Чтение онлайн

– Ну хоть какие-то отличия же должны быть! Не проверять же мне каждого с помощью раскаленного железа?

– Да уж не стоит, – хохотнул дракон, делая новый глоток травяного напитка. – Можно же просто спросить.

– Ответы редко бывают честными, – покачала я головой, отметая этот вариант, и встала из-за стола. Тарелки отправились в мойку вместе с кружками. Обычно я оставляла их на утро.

– Я помою, – Ал тоже встал и прошел за мной следом.

– Гости не должны мыть посуду, – хозяйка во мне просыпалась крайне редко, даже непонятно почему она проснулась сегодня. – Хотя знаешь, – я посмотрела на ожог на руке, мочить его точно не стоит. – Тебе жить тут еще долго, а мне тебя кормить и тратить запасы. Так что посильный вклад будет очень кстати. – Я вложила в мужскую руку тряпку и с облегчением вернулась к столу.

– Долго будет заживать? – от гостя тоже не укрылся след от печи, который скоро станет новым шрамом.

– Если сделаю подходящую мазь, то за три дня боль уйдет, – бодро отозвалась я, вспоминая, куда положила гримуар. Дракон в ответ лишь многозначительно присвистнул.

– Это что еще значит? – я уперла руки в бока. Для той, кто всего год постигает науку о травах – у меня выходили вполне качественные мази. Да и травм в последнее время становилось все меньше. Многие навыки лесной жизни я уже освоила.

– Не знаю хвори, с которой бы так долго справлялась драконья регенерация, – задумчиво протянул Ал, приступая к мытью первой тарелки. О да. Знаменитая регенерация. Именно из-за нее людям так сложно было убить чешуйчатых. Одним из основных правил охоты было “Убедитесь, что тварь точно мертва”. А все почему? Потому что кто-то из охотников додумался притащить в свою деревню полумертвое чудовище. Той же ночью от деревни осталось лишь пепелище. А вот дракон наверняка прожил долгую жизнь в своих землях. – Человечки очень хрупкие. И я снова задаюсь вопросом, как ты тут одна выживаешь.

– Жизнь у меня, конечно, непростая, – не стала отрицать очевидного. – Но она не хуже, чем у других.

– А где ты берешь сталь и все остальное? – Ал кивнул на ножи и вилки, которые стояли в глиняной кружке неподалеку.

– Это все мое наследство от бабушки, – обвела я рукой все зримое имущество. – А еще тут недалеко гномья тропа. Они идут весной к восточным горам, а осенью возвращаются.

– Ты с ними торгуешь? – догадался дракон, обмывая от мыльной пены кружку. – И тебя никто не обижает?

– Я сама кого хочешь обижу! – На это дракон лишь снисходительно хмыкнул. Явно не поверил. Уж не знаю, как в его землях. В наших царил мир и спокойствие. – Городские жители гораздо злее, чем те, кто обитает в глуши. Здесь мы справляемся с холодами, ветрами, голодом. На вражду друг с другом просто не остается сил.

– Значит, ты родилась не здесь, – сделал вывод чересчур проницательный гость, довольно резво справляясь с грязной посудой. – Раз знаешь, какие они. Городские жители. – Ответа не требовалось. – Почему тогда перебралась сюда?

– Чтобы со всякими проходимцами болтать поменьше, – вставил потерявший терпение Круш, вылетая из-за печи. Грязные крылья стряхивали на пол золу.

– Явился, – хмыкнул дракон, зеркаля манеру речи пернатого. – Тебе, что, за печкой не сидится? – кажется, серую нынче птицу, настигла маленькая месть.

– А ты, чешуйчатый, не надейся так легко у Маи все секреты выведать! – каркнули в ответ. – Тут наивных и глупых нет.

– Как нет? – наигранно удивился гость, обдавая ворона уничтожающим всякое самомнение взглядом. – А вот эта серая масса, которая думает, что дракон до нее достать не сможет, разве умная?

– Мая, он мне угрожает! – жалостливо сообщили мне. – Не оставляй это так! Чья жизнь тебе дороже?

– Твоя, конечно, – улыбнулась я, и дорогой сердцу ворон гордо вскинул клюв, еще не зная, что будет продолжение. – Но вторую жизнь я две недели спасала, надрывая спину и мозоля руки, так что пусть уж теперь отрабатывает.

– Я могу все оплатить, – тут же вклинился Ал, домывая последнюю чашку. – А если отдашь мне кулон, и все что нужно, чтобы я смог добраться до своих земель – заплачу в тройне. – Возникло предложение как бы между прочим.

– И как же ты мне отплатишь, если будешь там, а я здесь? – вскинула я бровь.

– Пришлю доверенного, – дракон оторвал взгляд от почти опустевшей раковины, проверяя, верю ли я ему или нет.

– Я уже говорила, – покачала я головой. – Кулон не сработает вдали от меня.

– Тогда давай отправимся в империю вместе, я гарантирую тебе защиту и весомое вознаграждение рубинами или изумрудами – чем захочешь, – лилась сладкая речь. Чернильные глаза сверкали решимостью и открытостью. Кажется, он был готов сорваться с места хоть сейчас, лишь бы добраться до своей родины. Может, ему тоже было некомфортно в этих землях? В конце концов каждый его день нахождения в Серебряном лесу – был риском.

– Защиту от зимы тоже сможешь гарантировать? – каркнул ворон, не желая оставаться за пределами договоренностей. – Мая – не дракон и не сможет выдержать такой долгий поход по снегу. А если она умрет, с ней и магия кулона, поддерживающая в тебе жизнь, исчезнет.

– Ты и сам такой переход сейчас не выдержишь, – напомнила я, все-таки открывая дверь в сени и пуская немного чистого воздуха.

– Ты не знаешь, на что я способен, – глухо донеслось в спину.

– А смириться и подождать ты способен? – раздраженно спросила я, развернувшись и уперев кулаки в бока. Кто бы сомневался, что дракон будет уверен в своих силах. Но вот только я хорошо помнила, как еще вчера он бессознательно валялся в постели и почти ни на что не реагировал. – Найдя тебя там, в лесу, я и не думала, что смогу тебя выходить. В один из моментов отчаяния я даже успела определить, под каким деревом лучше всего похоронить тело. Но ты выжил. А значит нам придется жить друг с другом бок о бок. Ничего не поделаешь. Это Серебряный лес, и из него зимой человеку не выйти.

– Но ты же не просто человек, – не согласился гость, все еще не теряя надежды. – Ты – ведьма. – Так вот кем он меня считал. Что ж, он почти не ошибся.

– А ты дракон, – вовремя вклинился Круш, мастерски скрывая мои секреты. – Живешь столетия, что тебе переживать за какой-то месяц?

АЛ

Месяц в лесу. Вдали от дел, переговоров и торжественных приемов. Вдали от отца, матери и брата. Любой взрослый человек тайно об этом мечтал. Отделаться разом от нескончаемого потока дел, задач, семейных ссор и уйти. В лес, в горы, к морю – по сути неважно, куда. Лишь бы найти тишину, ту самую, от которой легче дышать, легче жить. Мечта хоть и красивая, даже понятная. Но теперь, когда столько всего от меня зависело, едва ли бы я сам решился ее воплотить. Просто не мог себе этого позволить. Слишком многое зависело от моих действий: жизни подданных, отношения между странами, дворцовые настроения. Иногда даже день промедления грозил обернуться катастрофой. Теперь же меня принудительно запихнули в такую глушь, что и не выбраться.

Жизнь в деревянной лачуге на окраине мира потихоньку стала привычной и даже неожиданно приятной. Мая каждый день рано утром уходила к животным, которых содержала во втором помещении, и возвращалась от них лишь к ужину, всегда уставшая и взъерошенная. Кроме лошади, у хозяйки леса были куры и даже коза. Ее подарили гномы, предполагая, что девушка зажарит бедное животное, которое почти перестало давать молоко. Но Мая оставила Ромашку. А та в благодарность за избавление от изнурительных гномьих походов исправно давала травнице молоко.