Чтение онлайн

В итоге, помимо контракта, у нас с несвободной Марией случился короткий, но яркий роман. Я никогда не страдал повышенной совестливостью, поэтому Машин муж-импотент ничуть не мешал мне наслаждаться ее обществом, а ей раскрывать в себе новые женские грани.

Спустя какое-то время эти отношения сошли на нет. Маша, умная и красивая женщина, не собиралась расставаться с мужем. В том, что кроме секса, он ее вполне устраивал.

Поэтому я до сих пор в подробностях помню тот день, когда щедрая во всех отношениях Маша сказала мне, что у нее есть для меня прощальный подарок. Совершенно особенный.

Мы валялись в кровати у нее дома. Голые и уставшие, муж в отъезде, одна сигарета на двоих - все по классике.

– Мой львеночек, - сказала она, забирая у меня сигарету, - этот хитрый лис, наш продюсер, обдирает тебя как липку и будет обдирать еще долгие годы! Это факт.

– И?

Я не спорил с ней, я соглашался. И даже отвлекал от болтовни и от сигареты, пока она не сказала главное:

– И мне это показалось несправедливым! Я решила немножечко исправить ситуацию там, где это было возможным.

– Каким образом?

– Дело в том, что при составлении контракта Вирмантас забыл уточнить один пункт. А именно, размер материальной компенсации артисту в том случае, когда продюсер расстается с ним по своей инициативе! По умолчанию, в наших типовых контрактах эта сумма равна размеру стопроцентного гонорара за десять последних концертов, данных артистом, без вычета комиссии продюсеру. Щедро, согласись! Даже очень скромный артист у Юрия Шмильевича на квартирку себе в Москве заработает.

– Соглашусь. Не знал о таком пункте! – искренне заинтересовался я. Задумался, даже сигарета потухла.

– Ты что же, контракт свой не читал?! – посмеялась надо мной Маша.

– Просмотрел, - признался честно, - кажется, было что-то такое. Меня тогда больше интересовал процент от общего гонорара, мои штрафные и все такое. Инициатива Вирмантаса за его же бабки, это же от него зависит!

– Ну, ты правильно мыслишь, - голая девица напротив уже снова настраивалась на шаловливый лад, но я, зафиксировав ее покрепче, заставил закончить свою мысль:

– И что же ты сделала? Конкретно.

– Конкретно, я не убрала этот пункт. И не спросила о нем, хотя должна была бы. А он подписал!

– Я все же не очень понимаю…

– Сейчас поймешь! Вирмантас ещё ни разу не расторгал контракты с артистами по своей инициативе. Только по соглашению сторон, это очень удобный для него пункт, в связи с налогообложением и прочими моментами. Если же расторгнешь ты, считай, отдашь последнее, еще и должен будешь! Короче, лови совет от коварного юриста – будете разбегаться, вспомни об этой бомбе замедленного действия. Он пока о ней ни сном ни духом, а ты, если все сделаешь правильно, получишь хорошие отступные…

Скоординировав Тоху, я получаю еще немного времени для телефонных переговоров. Судя по ребятам из моей отныне бывшей команды, никто ничего не знает.

Звоню Марии Громовой. Здороваемся, и она сразу дает понять, что уже в курсе всего.

– Маш, твой подарок в силе? – спрашиваю, затаив дыхание. От этого сейчас многое зависит.

– Конечно, - вздыхает, - как вступил в силу с момента подписания, так и действует! А ты совсем забыл обо мне, гадкий мальчишка… Не звонишь, не пишешь.

Расплываюсь в улыбке.

– Спасибо, Маш! Ну, ты ж помнишь, я его заслужил, - шучу недвусмысленно, - а теперь извини! Я уже занят.

Эта новость, похоже, немного ее расстраивает.

– Что будешь делать? – спрашивает Маша.

– Пока не знаю. Подумаю еще, - отвечаю, хотя это неправда.

В голове моей уже рождается дьявольский план. Я должен опередить их обоих, и Тимура и Вирмантаса.

– Но тебе точно не грозят никакие санкции? – уточняю у нее.

– Точно, - хмыкает Маша, - я скажу, что спрашивала, а он ответил делать типовой. Вирмантас часто бывает рассеянным, к тому же, никак не сможет опровергнуть мои слова. Он, кстати, уже передал тебя, не вникая, по своей инициативе. Так что удачи на новом месте! И… я все так же буду рада видеть тебя иногда, если захочешь.

– Ладно, подумаю, Машунь. Пока, - прощаюсь с ней.

Я не подумаю.

Смотрю на часы и перезваниваю своей будущей жене. Ровно через двадцать минут, как и договаривались.

Невеста

Антонина

Звонок Данила застает меня в общественном транспорте, на котором я добираюсь из больницы домой. Снимаю трубку, снова здороваемся.

Происходящее кажется мне нереальным - то смешным и нелепым, то волшебным и загадочным. Но, в любом случае, я чувствую себя счастливой.

Улыбаюсь как дурочка, а старушки напротив глазеют на меня с нескрываемым любопытством. Вот не любят у нас счастливых людей, и все тут! Сидела бы я мрачная и насупленная, никто бы не обратил внимания.

– Ну что, решилась? – весело спрашивает Даня.

– На что? – кокетливо уточняю.

– На то, чтобы связать наши судьбы, - объясняет он очень серьезно, даже терпеливо.

– Навсегда, - добавляет.

– Конечно, - отвечаю ему просто.

Слушаю, как звонко щебечут за окном птицы. Трамвай, качнувшись на рельсах, тормозит, и в приоткрытые двери вагона, ероша мои волосы, врывается поток теплого воздуха.

Смеюсь. Решительно все сейчас кажется мне прекрасным и удивительным!

Совсем как Константину Левину, герою романа «Анна Каренина», когда он почти также как я, бродил по городу накануне своей женитьбы на любимой девушке. Во времена Константина браки по любви были редкостью.

Я испытываю абсолютно тот же чистый восторг, как у него, когда совсем простые и обыденные вещи вдруг видятся в каком-то новом, удивительном свете.

– Тогда я все готовлю к твоему приезду! Ну и ты давай, собирайся уже потихоньку, - деловито продолжает Данил.

Его почему-то не удивляют приступы моего периодически накатывающего, беспричинного веселья. Хмыкаю:

– Это как, вещи в чемодан складывать?

– И не только, - спокойно отвечает, - я перезвоню тебе вечером, обсудим конкретнее. Ты сможешь в понедельник уволиться, так чтобы одним днем, без отработок?