Чтение онлайн

— Как отдохнула?

— Замечательно, — поверить мне на слово было довольно сложно, поскольку сказано оно было через зубы и таким тоном, словно мне хотелось сейчас кого-нибудь убить.

— Ты довольна? А то вернулась так быстро…

— Путешествие было очень интересным и содержательным, — коротко отрезала я, с сожалением покидая уже почти остывшую воду и сосредоточенно вытираясь полотенцем. — Я увидела много красивейших мест, от них просто дух захватывает, а также познакомилась с очень интересными людьми.

— А может быть, ты все-таки скажешь правду? — вопрос нагнал меня уже на пороге, когда я хотела выйти из комнаты.

Я резко развернулась. Внимательно посмотрела в темные глаза, смахнула со лба прядь и сказала:

— Хочешь знать, как все было на самом деле? — вышло немного зло и резко, но по-другому у меня бы сейчас не получилось. — Хорошо, я тебе расскажу. Я по своей воле ввязалась в крупную игру, затеянную богами и, главным образом, богом смерти, а также Зимними волками, связанную с миром, погибшим две с половиной тысячи лет назад. Из-за этих проблем меня один раз пытался убить психованный некромант, я чуть не сгорела в пожаре, а потом меня пытались принести в жертву. Позже мы застряли в затерянном городе, едва не помешали богам вызвать Древо мира, я на полдня стала Зимней Волчицей, пройдя инициацию, а затем меня убил сошедший с ума жрец. А под конец человек, которого я любила, должен был забрать у меня силу, чтобы восстановить равновесие, но вместо того, чтобы меня убить, он вернул меня из Иного мира после моей смерти. Потом он навсегда ушел в прошлое, умерев там, а я поняла, что была дурой, когда не верила ему и прогнала.

Сказав это, я так же резко отвернулась и шагнула в спальню. Присела на край кровати, вывалив на нее все, что находилось в конверте. Перетянутая ремешками рукопись, несколько памятных деталей, в основном цветы, которые я сорвала в сентиментальном порыве, письмо… последний на шелковое покрывало, мелодично звякнув, выпал немного странный медальон. Медальон? Почему я его раньше не заметила?

Я подняла оказавшуюся тяжелой вещицу, немного покачала на длинной узкой цепочке, больше похожей на шнурок. Откуда-то, из не прошлой даже, и позапрошлой жизни невольно выплыло забытое воспоминание.

— Вот, возьми, — вампир чуть помедлил, а затем мне в руку опустился тяжелый камень в резной оправе.

— K'antess Veirot Selloisen Onte L'lliaortenn? — лукаво усмехнулась я, прочитав вырезанные слова.

— Фамильный, — острозубо улыбнулся он. — Пусть напоминает обо мне.

Не думала, что когда-то буду вспоминать об этом настолько спокойно. Положив все на тумбочку, я поднялась с кровати. Подошла к шкафу, достала из него тонкую рубашку и штаны. Зашнуровала сапожки из мягкой кожи, легко коснулась мокрых волос — они тут же рассыпались по плечам блестящими вьющимися прядями.

Может быть, хоть немного развеюсь… спиной я чувствовала, как сестра, наконец вышедшая из ванной комнаты, провожает меня долгим взглядом. Почему-то мне казалось, что она меня понимает. Странно… она всегда была примерной дочерью и никогда не ввязывалась в опасные игры. Ей бы и в голову не пришло даже заговорить с сыном бога смерти.

Что ж… видно, такая я неосторожная и, возможно, немного глупая. Но другой мне уже не стать.

— Привет, — услышала я за спиной знакомый голос. Резко обернувшись, я увидела… компанию друзей, приветственно машущих мне. Все радостные, улыбающиеся… и я, хмурая, как никогда. Впрочем, в полумраке вряд ли досконально видно мое лицо, они все-таки люди. Почти все, кроме Олеса — тоже оборотня, и тоже истинного.

— Привет, — я слегка улыбнулась, поймав на себе взгляд оборотня — внимательный, читающий меня насквозь. Все бы отдала, если бы сейчас здесь не было лучшего друга, способного разгадать любое мое настроение. Олеса не обманешь притворно-задорной улыбкой. — Куда-то направляетесь?

— Да так, гуляем, — усмехнулся Гларед, отмахнувшись от пронесшейся мимо бабочки. — Пойдешь с нами?

— Конечно, — как можно более искренне ответила я, прекрасно зная, что мое веселье более чем наигранно. Впрочем, друзья этого не поняли — они ко мне не особенно приглядывались, да и освещение улиц этого не позволяло. Веселой толпой мы двинулись к нашей любимой таверне, где меня и друзей уже давно принимали как постоянных посетителей и практически всегда находили свободный стол.

— Как отдохнула на каникулах? — тихо спросил меня Олес, пристроившийся рядом.

— Великолепно, — я беззаботно улыбнулась, стараясь спрятать печаль в глазах. — Увидела много новых мест, приобрела кучу ярких впечатлений. Отдыхом я вполне довольна.

— В таком случае рад за тебя. Готова к учебе? — все было сказано довольно обыденным тоном, без тени сомнения, но у меня в душе угнездилось неприятное чувство того, что он мне не поверил. Я лгала, беззаботно улыбаясь, он беззаботно и радостно кивал, и одновременно лгал о том, что верит мне. Снова ложь… слово, ставшее мне в последнее время ненавистно.

Но я не могла рассказать ему все сейчас, тогда, когда все только закончилось. Я ведь проводила Роллона только утром… до сих пор по телу пробегает холодок при мысли о том, что я могла проспать то, как он уйдет. Потом, как-нибудь, когда наберусь мужества для того, чтобы поведать обо всем без слез… почему-то мне казалось, что Олес меня понял и поймет потом.

Веселой гурьбой мы вошли в таверну, уже почти забитую народом. Служка, увидевший нас еще из окна, кивком указал на незанятый стол, стоящий недалеко от окна. Старается… впрочем, это правильно — вряд ли ему нужно портить отношения с практически дипломированными специалистами в области боевой магии из-за какого-то стола.

Весь вечер я всеми силами пыталась отогнать от себя лезущие в голову совсем не веселые мысли. Мне не хотелось представлять и вспоминать его, но я не могла себя заставить не видеть каждую секунду его прощальную улыбку, немного грустную и одновременно ободряюще-веселую. Ну вот, опять… стараясь веселиться, я высоко подняла кубок с легким травяным нектаром, привезенным из самой Великой рощи.

— Давайте выпьем за… — я запнулась, не зная, что предложить, но быстро сообразила. — Давайте выпьем за стены Университета, ибо только одни сутки им осталось стоять спокойно.

Друзья подхватили, радостно засмеявшись в предвкушении новых каверз и проделок, после которых ректор будет буквально плеваться слюной и в двадцатый раз обещать всех выгнать. Мы будем только усмехаться — на пятом курсе, да к тому же лучших учеников, не выгоняют.

И тут в таверну ввалились эльфы. Именно ввалились, потому что войти через одну дверь такой толпой не получилось бы даже у них. С нашим смехом смешался их, мелодичный и звонкий, словно серебряные колокольчики. Интересно, откуда они? Впрочем, уж мне-то какая разница, да к тому же по ним сразу видно, что с юга — все как один с золотистой, покрытой ровным и светлым, как мед, загаром, кожей, и светлыми-светлыми, льняного цвета волосами, ниже плеч сплетавшимися в длинную, почти до пояса косу. Странно, но такая прическа шла даже мужчинам, а женщин с ними не было вовсе. Я не понимала языка, на котором они говорили между собой, но догадывалась, что это, скорее всего, какое-нибудь очень местное наречие. Причем, судя по всему, слова и даже фразы проскальзывали не слишком печатные — сугубо мужская компания, что с них возьмешь? Но эльфы даже ругались красиво…

Вдруг один из них, с узким шрамом, пересекающим щеку от виска до нижней скулы, достал лютню и совсем по-человечески сел на стол, закинув ногу на ногу и предоставляя всем возможность полюбоваться высокими, чуть выше колена, сапогами из очень мягкой кожи, отделанными серебром. Перебрал тонкими пальцами по струнам, заставляя их немного грустно запеть.

Все голоса резко приглушились, говорящие перешли почти на шепот, а людей в помещении находилось немало — никто не хотел мешать эльфийскому барду, зная, что подобное они вряд ли скоро услышат. Интересно, что он сейчас споет? Похабную частушку, которых в запасе у эльфов, невзирая на любовь исключительно к прекрасному, водилось много, или балладу, повествующую о героических подвигах?