – эти т. н. „следователи“ преступления не расследуют, а фабрикуют. Это их основная и единственная профессия» («Новый Петербург», 2000 год, 19 июля).

2. «В доле с прокурорами в поте бесстыдного лица трудился рубоповец Ц. со своей оперкомандой, в числе которой особым талантом бесстрашного фальсификатора доказательств выделялся постоянно пьяный туберкулезник Н., регулярно получавший из рук лидеров тамбовского ОПС существенную прибавку к своему скромному милицейскому окладу» (Там же тогда же).