Чтение онлайн

Это очень напоминает мне нашествие зомби. Визжа как умалишённые, люди пытаются разглядеть хоть что-то сквозь стекла автобуса, не зная даже толком, какую конкретно «звезду» или звезд автобус везет на фестиваль.

Похоже, им все равно. Я смотрю в пустые и мутные, горящие охотничьим азартом глаза через защитную темную пленку на окнах, и вместо тщеславного удовлетворения испытываю жуть.

Я так устал от них от всех, мне нужно только творчество! Хотя, само собой, понимаю, что «зомбики» его неотъемлемая часть.

Более того, без них нет и меня как творческой единицы. Знаю, на что подписался, и знаю, что далеко не все из поклонников нашего творчества такие.

Но, как раз в эту самую минуту, автобус, накренившись, грозит перевернуться. Даже с конца его салона слышно, как истошно ругается водитель.

Еще, страшно хочется пить. Я ищу и никак не могу найти бутылку с водой, удивляясь Тохе, который, надвинув на лицо бейсболку, умудряется дрыхнуть посреди всего этого хаоса.

Попутно звоню продюсеру, и почему-то долго слушаю гудки. «Воспитывает», наверное. Где-то с десятого поднимает.

– Да, Юрий Шмильевич?
– весело рапортую.

Предчувствие грозы

Данил

– Даник, дорогой, - нестандартно начинает продюсер, и это как-то сразу напрягает.

Вначале просто интересуется, на месте ли мы. Я отвечаю, но Юрия Шмильевича уже как будто всего изнутри распирает важная информация, которой ему не терпится поделиться.

Еле дослушивает меня, чтобы затем продолжить с пафосом:

– Хорошо. Ты не зря трудился все эти годы и твоя карьера, наконец, делает новый виток! Кажется, мои молитвы услышаны.

Че он несет? Где Вирмантас и где молитвы, какой еще виток?!

– Вы о новом сотрудничестве, или что имеется в виду? – неподдельно заинтересовываюсь.

– Ты самородок, мой мальчик! И поверь, еще станешь звездой номер один в руках настоящих профессионалов. А мне, увы, больше нечего тебе дать. Ты перерос наш скромный лейбл, признаю. Я передаю тебя «Graffit star»…

Тут Юрий Шмильевич выдерживает драматическую паузу. Ненавижу этот театр, но как продюсер он и вправду гениален.

Если не считать того, что мой мозг сейчас просто отказывается, мягко говоря, принимать озвученную действительность.

– Не благодари, - усмехается.

– И в мыслях не было!
– дерзко отзываюсь, - меня вполне устраивает и наш скромный лейбл.

Он, похоже, даже на какую-то секунду теряется. Потому что просто замолкает. Не ожидал? Или все уже решил, без меня?!

– Не горячись так, Данил, - в его тоне ощутимо сквозят стальные нотки, - ты должен быть благодарен, а что я слышу вместо этого? Документально, если хочешь знать, ты уже там, в их главном московском офисе! Тебе уже даже к нам заезжать без надобности…

Меня передёргивает. Я перебиваю его:

– Юрий Шмильевич, давайте обсудим это по приезду в Москву!

Мой голос звучит жалко, паника захлестывает меня.

– Да что тут обсуждать, Дань? – произносит недовольно. И я, не ожидавший такого предательства от него, почти теряю всякую надежду, - ты не понимаешь, какой уровень работы тебя ждет?! Не дури. Это ж не сравнить…

– Подождите! То есть, как передаете… Как вещь, по телефону?!

В моей груди давит и жжёт не выраженными чувствами.

Слил как тушку, вместе с брендом! Да, у него есть все права на мое имя, мои песни.

Я батрачил на этого человека за нищенский процент несколько долгих лет, почти без единого выходного. Но не жаловался, и был рад тому, что имел. Потому что знал - эта работа в счет моего будущего.

А теперь он так просто, ни слова не сказав, взял и отдал этот бренд и меня самого, как крепостного, в бессрочное пользование человеку, которого, он знает, я не уважаю.

Тимур Урусов - тупой высокомерный мажор, хотя и хваткий, не спорю. Но конкретно для него я бесталанный выскочка, детдомовец, что он не раз давал мне понять при личных встречах. Не особо церемонясь.

Так что это вообще удивительно, чем я его заинтересовал! Хотя, нет, если вспомнить о его нахальной сестрице.

Выходит, они решили, что я буду безропотно пахать на одного и трахать вторую?!

Но так не будет. Пошлю их всех, и начну, пожалуй, с Вирмантаса.

Не беда, обойдусь без бренда ZIMMA и без старых узнаваемых песен. Я запишу новые, неважно, с новым продюсером или без него!

– Не стоит так со мной разговаривать, Данил. Не ценишь ты добра, - злобно цедит Юрий Шмильевич, - забыл, откуда взялся, без роду и племени?!

Вот тут становится окончательно ясно, что дальнейший разговор с ним не имеет смысла.

– Вам-то что до моего происхождения? – спокойно реагирую.

– Ладно, давай не будем ссориться! – произносит он уже более миролюбиво, - тоже не хочу, знаешь… Ты же мне как сын.

От этой наглой лжи я морщусь. Все-таки очень хорошо, что мне не приходится видеть сейчас его рожу перед собой.

Было бы очень непросто сдержать эмоции.

– Эй, Данька, - весело спрашивает, видимо, расценив мое молчание как смирение и покорность судьбе, - ну ты чего, завис там?

– Юрий Шмильевич, а… мне уже как, в Москве в ваш офис не являться, сразу идти в «Graffit star»? – решаю закосить под дурачка.

Хотя мне убить его хочется.

Слышу, Вирмантас усмехается, продолжая играть в доброго дядю. Только вот актер из него так себе!

Автобус, накренившись, наконец, выбирается из фанатской пробки благодаря подоспевшим ментам, и Тоха просыпается. Почему-то во всех странах бывшего Союза фанаты особенно дикие.

– Ну что ты, Даник, я всегда тебе рад, приходи в любое время, - смеётся. Ага, это если бы у меня было время с той загрузкой, которая планируется в чудном продюсерском центре Тимура. У него даже сестра сутками работает.

Ну, ничего, на один визит время найду.

Я прощаюсь с ним, а перед глазами уже стоит светлый образ Машеньки Громовой. Его юрисконсульта.

Вообще то, в продюсерском центре Вирмантаса не один юрист, но именно ей довелось заняться однажды документальным оформлением наших с ним деловых отношений.