Чтение онлайн

Злата завороженно смотрела на него, не смея пошевелиться.

— Где же твоя мама, малыш? — тихо, почти беззвучно, выдохнула она, медленно поднимаясь на ноги.

Олененок в ответ наклонил голову набок, внимательно рассматривая странную двуногую гостью. Потом сделал пару неуверенных шагов к ней, но тут же, уловив какой-то шорох позади, грациозно отпрыгнул в сторону, застыв в готовности к бегству.

Девушка инстинктивно обернулась на звук. И кровь застыла у нее в жилах. Позади, на краю небольшой возвышенности, стоял огромный волк. Его шкура была покрыта не шерстью, а словно коротким, переливающимся изумрудным мхом, сквозь который проступал тот же призрачный, фосфоресцирующий свет.

Олененок жалобно заблеял, и Злате до слез захотелось составить ему компанию в этом крике отчаяния.

Волк задрал вверх свою мощную морду, и из его глотки вырвался протяжный, леденящий душу вой, в котором слышалась вся вековая тоска и ярость тайги. Тут же со всех сторон, из-за каждого дерева, из самой тьмы, ему начали вторить такие же жуткие голоса. И вскоре из кустов, из-за валунов, начали выходить другие волки — целая стая мерцающих зеленым светом призраков, медленно смыкая кольцо.

Олененок снова пронзительно заблеял, не дожидаясь окончания леденящей душу песни, и бросился вниз по тропинке, в сторону черного, как смоль, оврага. Его светящийся хвостик мелькнул в темноте, как спасительная искра.

Злата, до конца не веря в происходящее, движимая слепым инстинктом самосохранения, рванула за ним, подгоняемая нарастающим, все приближающимся воем стаи. Она бежала, спотыкаясь о корни, хватая ртом колкий воздух. И всякий раз, когда она отставала, теряя из виду спасительный огонек, олененок останавливался, оборачивался своими темными, понимающими глазами и ждал. Он не просто убегал, а явно вел ее за собой вглубь ночи.

Сколько они так бежали Злата не знала, но вдруг кто-то схватил ее за руку.

— Стой! — рявкнул голос из темноты, хватая ее за руку.

Девушка так резко затормозила, что едва не упала в грязь лицом. Она никак не могла отдышаться, чтобы объяснить, и просто указывала руками то вперед то назад.

— Все, — кто-то нежно убрал волосы с ее лица. — Все. Успокаивайся. Все. Тебе туда не надо.

— Там…

— Там никого нет.

— А волки? — наконец-то Злата смогла выдавить из себя хоть что-то членораздельное.

— Это духи. — произнес Тамнар, прижимая девушку к себе, и медленно уводя перед обрывом. — Пошли.

— Куда? — спросила она, озираясь по сторонам, никаких светящихся волков и оленей не было видно.

Тамнар не ответил, подводя Злату к огромной почему-то одиноко стоящей ели.

Обрыв, на краю которого Тамнар поймал девушку, остался позади. Воздух, только что звеневший от волчьего воя, внезапно застыл, стал густым и тяжелым, словно его можно было резать ножом. Тамнар, не выпуская ее холодной руки, повел Злату вокруг древней, исполинской ели, ствол которой был испещрен глубокими морщинами-трещинами. Дерево стояло отдельно от других, словно остальные растения боялись селиться рядом с ней.

Первый круг. Ноги Златы цеплялись за переплетение корней, будто сама земля пыталась удержать ее в мире, который она знала. Она пыталась вырваться, что-то кричать, но голос застревал в горле, а его хватка была мягкой и несокрушимой, как стальные тиски. В ушах стоял нарастающий гул, будто где-то вблизи заработал невидимый трансформатор. Девушка ничего не понимала и поведение Тамнара казалось странным.

Второй круг. Очертания деревьев начали плыть, расплываться по краям, как акварельный рисунок под дождем. Звезды на небе, прежде такие яркие, смешались в молочную, мерцающую размытость. Воздух изменил запах — теперь он пах не сыростью и хвоей, а озоном после грозы, раскаленным камнем. Сердце Златы колотилось где-то в висках.

Третий круг. Мир дернулся, как плохо сшитая декорация. Последнее, что она увидела, это призрачный силуэт олененка, стоявшего неподвижно и смотрящего им вслед, а потом его образ растворился в сплошном серебристом тумане. Злата на мгновение ощутила полную невесомость, провал в тишину, где не было ни звуков, ни запахов, ни страха, лишь пульсация какой-то иной реальности.

И тут же Злата снова ощутила твердую землю под ногами. Она стояла, пошатываясь, и не могла понять, где находится. Лес был все тот же, но… иной. Деревья стояли плотнее, их кроны смыкались в сплошной зеленый кров, сквозь который струился не солнечный и не лунный, а ровный, фосфоресцирующий свет, похожий на сияние гнилушек, но в тысячу раз ярче. Воздух был неожиданно теплым и густым, пах медом, незнакомыми цветами и… тишина. Здесь не было ни шелеста листьев, ни птичьих голосов. Была абсолютная, звенящая тишь.

И прямо перед ней, в окружении гигантских папоротников, стоял дом. Не зимовье, не охотничья избушка, а настоящая, крепкая пятистенная изба с резными наличниками, на которых были вырезаны не просто узоры, а целые истории: бегущие олени, птицы с человеческими лицами, спирали, уходящие в бесконечность. Дерево, из которого был срублен дом, казалось, светилось изнутри теплым, золотистым светом.

Злата застыла, ее разум отказывался принимать увиденное. Она медленно обернулась. Тамнар стоял рядом, наблюдая за ней.

— Где мы? — выдавила она шепотом.

— На другой стороне, — его голос звучал здесь иначе, как будто глубже, словно вбирая в себя всю окружающую тишину. — Там, где тайга позволяет зайти лишь тем, кого она позвала.

Он сделал шаг к избе, и дверь бесшумно отворилась сама собой.

— А ты… кто ты? — голос Златы дрожал.

Девушка отчаянно пыталась разобраться в происходящем. Она даже пару раз ущипнула себя за ноги и один раз за руку, правда понятнее от этого не стало, да и картинка не изменилась.

Тамнар остановился на пороге и обернулся. Его взгляд, всегда такой отстраненный, теперь был полон бездонной, немой печали.

— Я — тот, кто ее оберегает. Хранитель этого места. А еще… — он на мгновение замолчал, и в тишине прозвучало его признание с силой разорвавшейся бомбы, — я — тот, кто много зим назад потерял свою половину. Ее убили. Люди с железом в руках и жаждой в сердце. Так же, как нынешние.

Мужчина вошёл внутрь, и Злата, не зная как поступить, на шатких ногах последовала за ним. В горнице пахло сушеными травами и старой древесиной. На столе стоял грубо вырезанный из дерева кубок. На стене висела расшитая бисером сумка-талисман, странно знакомая.

— Я ждал, — тихо продолжил Тамнар, глядя на нее так, будто видел сквозь время. — Ждал, когда ее душа, скитаясь, найдет новую обитель. И она выбрала тебя. Не случайно ты пришла сюда. Не случайно кровь твоих предков течет в твоих жилах. Ты — это она. Новое воплощение той, что была мне всем.

Злата стояла, прислонившись к косяку, не в силах сделать и шага. Весь мир перевернулся, рассыпался и собрался заново, обретая новый, невероятный и пугающий смысл. Она смотрела на этого человека, на его дом, на резных существ на наличниках, и понимала, что ее прежняя понятная жизнь закончилась.